Пролог.

Мельница, "Королевна"

Я пел о богах, и пел о героях, о звоне клинков, и кровавых битвах;
Покуда сокол мой был со мною, мне клекот его заменял молитвы.
Но вот уже год, как он улетел - его унесла колдовская метель,
Милого друга похитила вьюга, пришедшая из далеких земель.
И сам не свой я с этих пор, и плачут, плачут в небе чайки;
В тумане различит мой взор лишь очи цвета горечавки;
Ах, видеть бы мне глазами сокола, и в воздух бы мне на крыльях сокола,
В той чужой соколиной стране, да не во сне, а где-то около:

Стань моей душою, птица, дай на время ветер в крылья,
Каждую ночь полет мне снится - холодные фьорды, миля за милей;
Шелком - твои рукава, королевна, белым вереском - вышиты горы,
Знаю, что там никогда я не был, а если и был, то себе на горе;
Если б вспомнить, что случилось не с тобой и не со мною,
Я мечусь, как палый лист, и нет моей душе покоя;
Ты платишь за песню полной луною, как иные платят звонкой монетой;
В дальней стране, укрытой зимою, ты краше весны и пьянее лета:

Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье,
Полетим с тобой в ненастье - тонок лед твоих запястий;
Шелком - твои рукава, королевна, яcным золотом вышиты перья;
Я смеюсь и взмываю в небо, я и сам в себя не верю:

Подойди ко мне поближе, дай коснуться оперенья,
Каждую ночь я горы вижу, каждое утро теряю зренье;
Шелком - твои рукава, королевна, ясным месяцем - вышито небо,
Унеси и меня, ветер северный, в те края, где боль и небыль;
Как больно знать, что все случилось не с тобой и не со мною,
Время не остановилось, чтоб взглянуть в окно резное;
О тебе, моя радость, я мечтал ночами, но ты печали плащом одета,
Я, конечно, еще спою на прощанье, но покину твой дом - с лучом рассвета.

Где-то бродят твои сны, королевна;
Далеко ли до весны травам древним...
Только повторять осталось - пара слов, какая малость -
Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье...

Мне ль не знать, что все случилось не с тобой и не со мною,
Больно ранит твоя милость, как стрела над тетивою;
Ты платишь - за песню луною, как иные платят монетой,
Я отдал бы все, чтобы быть с тобою, но, может, тебя и на свете нету...
Ты платишь - за песню луною, как иные - монетой,
Я отдал бы все, чтобы быть с тобою, но, может, тебя и на свете нету..

4 года. Каждый год. Между июнем и июлем. Где бы мы ни были, это настигает нас. Я уже было удалил всю Мельницу, на менестрелей рука не поднялась. И вот недавно за стаканчиком горячительной меня проперло листать толкиновскую энциклопедию, петь "На Север", " В зеленых роханских полях" и т.п. И вчера вот черт меня дернул петь Нимродель. И все. Сижу втыкаю, смутно осознаю, что я жил 4 года назад. Точнее, тогда я был жив. И где-то к концу 2006 я умер. Потерял. Прожег. Разорвал. Перестал. Все хорошие чувства, вся жизнь, все дыхание, вся свежесть и чистота остались там, в 2006ом. Я был искренним. Я чувствовал. Хоть бы дрогнуло что, блять. На том месте, где должно быть сердце - сейчас фантомные боли. А тупой мозг не хочет осознавать, как сука все хуево, только ноет каждый год - все неправильно, так не должно быть, так не хочу, а что делать не знаю. Я просто устал. Тело отдыхает, а разум и то, чт осталось от души нет. Я после смерти не обрел покоя. Да, наверно у меня все-таки есть мечта. Это покой. Чтобы избавиться от этого груза, от этог бремени, чтобы на секунду осознать это и забыться на веки, никогда больше не возвращаться. Меня слишком утомили эти бесконечным потоком льющиеся мысли, эти бесмысленные думы, бесмысленное дыхание, движение. Медленное угасение без надежды на то, что скоро оно потухнет совсем. Надоело блин ужасно. Вот бы быть проще.