Ах, как давно я никого не брал за руку, ах как давно никого не прижимал тяжестью своих мыслей, чувств и близости.  Ведь пальцы часто несут в себе больше информации, чем глаза.  Чем глаза могут заменить дрожь в пальцах, или же сильное сжатие чьей-то кисти, или же тонкое прикосновение к чьему-то запястью...

Внешний мир лезет мне в уши и глаза, и я отбрыкиваюсь от него, но не могу уйти от него.  Он выламывает мне руки, давит своим весом, своим опытом тысячелетней цивилизации, и мои мнимые знания и опыт пыль под его ногами.  Он берёт то, что ему нужно, всё, без остатка, и остатки гордости заставляют меня выплёвывыя куски зубов и разбитых дёсен, вставать с колен, и весь в пыли, грязи, крови и ошмётков изнасилованной Надежды, пытаться бросаться на него, чтобы хоть как-то вырвать уголок своего мира, как-то его защитить.

Как давно я не проводил никого по овалу лица, узнавая его желания, внутренний огонь и порывы, как давно я не притягивал к себе, чтобы почувствовать мягкое тепло Её губ, желание, рождающееся у Неё в груди, её стремление стать Моей...

Как давно я не сходил с ума...

ПН