Ну, не могу не поделиться! До сих пор радуюсь.
Однажды, Viona загадала своим читателям загадку, вот она:

Я уже говорила, у французов уникальная способность перевирать английские слова. Сегодня услышала просто потрясающий пример французского английского - "манатан". Догадаетесь, какое слово имеется в виду?

Оригинал

Попробуйте догадаться сами, а если не получится — отгадка в комментариях.

У меня во время отгадывания множество ассоциаций в голове зароилось, ну например: вспомнилась история из детства Гумилёва (он её поведал Ирине Одоевцевой, своей ученице, а она, в свою очередь, пересказала это в книге «На берегах Невы»):

"Я в те дни был влюблен в хорошенькую гимназистку Таню. У нее, как у многих девочек тогда, был «заветный альбом с опросными листами». В нем подруги и поклонники отвечали на вопросы; Какой ваш любимый цветок и дерево? Какое ваше любимое блюдо? Какой ваш любимый писатель?
Гимназистки писали — роза или фиалка. Дерево — береза или липа. Блюдо — мороженое или рябчик. Писатель — Чарская.
Гимназисты предпочитали из деревьев дуб или ель, из блюд — индюшку, гуся и борщ, из писателей — Майн Рида, Вальтер Скота и Жюль Верна.
Когда очередь дошла до меня, я написал не задумываясь: Цветок — орхидея. Дерево — баобаб, писатель — Оскар Уайльд. Блюдо — Канандер.
Эффект получился полный. Даже больший, чем я ждал. Все стушевались передо мною. Я почувствовал, что у меня больше нет соперников, что Таня отдала мне свое сердце.
И я, чтобы подчеркнуть свое торжество, не стал засиживаться, а отправился домой, сопровождаемый нежным, многообещающим взглядом Тани.
Дома я не мог сдержаться и поделился с матерью впечатлением, произведенным моими ответами. Она выслушала меня внимательно, как всегда.
— Повтори, Коленька, какое твое любимое блюдо. Я не расслышала.
— Канандер — важно ответил я.
— Канандер? — недоумевая переспросила она.
Я самодовольно улыбнулся: — Это, мама — разве ты не знаешь? — французский очень дорогой и очень вкусный сыр.
Она всплеснула руками и рассмеялась.
— Камамбер, Коленька, камамбер, а не канандер!"


"Красный карбункул, —

провозгласила мать. — Что такое “Красный карбункул”? Ну, ты, Андрюша!” — “Не знаю”, — твердо ответил он. “Ну, что тебе кажется?” — “Ничего не кажется!” — так же твердо ответил он. — “Но как это может быть, чтобы ничего не казалось! Всегда — кажется! И тебе — кажется! Кар-бун-кул. Ну?” — “Карболка?” — равнодушно предложил Андрюша. Мать только рукой махнула. “Ну, а ты, Асенька? Только вслушайся внимательно: кар-бун-кул. Неужели тебе ничего не представляется?” — “Пред-ставляется!” — слегка преткнувшись, но с большим апломбом выпалила ее любимица. “Ну — что же?” — с страстной жадностью ухватилась мать. “Только не знаю — что!” — с той же быстротой и апломбом — Ася. “Ах нет, Асенька, ты, должно быть, действительно, слишком мала для такого чтения. Мне это дедушка читал, когда мне было уже семь лет, а тебе только пять”. — “Мама, мне тоже уже семь!” — наконец не выдержала я. “Ну и что же?” Но не последовало — ничего, потому что я уже опять оробела. “Ну, а по-твоему, что такое карбункул? Красный карбункул?” — “Такой красный графин?” — упавшим голосом, обмирая от надежды, спросила я (Karaffe, Funkeln [Графин, сверкание (нем.).]). “Нет, но ближе. Карбункул — это красный драгоценный камень, по бокам (кар-бун-кул) — граненый. Поняли?” Отсюда

;)