Выходит, чем гениальнее живописец, тем осторожней надо быть портретируемому. Вон Илья Репин нарисовал портреты Мусоргского, Писемского, Пирогова- так этих людей тут же и не стало. Третьяков даже не хотел заказывать Репину Тютчева- поэт был уже в летах. Потом всё же решился. Однако едва художник взялся за кисть, поэт заболел и умер. Неспроста коллеги-живописцы говорили:" Репин обладает необычайной способностью переплавлять в краски живую плоть и кровь человеческого тела".

Илья Репин "Портрет Мусоргского"

Илья Репин "Портрет Пирогова"

Совершенно особая история случилась с полотном "Иван Грозный и его сын Иван 16 ноября 1581 года". К Третьякову оно попало с передвижной выставки 1885 года, где заслужило исключительно скандальную репутацию. Публика уже тогда знала, что художник Мясоедов, с которого Илья Ефимович написал царя-убийцу, и сам чуть не убил своего малолетнего сына Ваньку. Хорошо, приятель его, пейзажист Киселёв забрал мальчишку в свою семью. А писатель Гаршин, позировавший Репину в роли "убиенного царевича", вообще сошёл с ума и покончил с собой, бросившись в лестничный пролёт. В конце концов Святейший Синод запретил показ картины. Но Павел Третьяков вопреки всем и вся приобрёл холст. Правда, поместил его в особой комнате и показывал только избранным. Племянница Третьякова вспоминала:"Павел Михайлович открыл простыню, покрывавшую картину, и мы онемели от ужаса... Красный персидский ковёр, лежавший на полу комнаты, казался продолжением ковра, изображённого на картине. Чудилось, что убитый сын Грозного лежал прямо на полу этой комнаты. И мы с ужасом стремглав кинулись прочь, стараясь не смотреть на картину".

Илья Репин "Иван Грозный и его сын Иван 16 ноября 1581 года"

Видя страх домашних, Третьяков стал запирать комнату на ключ. Но, проходя даже мимо запертой двери, дети и слуги крестились и старались как можно реже оказываться в этой части дома.
Спустя несколько лет, когда картину уже разрешили показывать, в Репинском зале галереи стало твориться нечто совершенно необычайное. Зрители то рыдали перед полотном, то впадали в ступор от ужаса. Случались и истерические припадки. Однажды молодой художник-иконописец Абрам Балашов кинулся на картину с ножом, крича:"Довольно крови!". Располосованные головы Грозного и его сына удалось отреставрировать. Балашов же сошёл с ума и умер в больнище для душевнобольных.