[300x307]
В колонках играет - Алла
Настроение сейчас - отличное



Но, в любом случае, замечательнее всех мой последний брак.
- В чем же его самая большая прелесть?
— Да в том же самом интересе. Но теперь на глазах у меня — человек необыкновенно творческий, я вижу его жизнь, могу что-то посоветовать, что-то сказать. И потом, здесь совсем другое. Здесь настоящее семейное счастье. То, чего у меня не было никогда. Я специально ушла со сцены, чтобы вкусить все эти радости. Была все время с мужем, следила за его успехами. Мне впервые было интересно жить жизнью другого человека, а не своей собственной. Когда начинаю рассказывать такое вслух, всегда самой странно слышать. Нет, но тут... Дай Бог, чтобы все это не разрушилось.
— Вы его не ревнуете?
— Нет, в отличие от других. По молодости ревновала, а сейчас я мудрее. Зачем же буду тратить свое бесценное здоровье на ревность, когда я ему верю? Он повода не дает. Я так доверяю этому человеку, что как бы там ни намекали, какие бы фотографии ни публиковали в газетах — все бесполезно. Я его очень хорошо знаю.
— Если вы ссоритесь, то отчего? Хотя бы один пример?
— {Приглушенным шепотом: «Он ревнует».) Это есть. Этот найдет повод везде. Если увидит фотографию, услышит, что я говорю о ком-то из бывших мужей. Но это мы искореняем. Да, искореняем. Он же тоже доверяет мне.
— Филипп сейчас безумно знаменит. Что в этом витке популярности вы можете поставить себе в заслугу?
— Когда мы оба дома, я просыпаюсь, он приносит мне чашечку кофе и чуть ли не сразу спрашивает: «Ты мной гордишься?». Я закуриваю свою утреннюю сигаретку и отвечаю: «Да». Это главное. Конечно, в работе я могу и подсказать что-то, но только мелочи: поменять что-то в костюме, песню переставить, записать другую. Это чисто житейские, закулисные вещи. Мы в них варимся. Вот вечером садимся — да какой «вечером», часа в два ночи! — и он говорит: «Хочешь послушать, что мне принесли?» — «Давай». И слушаем новые песенки. А иногда говорю: «Не могу, знаешь, устала. Ты сам в этом разберешься». Ну а что делать? Это же наше связующее звено. Сцена связывала нас с самого начала.