На самом деле, у меня просто уже все выжжено. И все, что я чувствую - гарь и вонь сожженых внутренностей и души. И не страх это никакой. Подумаешь, снова запрут, подумаешь реанимация, подумаешь ударят током под наркозом, подумаешь почистят кровь, накачают таблетками, капельницы, решетки, наркоманы, двери без замков. Просто пепел осыпается. Просто пыль. Главное держаться, когда на меня очередной человекообразный урод в белом халате будет смотреть как на подыхающее грязное животное. Меня вообще никто не смеет осуждать, потому что пусть сначала пройдет то же, что и я, пусть сначала почувствует это, а потом бросает в меня камни. Мне уже плакать нечем, ничего не осталось, жизни не осталось, а мне всего 18 лет. Вот это обидно. Вся жизнь как клетка, и нет ни силы, ни желания из нее выбираться, как будто я древняя, как мир старуха. В каком-то смысле так и есть.
Зато столько мыслей в голове сразу - успею ли я к маме на день рождения, увижу ли я как распустятся деревья, как там без меня столько времени будет моя собака? И черт возьми, почему Ван Пис так долго качается? Хотя скорее всего мне не разрешат принести плеер.
И посылки свои заберу не я.
Черь-черт-черт