Я очень долго думал, что сподвигло Летова вписать именно "мама бля" в качестве припева той бисексуальной песни. И, наконец, я понял. Бумажные обои его заставили. Ни что-нибудь там, но именно бумажные обои.
Когда мама покупала обои для квартиры на Омской, я просил её: не покупай бумажные. Нет, бля. Девочка там, видите ли, посоветовала. Бумажные обои поплотнее обычного. И две коробки клея, чтоб одной мазать стену, другой обоину. Экономия, однако. Бумага ведь дешевле флизелина.
Мама, бля... Ну я же просил. По-человечески просил. У меня может быть непереносимость бумажных обоев. Аллергия, может быть на бумажные обои. Или может это психоз такой. Я не выношу бумажных обоев. Точнее тогда, когда мама покупала, у меня психоза ещё не было. Но теперь, если мне кто-нибудь ещё предложит поклеить хоть одну бумажную обоину, я, наверное, буду бить сразу в лицо.
Это же хрень, невероятного масштаба. Я два дня клеил обои, и складывал на них все маты, которые знаю. Под конец, я начал складывать ещё и те маты, которых я не знаю. До которых не дорос ещё. Но и их не хватило. Я теперь твёрдо уверен, что русский матерный -- это слишком бедный язык, для того чтобы высказать всё, что есть у меня в душе. Тут нужен русский литературный, и перо Пушкина, Лермонтова и ряда других классиков, потому что я недостаточно хорошо владею русским, чтобы описать всю глубину своей ненависти к бумажным обоям, чтобы описать весь спектр моих эмоций, которые я желаю вылить на голову изобретателя бумажных обоев, и на голову директора фабрики, по производству бумажных обоев. И отдельной статьёй, на голову той девочки из магазина, которая посоветовала маме купить бумажные обои поплотнее.
Нет, ну серьёзно, это же издевательство какое-то. Стоит только помазать бумажную обоину клеем, как она сразу же превращается во что-то, сильно напоминающее мне обоссаную промокашку. Трогать такую обоину надо аккуратно, не то она порвётся. Прорезать в такой обоине дырочку, чтобы розетку высунуть наружу из под обоины невозможно, потому, что ножик не режет её, но, таки, самым натуральным образом рвёт. Когда обоина уже на стене, она тут же превращается из аккуратного прямоугольника, который я отрезал от рулона, в бесформенную бумажную кляксу. Состыковать две такие кляксы невозможно. И, как выяснилось, совершенно бессмысленно стыковать, потому что когда обоины подсыхают, они съёживаются, и стыки расползаются, из под обоев начинает торчать бетонная стена. Их надо клеить внахлёст. Но нахер тогда делать рисунок, который стыкуется только тогда, когда обоины поклеены без нахлёста?
Мама, бля...

Но я сейчас, в нетерпении, в предвкушении злорадства, потираю руки. Антон с Сашкой купили фотообои на кухню. Я месяц пидарасил эту кухню: электрика, штукатурка, плитка, бла-бла-бла... Получилось не без косяков, но заебись. Но когда я увидел, что фотообои бумажные, я сразу сказал: это ппц. Я сказал, что я никогда не клеил бумажных обоев (история с Омской приключилась позже, она завтра, я думаю, только завершится), но я слышал, что -- это ппц. Стыки разъедутся, рисунок не сойдётся... Короче, я сказал, что от бумажных фотообоев можно ждать любой засады, и лучше сразу их выкинуть, или даже позорно сжечь. И не портить ту красивую белую стену, которую я неделю вытягивал в плоскость шпаклёвкой, а потом шкурил, чтобы поверхность стены ни на глаз, ни на ощупь не отличалась бы от поверхности лежащего на стекле листа хорошей бумаги для принтера. Антон промолчал, но по-моему, он со мной.
Но Сашка сказала, что ниипёт. Что если мы с Антоном так морально не устойчивы, если мы не можем поклеить фотообои, то она возьмёт свою сестру в помощь, и они поклеют вдвоём. И вот теперь я жду не дождусь, посмотреть какую херню они напорют этими фотообоями.