Поднялся "хазри".  Неприятный холодный ветер.
Появились странные фрукты: смесь лимона, апельсина и мандарина.  Сбылась, видно, классика и был выведен сорт "лимандра".  Смешно, наверно... Смешно ли...  Никогда не ожидал такую степень образованности от Афаг Башир гызы.  Созданные образы были весьма примитивны, но потом понял, что это направление критики направлено не на избранных, а на саму суть народа, и посему более ценное.  Как-то слушал её интервью, очень образованная женщина.  И... не слышал ничего плохого, что возможно сигналит о том, что не лишена порядочности, честности и гражданственности.  Хорошо, что хотя бы как-то очертила круг, в котором она может жить и творить.

Возможно из-за возраста, мне выпало такое удовольствие, как наблюдать метаморфозы, к счастью, не всегда в худшую сторону.  Вернее, продажная изменчивость она настолько обыденна и часта, что со временем прекращаешь обращать на неё внимание.  Совсем другое дело, когда человек опомнившись тянется к свету, честности и патриотизму.  Это запоминается надолго.

Когда-то, в начале войны, с одним парнем, обладателем звания редкой нации из Каха и читающим стихи редкого поэта, мы записались в добровольцы в Национальном Совете по безопасности.  Звали его Нураддин.  Тёмный вестибюль, сомнительные люди, и вдруг война и организованная бойня дыхнули на меня гранями выточенной на станках завода Шмидта гранаты.  Я понял, что это уже не шутки, и на кону жизнь.  Зарегистрировавшись с Нураддином, кстати, минёром-сапёром, раненным в Афганистане, мы вышли беседуя о позиции каждого из нас в этой потенциальной войне.  Я из краёв, далёких Карабаху, он из Гаха, мы эмоционально говорили, что в сторону вилять нельзя.  На входе, мы столкнулись с Орханом.  Он был из Шуши и с лёгкость и цинизмом он отверг наши доводы, и оказался умницей, как многие тогда.  Под конец сказав ему "Как ты можешь, ты же из Шуши родом?", я занялся своими делами и пошёл по своему пути.

Каково же было моё удивление, когда я встретил его весной 92-года, в военном бушлате, где он с восторгом в голосе, выражал свою признательность за мою позицию, и восторг возможностью воевать в Шиховском батальоне.  Их потом сожгли, оба батальона.  С лёгкой подачи Аяза, и Орхана тоже скорее всего убили.

ПН [700x525]