Мне исповедаться, в чем? В любви, которой не место среди ханжей и нравственной лжи?
Мне исповедаться? В чем? В покое, который рожден из пульсации слов легших стропами ямба?
Мне исповедаться? В чем? В том, что в поисках смысла, отринул тот смысл, что давали мне люди чужие?
Мне исповедаться? Мне? Жадному, слабому, глупому, верному слову? Мне, не желавшему длить ради приличия глупую пьесу? Мне, написавшему жизнью своею роман, мелодраму, трагедию, фарс, буффонаду и драму? Мне? Исповедаться? Нате, читайте меня, я же книга, уже изначально прожитая кем-то другим! Я – газета, в которой печатают хроники и некрологи, я – общежитие, где ночевало не мало артистов царящих на сцене. Этот бокал, черепки, капли дождя и потерянный кем-то бумажник – все я.
Мне исповедаться. Что же, извольте узнать… Изваляйте в дегте и перьях . Ангелы тоже бывают чумазы порой. Я не герой, трус, немного подлец, и немного транжира. Жаден порой, а порою еще и обжора. Мне уже скоро тридцать…Не знали? Так вот в свои тридцать, много влюблялся, обжечься успел и разбиться. В браке успел я скопить на развод состояние. Множество боли, нервов клубок, паразиты-привычки, обиду на жизнь, холод в душе и отсутствие крепости-дома… Я не умею любить? Может быть… До ума расстояние сердцем не мерил, наверно алгебру плохо учил. От сложения и вычитания, из корня в квадрате сейчас получил я свое утешенье. Взгляд и слова, эти руки и хрупкая дымка нашей любви. Это чувство, рожденное между Европой и Азией, где-то в мире астральном. Кто я без этого? Что суждено мирозданьем, мне бунтарю? Не говорю…Ш-ш-ш…Тихо. Все будет…Знаю.
…
Мне исповедаться? Отец всемогущий, мне исповедаться, значит признать все грехом… Мне? Исповедаться? Я горд этой ересью…Пахнет костром…