[400x302]
Коллеги с ТВ-21 кинули клич, ай-да журналисты, сдавать кровь. Зажжем примером огонь в сердцах людей. Вроде как, благородно получается. День сдачи выпал как раз на 175-летие первого переливания крови. Его, кстати, сделал наш русский дохтор в Питере. В больницах я ни разу в жизни не лежал, с людьми в белых халатах встречался только на многочисленных медкомиссиях, которые проходил то в военкомат, то на военной кафедре, то при приеме на работу. И даже не знал, какая у меня группа крови. Помнил лишь, что редкая. В виду означенного подвел я себя под иглу только лишь из-за праздного любопытства: что же там булькает в моих венах. А еще обещали проверить состояние печени. Сами понимаете, при моей стрессовой работе и высокоградусных допингах, которые приходится порой принимать, это сосвсем не лишне.




- Да вы что! Мы уже не принимаем. Операционные закрыты! – взъелись на меня в регистратуре. Оказывается, кровь можно сдать только до полудня. Я припозднился на полтора часа.
- Но я же не знал. К тому же я не за деньги сдаю, а за идею. Может, спасу кого, - уговаривал я тетушек.
Те сжалились, побежали искать кого-то. В это время рассматривал фото почетных доноров и изучал многочисленные объявления. Перед сдачей крови рекомендовалась хорошенько отдохнуть, не есть с вечера жирное, острое, лук, чеснок. А у меня как раз сестра накануне приехала, приготовила свининку в сметанном соусе с пятью видами специй и луком. А главное нельзя было пить в течение двух суток. Даже пефко! Выполнить это условие, кстати, для моих коллег было сродни, как отказаться от ночи с Кирой Найтли. Я как раз накануне дернул стаканчик «Мадейры» в ресторане «Полярные Зори». Отказаться от сей халявки было выше моих сил.
Врачи все же согласились принять альтруиста. Взяли паспорт и отвели в кабинет, где берут предварительный анализ. Проткнули палец и размазали рубиновую живительную жидкость по стеклу и отправили пить чай. На этом этапе чуть ранее зарубили одного из журналистов, мол, топай отсюда со своей тухлой кровищей.
Повели к терапевту. Та стала расспрашивать:
- Болел ли я какими-нибудь венерическими гадостями, были ли операции?
- Тяпун вам на язык, - отвечаю.
- Бывал ли в тропиках недавно?
- Только в смешанных лесах Белоруссии.
- Рвали ли зубы намедни?
- Года три назад не свезло.
Затем заставила снять трусы и оголить постыдные места. «Не поверила, что ли, в ответ на первый вопрос?», - подумал.
Потом отправили хлебать сладкий чаек с печенявками. Пить надо обязательно, чтобы кровь пожиже была. Правда, чай принесли горячущий да еще с алюминиевой ложкой, до которой и дотронуться нельзя было. Все торопили быстрее, а я чаем – пасть обжигаю.
Тут подоспел предварительный анализ. У меня оказалась вторая группа с отрицательным резус-фактором. Говорят: «Очень редкая и ценная. Слава Богу, ты пришел».
Затем повели в операционную. Заставили сменить бахилы, надеть шапочку, чтобы волосы с плеши в кровь не попали и уложили в кресло, напоминающее гинекологическое.
Вокруг засуетились пять женщин.
- Где вена у тебя, знаешь? - спросила одна, перетягивая жгутом предплечье.
«Нарик я, что ли?», - подумал, и покачал головой.
Толстая игла кольнула больно, конечно, но на этом все неприятности и закончились. А Дарья Шмит с ТВ-21, говорят, в обморок упала.
Пока с меня качали кровушку, все думал, а не приторговывают ли ею для вампирчиков. Может, какое тайное общество кровососов тут обитает. «Иначе зачем той сестричке такие красивые зомбирующие глазки? Ей бы я и трехлитровую банку накачал…»
Вывела меня из ступора резкая боль – вытащили иглу. Перебинтовав, врач повела по коридору мимо актового зала, где собрались на торжественное заседание в честь дня донора медики и почетные доноры.
- Когда? – спросил один из них с медалькой почетного донора на груди, шлепнув ладошкой по шее. «Ни фига себе донор», - подумал я.
- Кровь у вас редкая, можете сдавать раз в два месяца, тогда вам будут платить около 1000 рублей на усиленное питание, - обрабатывала.
«И это плюс к двум дням выходных, которые положены к каждой сдаче», - смекнул я. – «Неплохо».
Наверное, стану донором.