Когда мне было 14 лет, я на самом ретивом коне из стада своего отца, объезжал наши пшеничные поля, которые сейчас зовут "Дарнагюль".  Словами тяжело передать те мои ощущения, которые били ключом в моём молодом и сильном теле, ничего кроме восторга, запаха лошади, горячего ветра и запаха жнивы.  Потом всё это отобрали...

Но порода, наверно, сказывается.  Даже после этого, я не поломался, а пошёл и дальше бороться с жизнью.  Я был хорошим спортсменом, борцом-классиком, и это всегда помогало мне.  Я закончил институт и скоро стал директором завода.  Для моего времени это большое достижение, и тень моя легла на всех моих друзей и родственников.  Это уже потом, позже, когда я упал, они стервятниками набросились на мою плоть и начали её клевать - стараться урвать кусок побольше, пока я тёплый.

Под самый конец, меня свалил инсульт.  Почти ничем не болевший до этого, я начал задыхаться в постели, ходить под себя.  Жена и члены семьи брезговали ко мне подходить, оставляя меня медленно умирать, и наняли скрепя зубы сиделку, чтобы менять памперсы подо мной.  Я знал, что я умираю, но... сил бороться больше не осталось, и я так и не узнал, что есть милосердие.

Сейчас я под землёй и наврядли кто-то когда-то вспомнит меня дальше, чем мои дети.

ПН