Я сидела очень тихо. Так как он просил. Я всегда делаю так, как он хочет. В комнате было слишком темно и слишком пусто. Было и правда холодно, хотя я считала это просто ощущаемым одиночеством. За окном гордо стояли голые пустые серые дома, в которых играли разные роли. Всегда разные и всегда гениальные. Улица была полна грязи и пыли. Люди двигались как насекомые, не замечая ничего вокруг. Сердце сжималось от жалости. Жалости к миру и к самой себе. Я не думала о том, что я тут делаю. Я просто сидела за столом у окна и ждала. Ждала его. Он был очень великодушен. Оставил мне коробку карандашей и листы бумаги. Листы были мои любимые, он знает это. Не обычные белые офисные листы, а желтовато-белые, почти прозрачные и шуршащие. Я взяла карандаш и стала рисовать. Рисовала всё, что приходило на ум. Но чаще всего туда приходил дом. Дом моей мечты, в котором мы будем жить вдвоём. Он будет очень большой и спокойный. Он будет хранить молчание и хранить нас. В его печали утонут наши горести и проблемы. Я мечтала о крове. Мечтала и рисовала. Скоро рука устала. Я старательно выводила все мельчайшие детали, пропорции были идеальны, а стиль доведён до совершенства. Я смотрела на дом. Он был серым и мрачным, но таким любимым и желанным, что больше ничего не могло остановить меня в погоне, жалкой погоне за ним. Я наносила последние штрихи, когда вдруг услышала шуршание в двери. Звон ключей. Ключ. Ручка двери. Дверь. Он здесь. Мне не надо было даже слышать, я всегда чувствовала, когда он рядом. Он подошёл ко мне. Тихие и спокойные шаги. Значит всё прошло удачно.
- Почему ты всё время рисуешь эти странные дома?-он заглянул в мой рисунок, отвернулся и сбросил куртку, пахнущую сыростью.
- Они мои. Они будут моими. Этот дом для нас с тобой.
- Что за глупость. Ты сама знаешь, что никакого дома нет. Нет и не будет. Ты знаешь это. Знаешь, что мы не можем.
- Знаю. Но я верю.
Он тяжело вздохнул и подошёл ко мне. Моё сердце билось и он его слышал, я знаю. Я повернулась к нему. Всё то же хмурое лицо. Хмурое и абсолютно безразличное. Я всегда это в нём любила. Он был моей стеной. Моей опорой. Я чувствовала его запах. Он пах мокрой землёй, жжёным сахаром и лишь слегка отдавал сигаретами. Дорогими. Курил мало, но умел курить со вкусом. Меня это удивляло и радовало. До того, как я встретила его я курила много. Очень. «Вместе с пеплом осыпаешься и ты». Это его слова. Я бросила. Он подошёл ближе и заглянул в мои глаза. Единственное место, которое я любила и которым гордилась. Огромные и оливковые, с длинными пушистыми ресницами. Глаза я никогда не красила. Считала это кощунством по отношению к ним. Он смотрел долго, не отрываясь. Я всё ещё немного боялась его, поэтому мой взгляд дрожал.
- Зачем ты здесь? Я знаю, ты не любишь всё это. Не любишь то, что я делаю. Не любишь то, как мы живём. Ты рисуешь и мечтаешь. Твои глупые мечты. Глупые. Не надейся, что всё это будет. Это обман. Уйди сейчас и найди того, кто сделает тебя счастливей. Тебя и твой придурошный дом. Я никогда не буду любить тебя и ты это знаешь. Любовь не моя прерогатива.
Я смотрела. Смотрела в его хмурые брови и сильные глаза. Я хотела сказать что-то, но слёзы опередили. Одна за другой они капали и текли. По лицу, которое я ненавидела, потому что он всегда говорил, что в нём нет ничего особенного. Слёзы стекали вниз и капали в вырез на майке. Он посмотрел на меня с пренебрежением. За секунду я одумалась и стёрла слёзы. Быстро заставила себя опомниться и высохнуть глазам. Он ненавидел слёзы. Терпеть не мог. Считал это большой слабостью. А я не должна быть слабой рядом с ним, таким сильным и холодным.
- Уходи. Пожалуйста уходи. Я хочу быть один сейчас.
- Я…я буду тихо. Я не помешаю. – мямлила я.
- Я сказал уходи!!! – он закричал. Он смотрел на меня и не просил уйти. Нет. Он приказывал уйти.
Я встала из-за стола. Он подошёл, взял рисунок и выкинул в окно. Он на секунду прилип к стеклу, давая мне шанс ещё раз вглянуть на мечту, а затем улетел. Улетел. Я с ужасом представила, как он будет валяться в луже грязи под машинами и никто, никто его не заметит. Я посмотрела на него. Он отвернулся. Я собрала вещи и вышла. На лестничной клетке было ещё холоднее. Стены с ободранной зелёной штукатуркой. Я ненавидела их. Подошла к окну. Посмотрела. Куда идти? Мне некуда идти. У меня никого нет кроме него. Только я и он. Я всегда хотела, чтобы были только я и он. Я добилась этого. Мне некуда идти. Некуда бежать. Некуда спрятаться и переждать. Я положила пальто на подоконник. Села на него. Прикоснулась к окну. Оно было такое холодное, что пальцы скоро онемели. Я сидела и смотрела на улицу. Своими большими оливковыми. Своими верными. Я знала, что он вернётся за мной. Мне было всё равно, замёрзну или нет. Если нет, то жизнь продолжится. Я буду вновь искать себя в нём, творить любовь. А если замёрзну, то хотя бы недалеко от него. И когда он увидит моё замёрзшее синее тело, он полюбит. Хоть на секунду, но полюбит. Я знала это. Всегда знала…