Это цитата сообщения -little_miss_kaulitz- Оригинальное сообщение

воть

короч,небольшой рассказик.даже не стала разбивать его на главы.ну,в общем,оцените!=)

(Без названия...)

От любви до ненависти, как нам известно, один шаг. Впрочем, как и наоборот…

- Нет, нет, я имел ввиду, что ты мой друг,
И мне совсем не наплевать на тебя.
-Заткнись, пока меня не стошнило!
(Джо Мено, «Сделай Погромче»)

Как же меня бесит это постоянное нытьё! «Что вы так долго? Сколько я вас должен ещё ждать?!». И при этом он ещё недовольно переминается с ноги на ногу, будто ему ссать захотелось.
-Густав, вы там долго ещё свои чемоданы закидывать будете? – снова слышу его детский голос, и меня всего передёргивает. Мой голос уже давно окреп, стал таким, каким и должен быть голос настоящего парня. А это что? Писклявые завывания, о, как меня они раздражают! Пока мы забираемся в автобус, он вдруг решает покурить. И мы ждём его около пяти минут, ведь нашему королю надо найти сигареты в своей сумочке, потом ещё и зажигалку найти, закурить, делать затяжки с интервалом в минуту, а ещё параллельно с кем-то разговаривать! Я смотрю на Георга. Он тоже уже устал от всех этих выходок нашего непревзойдённого Бога, да и терпенью Густава скоро придёт конец. Я качаю головой, включаю плеер, чтобы немного отвлечься, послушать любимую музыку. Именно в этот момент он наконец-таки соизволил забраться в автобус. Садится рядом со мной. От него вонят сигаретами, я даже немного отстраняюсь. Мне не нравится, как пахнет сигаретами именно от НЕГО!
-эй, хватит слушать всякую муть! – он выдирает из моего левого уха наушник. – Лучше со мной поговори, мне скучно!
Ему скучно! А я должен перед ним сплясать танец диких оленей? Меня что, наняли его развлекать?
-Билл, отвали, а? Я хочу послушать музыку, и не трогай меня в ближайшие лет тридцать, договорились?
Билл обиженно цокает и отворачивается. Мне лучше - я занял место у окна. Хотя, я уверен, что этот капризный ребёнок совсем скоро прогонит меня с удачного места. Ему, видите ли, хочется смотреть на то, что происходит там, а я ведь всё - равно слушаю музыку…
Около тридцати минут меня никто не трогает, я сижу спокойно, постепенно закрываю глаза и чувствую, что вот-вот засну.
-Том, какого хрена ты свои ручищи на мне раскладываешь?- громко говорит Билл. Сон как рукой сняло. Убираю руку с его плаща. Идиот, он же видел, что я засыпаю! Билл движением головы откидывает прядь своих чёрных волос со лба и отворачивается. Как будто ничего не случилось! Он что, издевается надо мной? Я терпеть не могу это движение! Я терпеть не могу его длинные крашеные волосы! Ну почему у всех нормальных парней классные братья, а мне досталось ЭТО?! Я бы даже согласился на одного, точь-в-точь такого же, как и я! Но нет же - мой брат – это что-то ещё незнакомое природе! Это совокупность всех самых ужасных замашек на титул Короля Вселенной в сочетании с женской брезгливостью и нытьём! Господи, как я несчастен!
Кажется, мы должны остановиться часа через два. Я уже дико голоден. А этот придурок сидит, как ни в чём не бывало, надувая пузыри из мятной жвачки, и напевает под нос какую-то попсовую песенку. Считаю минуты до нашего прибытия на стоянку.
-Билл, хватит петь эту дрянь!- не выдерживает Георг. Билл не обращает на него никакого внимания и продолжает повторять один и тот же припев неимоверно глупой песни. Мы с Георгом переглядываемся. Если бы мы были героями какого - нибудь экшна, то непременно бы одновременно достали пушки и прострелили нашему певуну башку. Но, к великому сожалению, до героев экшнов нам с Георгом далеко. Я вздыхаю. Сколько там ещё ехать?



-Том… Ну Тооом!
Когда я слышу это в сотый раз, то хочется просто исчезнуть. Куда-нибудь убежать, чтобы до моих ушей не доходили стоны какого-то детсадовца! Но как только я вижу эти надутые губки, глаза, полные мольбы, чуть ли не слёз полные, то просто не могу ничего с собой сделать. Иду ему за колой и сандвичами. А он пусть сидит себе в тёплом автобусе, не парится – верный Том всё сделает так, как король пожелал. Что за бред в моей голове? Ну и куда, спрашивается, мои так называемые друзья Густав и Георг свалили без меня? Мне ноющего братика мало, так ещё и они тут… Может, не стоит быть таким раздражительным? Беречь нервы…
У них закончилась кола. У них закончилась кола!!! Я был просто в ярости. Из-за всего: из-за того, что Густав с Георгом вроде как бросили меня, из-за того, что последнюю бутылку колы взял какой-то жирный придурок, стоявший передо мной в очереди, в конце концов, из-за того, что в машине сидел мой любимый братец, который просто... Просто… Ну и не знаю, я был просто конкретно в ярости, мне было конкретно паршиво и мне уже не чего было терять. Я возвратился в автобус, неаккуратно развалился на сиденье около Билла и одел наушники. Только попробуй, идиотина, тронуть меня, только попробуй…
-Том?- услышал я обеспокоенный голос Билла. – Всё в порядке?
-Отвали.
-Том…
Я сжал кулаки. Как сегодня всё плохо, как плохо. В автобус вернулись Георг с Густавом. Я только бросил на них испепеляющий взгляд и отвернулся. Поскорее бы доехать до гостиницы. И в отдельный номер… И никого не видеть…
Как фанатки задолбали слать свои сообщения на мой новый номер мобильного! Опять, что ли, менять?..


Концерт ещё не скоро, а все уже готовятся, все уже одетые - разодетые ходят! Кажется, и мне пора привести себя в порядок. Подхожу к нашей гримёрке, толкаю дверь. У большого зеркала стоит Билл, любуясь своим отражением. На нём какая-то обтягивающая маечка, узкие джинсики, куча побрякушек - больше чем у любой, даже самой помешанной на украшениях, бабы. Снова вырядился, как пидор. Нет, мой брат не пидор. Это точно. Он не такой, он совсем даже не такой. Но его одежда… Господи, как он может нацеплять на себя это убожество? Он же выглядит, как баба! Мне стыдно за него, реально стыдно…
Билл в гримёрке один. Подхожу к столу и беру бутылку воды.
-Том, ты чё такой серьёзный?- Билл поворачивается ко мне и смотрит прямо в глаза. Я отвожу взгляд. Чёрт!
-Всё отлично, Билли.
Он смотрит на меня так, будто я только что назвал его сукой. Я невольно ухмыляюсь. Он ненавидит, когда его зовут Билли, а особенно, когда Я зову его Билли. Только когда мы с ним в детстве иногда ссорились, он говорил, что рэп - это самая ужасная музыка на свете, а я, в свою очередь, издевательски называл его Билли – «маменькиным сынком». Он тогда жутко бесился. А мы ведь действительно очень давно не ссорились. А кто сказал, что мы с ним сейчас ссоримся? Я делаю выражение лица типа «я тут не причём, я ничего не знаю» и тихонько посвистываю. Лицо Билла озаряет облегчённая улыбка. Какой наивный…
Кажется, всё-таки концерт начнётся раньше, чем я думал. Пересекаю гримёрку и останавливаюсь около двери. Вспоминаю, почему остановился. Наверно, я что-то забыл… Всё это время Билл пристально смотрит на меня.
-Хватит пялиться!- смеюсь я, хотя мне следовало сказать это грубо, чтобы Билл отвернулся и не раздражал меня своим внимательным взглядом. Я подхожу к столу и беру бутылку с водой, так и не вспомнив, что я забыл. Всё, теперь можно уходить.
-Том, ты телефон забыл! – кричит мне вслед Билл. Я оборачиваюсь. Он протягивает мне телефон. Я стою, как последний дебил, и смотрю на его протянутую руку, не решаясь взять из неё свой телефон. Что-то держит меня, что-то угнетает. Кажется, я просто не хочу вот так… Да чего это я несу? Выхватываю у Билла телефон и, не поблагодарив, вылетаю из гримёрки, слыша грустный вздох брата.


О, нет! Концерт... Всё идёт, как по маслу. Мы с Густавом, главные труженики, отжигаем, как только можем. Билл скачет по сцене, его движения напоминают мне мультики анимэ, где персонажи неожиданно вскидывают руки вверх и задирают одну ногу назад. Вот-вот, это и есть то, что обычно вытворяет Билл на сцене. Я очень сосредоточен. И даже крики зала не отвлекают, я полностью погружен в работу. Тут ко мне подходит, а вернее сказать, подбегает мой драгоценный братик и орёт мне прямо на ухо! Я сбиваюсь, чуть ли не отскакиваю в сторону и путаю несколько аккордов. Георг удивлённо смотрит на меня из другого конца сцены. Он-то как никто знает, когда путаются гитарные аккорды. А Билл поёт себе дальше, как ни в чём не бывало. Я зло смотрю на него. Ох, как я на него зол. Нет, я больше не могу ни о чём другом думать, меня просто добивает каждое его движение, каждый его жест, каждый взгляд. Готов подойти и… Просто, чтобы он вдруг испарился и его не было. И никто не знал, куда подевался Билл Каулитц. А куда он мог подеваться? А никто не знает!


Едем в гостиницу. Стараюсь держать себя в руках. А он наоборот всё больше и больше подходит ко мне, начинает что-то впаривать, я сам даже понять не могу, что он от меня хочет!
Почему со мной это происходит? Почему я стал его так ненавидеть? Может, всё дело в этой популярности? Ему уделяется столько внимания… Я не ревную, мне самому достаточно внимания, особенно со стороны поклонниц. Хе-хе… Хотя, мы же всегда были одинаковыми. Всегда были братьями, родными, лучшими друзьями. А сейчас что? Он выкрасил свою гриву в чёрный цвет. Ну да Бог с этим… Ладно, он натянул на себя все эти недоделанные шмотки. А мне-то какая разница, он же всё - равно мой брат, какие бы шмотки не нацепил, пусть хоть платье оденет, я же от этого не перестану с ним общаться!
Невольно вспоминаю один случай из детства. Я как-то пошёл в школу без него, без Билла. Просто он проспал, никто его не мог разбудить. Я свредничал, потому что мне надо было исправлять плохую оценку по математике, и пошёл в школу без Билла. Кажется, это было классе в шестом, а может уже и в седьмом. Первый урок кончился, а Билла всё не было и не было. Я начал нервничать, непонятно почему. Сейчас я всё понимаю. Конечно, я чувствовал… Тут прибегает какой-то маленький парниша и говорит, что на Билла во дворе наезжает кто-то из старших… я срываюсь с места и бегу вниз, на улицу. Там моему взору открывается такая картина: несколько здоровых парней лет шестнадцати окружили Билла и что-то ему говорят с противными ухмылками на лицах. Я подбегаю, естественно, и вовремя. Потому что один из них берёт моего брата за грудки, чуть ли не приподнимает его худенькое тельце над землёй и улыбается. В этот самый момент я даю ему такой хороший пинок сзади, что тот тут же отпускает Билла и оборачивается на меня.
-А! Братик пришёл! – один из школьных бандитов подходит ближе ко мне. Я же оттаскиваю Билла за свою спину. Мне пофиг, что этот ублюдок со мной сделает, но я-то знаю, что если он тронет Билла, то от моего братика и мокрого места не останется…
-Ути-пути, пришёл защитить сестрёнку?- все они начинают хохотать.
-Том…- слышу я из-за спины голос Билла. Он пытается вылезть вперёд, но я движением руки убираю его обратно.
-Билл, всё нормально, не высовывайся.
Я не помню, сильно ли нам тогда досталось. Кажется, пару синяков у меня на руках были. Нас никто никогда не хотел побить. Просто издевались. И надо мной, и над Биллом. Только я, почему-то, всегда хотел огородить брата от всего этого, чтобы его это не касалось. Уж не знаю почему. Хотя, в физической подготовке Билл никогда мне не уступал, я бы даже сказал, что он был более юркий, чем я. И всё - равно он всегда для меня был человечком, которого надо оберегать. Вплоть до того лета.


Я почти заснул. Почти. Приятная усталость во всём теле, тёплая большая постель, мягкая темнота в комнате. Я то и дело приоткрывал веки, чтобы взглянуть на время. Наверно, именно поэтому я не спал. В коридоре кто-то прошлёпал мимо моей двери. Интересно, кому это не спится? Я чувствую, что проваливаюсь в темноту, сон окончательно захватывает меня, но… не успевает. Слышу лёгкий скрип. Лень приподниматься. Наверняка это я окно забыл плотно закрыть. Но нет, это не окно. Шаг. Один. Второй. Кто здесь? Я приподнимаюсь на локтях и, часто моргая, осматриваю комнату. Никого. Значит, это всё там же – в коридоре.
-Том.
Я подскочил на кровати. Передо мной в темноте было лицо Билла. Чёрт, как же он меня напугал!
-Билл, ты чего, номер перепутал? – громко спросил я, натягивая одеяло до подбородка.
-Нет. – Шёпотом отвечает Билл.- Мне с тобой поговорить надо.
Так, всё ясно. Я не хочу смотреть на него.
-Билл, вали в свой номер, а? Дай поспать!
-Но Том, мне же надо поговорить…
-Слушай, я сказал – вали! Ты чё не понимаешь с первого раза?
Билл сердито смотрит на меня. Ему явно не нравится такой грубый тон.
-А теперь ты послушай. – Билл хватает меня за локоть и стаскивает с кровати. Я, в одних боксёрах, валюсь на пол. Поднимаюсь. Билл стоит напротив и сжимает кулаки. Я плохо вижу его лицо. Вижу только, что он сам в одной футболке и каких-то дурацких шортах, которые я в первый раз вижу.
-Ты чего, охамел?- я повышаю голос. Вот-вот, и я заору на него.
-Это ты охамел! Чё с тобой происходит? – теперь я вижу лицо Билла, пусть не отчётливо, но вижу. Его ноздри раздуваются, глаза прищурены. Он с какой-то особой злобой смотрит на меня. Он не хочет меня ударить. Просто хочет вытрясти из меня всю эту дрянь и отпустить.
-А чё тебе не нравится? – вызывающе спрашиваю я.
-«Чё тебе не нравится?» - передразнивает он меня басом. Билл никогда ещё так не делал, поэтому я слегка ошарашен.- Да то, что вы ведёшь себя, как последний…
Он не осмеливается сказать, как кто я себя веду. И я с ним согласен, потому что он может хорошенько получить от меня за оскорбление.
-Блядь, Том, чё случилось? Ты мне брат или как? У меня такое ощущение, что ты меня терпеть не можешь, как все эти отморозки из нашей бывшей школы!- кричит Билл.
-Ты считаешь меня отморозком? – серьёзно спрашиваю я. Я просто придираюсь. Потому что мне нечего Биллу ответить. И он это просекает.
-Слушай, давай поговорим, как мы обычно это делаем, если что-то не так. – Билл явно смягчается. По его лицу блуждает такое странное выражение недоверчивости, что так нехарактерно для моего наивного брата…
-Да иди ты…
Я ложусь обратно в кровать. Закрываю глаза. Надеюсь, Билл не станет стоять здесь до утра, над моей кроватью… Он скоро уйдёт и я снова смогу попытаться заснуть…
-Это всё из-за того случая да? – тихо спрашивает Билл. Я поднимаю голову.
-Какого случая?
-Да ты прекрасно знаешь, какого! Это всё из-за них, да?
Я рывком поднимаюсь с кровати. Я весь горю от гнева, кровь приливает к моей голове. Чёрт побери, я отлично понимал, о чём идёт речь. И этого напоминания я своему брату не прощу! Быстро подхожу к Биллу.
-Эй! – только и успевает сказать он. Я грубо пихаю его к двери и выталкиваю в коридор. Молча, без слов. Чтоб я больше не видел рядом с собой этого ублюдка!
Мне плохо. Я сажусь на кровать и закрываю лицо руками. Тогда было очень жарко. Такое жаркое лето, что даже асфальт плавился. Июль? Да, июль. Середина июля. Как раз самые жаркие дни. И я ещё тогда подумывал, как бы отстричь свои дреды, а то с ними было невыносимо жарко. И ещё мне хотелось поместить голову в аквариум с холодной водой и так ходить по улице. Мы тогда были освобождены от работы в студии и могли отдыхать, сколько влезет. И Биллу хотелось гулять. А я, конечно же, таскался с ним, мы ведь братья. И мне это не очень нравилось – постоянно ходить по улицам. Зато я был с Биллом, мы с ним так много прикалывались, постоянно что-то новенькое придумывали. Детьми ещё были. Ха! Детьми! А всего-то несколько месяцев назад было. И так мы с ним изменились сильно! Билл стал другим, я стал другим. Мы стали совершенно непохожими. Я не о внешности говорю. О моральных ценностях.
Не хочу копаться в себе и искать причины. Причины того, почему я стал так сильно ненавидеть Билла.
А тогда мы гуляли по улицам. И нам было хорошо вместе. И мы долго гуляли по улицам, даже по такой жаре…


Вы не подумайте – завтрак в гостинице – это не так уж и плохо, особенно если у тебя в номере в чемодане лежит куча всяких других вкусностей, привезённых из дома. Ты просто можешь не идти на завтрак, а валяться в кровати и жрать сладости. Но когда этих вкусностей в чемодане нет…
Спускаюсь вниз. За столиком уже сидят и Густав, и Георг, и наши продюсеры, и Билл. Я поднимаю руку в знак приветствия, но не говорю ни слова, не смотря на то, что Георг давно уже поздоровался со мной и спросил, выспался ли я. Конечно, я не выспался. Я всю ночь после ссоры с Биллом не спал, всё думал и думал о том, что было тогда. Эти мысли не давали мне покоя и сейчас, когда я пытался впихнуть в себя что-то отдалённо напоминающее бутерброд с сыром. Билл смотрел на меня. Он смотрел так, будто хотел вырвать бутерброд из моих рук и засунуть в задницу. Я вообще не удостоил его взглядом. Просто иногда косился на Билла, но тут же переводил взгляд на Георга, который как всегда увлечённо что-то рассказывал.
Оказывается, нам уже пора собирать чемоданы. Концерт – то мы отыграли, пора ехать в следующий город. Говорят, он недалеко от этого. Это и к лучшему – не придётся долго сидеть в автобусе с нытиком, который теперь ещё и дуется на меня за вчерашнее. Сам виноват. И так всё было плохо, он ещё хуже сделал. Мне вдруг становится так обидно, как будто на меня накричали и унизили. Как будто БИЛЛ на меня накричал и унизил. И мне даже стало жалко его. То, что он злится на меня, то что хочет помириться, но не может, потому что боится, что я снова начну ему хамить. Но эта жалость проходит так же быстро, как и возникает. Я встаю из-за стола и возвращаюсь в свой номер. Надо ведь успеть собрать чемодан…
Июль. Такое жаркое лето было! На людей страшно было смотреть – все красные, мокрые и запыхавшиеся. Нечем дышать. Я прошу Билла зайти купить холодной колы. Он тут же заруливает в какой-то маленький магазинчик и покупает мне и себе колу из холодильника. Мы о чём-то разговариваем, направляемся к выходу и сталкиваемся с какими-то ребятами. Они прилично нас постарше. Им лет по двадцать, а может и больше, но они очень здорово выглядят – все в татуировках, в скейтерских шмотках, этакие моднявые «американские панки».
-Э!- восклицает один из них. – Так это же наши любимые Токио Хотелы! Билл и Том? Том и Билл? Кто из вас кто? А то и не отличишь!
Все они ухмыляются. Я смотрю на Билла. Ему явно не нравится то, что происходит.
-Да ладно, ребята, мы просто шутим! У нас сегодня намечается крутая туса, и вы обязаны придти! Ну? Согласны?
Мы с Биллом переглянулись.
-Согласны. –говорю я. Билл пожимает плечами и кивает. То, что я тогда согласился и было моей самой ужасной ошибкой. Но я всё - равно виню Билла во всём произошедшем. Потому что он виноват. Я в этом уверен. Я так думаю. По крайней мере, я пока что так думаю…


Мы снова в злополучном автобусе. Когда я зашёл туда, Билл уже сидел у окна. Эгоист.
-Том, ты мне на ногу наступил! – орёт Георг на весь автобус.
-Заткнись! Ладно, извини, я случайно. – Сажусь рядом с Биллом. Он что-то высматривает за окном. Слежу за направлением его взгляда.
-Смотри, какая клёвая тачка! Я тоже хочу такую. –Мечтательно протягивает Билл. А я вовсе и не собирался с ним разговаривать. Но всё – равно кивнул и сказал «да». Билл повернулся ко мне всем корпусом и посмотрел в мои глаза. Мне тут же стало как-то не по себе. И чего это он на меня пялится? Делаю невозмутимое выражение лица, но Билл продолжает на меня смотреть.
-Да что? – Не выдерживаю я.
-Ты мне ничего не хочешь сказать?
-Билл, не начинай…
Он отворачивается и снова разглядывает какую-то чёрную гоночную машину. Да, Билли, я хочу сказать, что ты меня бесишь. Но не скажу, братик. Ты ведь обидишься, не так ли?
Тогда было очень жаркое лето… Билл так хотел погулять, и я не смог ему отказать. Мы пошли слоняться по улицам родного города. Ещё асфальт плавился и на нём оставались неглубокие следы от кроссовок. Мы с Биллом специально наступали сильнее, чтобы след оставался глубоким. Он смеялся, я смеялся. Я захотел пить, и Билл предложил заскочить в небольшой магазинчик на углу. Мы купили себе холодной колы и собрались уходить. Только в дверях наткнулись на каких-то скейтеров, которые тут же перегородили мне и Биллу дорогу. Они предложили пойти на вечеринку, которую устраивали тем вечером. Я охотно согласился, хотя видел, что Билл не очень-то хотел идти. Парни рассказали нам, как добраться до их дома и с громким хохотом куда-то свалили. Я потом долго успокаивал Билла. Но он никак не мог прийти в себя.
-Зря ты, Том… Могли бы дома какой-нибудь фильм посмотреть… Мы ведь давно так вместе не смотрели всякие…
-Да ну тебя, Билл! Ты разве не хочешь повеселиться?
Билл только вздохнул и махнул рукой. Мы шли дальше по улице, больше не дурачась со следами на асфальте. Билл был какой-то задумчивый, а я смотрел на витрины магазинов.


Следующая песня была той же группы под названием
«Ненавидь своих друзей», и там пелось: «Когда у тебя
проблемы, которые не решить, этого достаточно,
чтобы возненавидеть своих друзей.»
(Джо Мено «Сделай Погромче»)

-Ты головой вообще думаешь? – я мрачно смотрел на Билла. Он усмехнулся.
-Убери эту дрянь подальше.
-Слушай, вали в свой номер! – я всё больше раздражался, а Билл по-прежнему смотрел на мня, усмехаясь.
-Я сейчас уйду, когда увижу, что ты выбросил бутылку.
Я взял бутылку за горло, одним глотком выдул половину и с размаху долбанул её о стену. Всё, что осталось в бутылке, оставило на стене мокрый след и разлилось на ковёр моего номера, осколки разлетелись в разные стороны. В моей руке осталось только горлышко с острыми краями. Кажется, один из осколков отлетел в меня, потому что мой безымянный палец кровоточил. Билл подошёл ко мне вплотную и взял из руки разбитое горлышко.
-Идиот, ты же поранился… - он взял мою руку, почти всю залитую кровью, в свою и полез в карман за платком. Но я вырвал руку. Алкоголь проник в мою кровь и разливался приятным теплом по всему телу. Голова сильно закружилась, но я не потерял контроля над собой. Билл разозлился. Он схватил меня за футболку и потащил в ванную, там промыл мою ранку. Я даже старался сопротивляться, но трезвый и разгневанный Билл был сильнее опьянённого, но не менее злого Тома.
Когда ко мне в номер постучался Густав, у нас с Биллом как раз был пик выяснений отношений. Я кричал что-то несвязное, кажется, даже кидал в Билла что-то. А он уворачивался от подушек и пытался меня успокоить, криком, шипением – да чем угодно! Мы никогда ещё так не ссорились…
-Эй, ребят, вы чего? – Густав стоял в дверях с выпученными глазами. Я представляю, какая картина перед ним предстала: разлитый по ковру джин, осколки по всему номеру, мы кричим друг на друга. Мы, родные братья, лучшие друзья…
-Так, а вот этого не надо. – Густав поймал подушку, которую я уже успел в него запульнуть, и ловко подскочил ко мне. – Том, мне кажется, тебе надо успокоиться.
Как жарко тогда было… Даже вечером, когда мы собрались идти на вечеринку к этим странным ребятам, было очень жарко. Билл не очень хотел идти, хотя он и любил всегда тусовки. Я не понимал, в чём дело, но думал, что у него из-за такой погоды мозги поджарились. Когда мы, наконец, нашли тот дом и проникли внутрь, ничего приятного там не увидели. Вечеринка была в самом разгаре, повсюду было много пьяных и неадекватных ребят. На нас они даже внимания не обратили. Только какая-то девчонка, уже прилично выпившая, толкнула свою подругу в бок и промямлила: «А это, случайно, не Билл и Том Каулитц?». Но, кажется, обе они тут же о нас забыли.
-О! Кто же к нам пожаловал!- услышал я голос у нас за спиной. Это был тот самый парень, что пригласил нас сюда. Флориан его звали? А какая разница, как его звали!
-Какие люди!- вторил ему один из дружков. По взгляду Билла я понял, что ему это всё совсем не нравится. Но мне, вроде как, было уже всё – равно, я хотел развлекаться. Пока я танцевал с какими-то не очень симпатичными, но уж больно взрослыми и сформировавшимися девушками, Билл сидел на подоконнике и со скучающим видом наблюдал за происходящим в доме Флориана. «Ну и дурак» - думал я, прижимая к себе девчонку, которая была чем-то похожая то ли на японку, то ли на китаянку. – «Он многое потерял!».
Как же там было жарко! На улице жарко, в доме жарко, жарко везде…
-Эй, Билл, а ну-ка иди сюда, нам тебе надо кое-что показать!
Билл подошёл к Флориану, он что-то говорил ему на ухо, поглядывая в сторону компании каких-то девчонок. Билл покачал головой. Тогда Флориан снова начал говорить, но и на этот раз Билл лишь мотнул головой. Флориан взял Билла за локоть и коротко что-то сказал, после чего Билл кивнул и последовал за ним к лестнице на второй этаж. Я высвободился из рук девочки-японки и догнал Фориана.
-Вы куда это собрались? – громко спросил я его. Тот только слащаво улыбнулся и кивнул на Билла. Он стоял на лестнице, на нём уже повисла одна из тех девчонок, на которых поглядывал Флориан.
-Билл пойдёт развлекаться с девочками. А ты пока посидишь тут, Томми. Ты и так достаточно потрогал наших леди!- Флориан крепко сжал моё плечо и прошептал на ухо: «У нас с тобой незаконченное дельце… Надо бы с этим уже разобраться.» . Слова Флориана заставили меня поднять глаза на Билла. Он смотрел на меня. Прямо в глаза. А потом отвернулся и, преодолев четыре ступеньки, скрылся на втором этаже с этой девчонкой.
-Ну что, Томми, кто тут у нас хочет получить хорошего пиночка? А, хотя, пойдём сначала выпьем за наш невозможный союз, как тебе идея?
При всём моём желании вылететь из этого ужасного дома, я бы не смог этого сделать. Передо мной стоял Флориан, сбоку ещё пара его дружков. А от двери меня отделяла толпа танцующих ребят. А наверху был Билл. С девчонкой. Как сейчас помню его взгляд. Этот последний взгляд с лестницы. Он не выражал ничего. Просто Билл, моя половинка, моя родная частичка, он бросил меня. Билл меня бросил. Бросил, бросил, бросил…


Я лежал в номере на кровати, свернувшись калачиком и обхватив подушку руками. Я ждал утро. Оно должно было совсем скоро наступить, но время тянулось мучительно медленно. Билл лежал там, за стенкой. Он наверняка тоже не спал, потому что думал обо мне. В смысле, думал о нашей ссоре. Густав разнял нас довольно-таки быстро. Он просто силой усадил меня на диван и увёл Билла, хотя то долго не хотел от меня уходить, оставлять меня в таком состоянии одного. Честно говоря, иногда я удивляюсь заботе Билла. Он возится со мной, как мама с маленьким сынишкой. И, может быть, это даже хорошо, только сейчас мне это в тягость. Я всё ещё не простил ему. Всё ещё не смог забыть ему тот случай, тот его отвратительный поступок. Это даже предательством нельзя назвать. Билл разрезал ту ниточку, которая связывала нас с самого рождения, даже с того момента, когда мы оба появились в мамином животе. Он безжалостно всё испортил. Билл, мой брат.
Жаркий-жаркий июль. Мы с Биллом идём по улице, она почти пустая, а всё из-за того, что очень жарко, такая парилка, как в Африке, наверно. Жажда и духота заставляет нас зайти в первый попавшийся магазинчик. Билл покупает нам холодную колу, и мы вот уже почти вышли из магазина, но на пути у нас встают несколько взрослых парней. И почему их лица мне так знакомы? Так показалось на первый взгляд. Они были высокие, руки в татуировках, скейтерские кроссовки и бейсболки. Что-то вроде ребят из американской панк - группы. Они знают, кто мы и почти сразу приглашают на тусу, кторая состоится этим вечером у них дома. Объяснили нам, как пройти, и попросили обязательно приходить. Я тут же согласился. А почему бы и нет? Билл вот только не очень хотел, но я его уговорил, и вечером он уже сам рвался на вечеринку. Или мне так казалось? Но, в любом случае, мы туда пришли. Там была куча пьяных ребят чуть постарше нас. Они все танцевали, веселились, и там было много девчонок. Не очень симпатичных, зато всё было при них и в большом количестве. Пока я развлекался с девчонками, Билл тихонько сидел на подоконнике. Я ещё хотел подойти к нему и затащить в толпу, но девчонка – японка…или китаянка? В общем, девчонка так крепко обвила руками мою шею, что высвободиться мне не удалось бы. Потом этот Флориан…Тот парень, которому принадлежала квартира, и который нас пригласил на вечеринку, он подозвал к себе Билла, что-то начал предлагать ему. Конечно, я не слышал. Но когда они направились на второй этаж…Снял с себя эту девчонку, побежал за ними. У меня почему-то было нехорошее предчувствие, не хотел я, чтобы они куда-то уводили Билла.
«Билл пока пойдёт развлекаться с девочками, а ты пока здесь посидишь, Томми!». Как сейчас слышу эти слова, они так и звенят в ушах. «У нас с тобой незаконченное дельце». Я отстраняюсь от Флориана. Что это с ним? Что он несёт? Билл уходит. Его взгляд… Он пустой. Я ничего не понимаю. Флориан предлагает выпить. Я не хочу пить, но он и его дружки буквально насильно заливают в меня эту гадость. Перед глазами всё темнеет. До меня доносятся отдельные слова и фразы, но я мало что понимаю. «Ну что, ты теперь у нас крутой!», «Ты ведь нас забыл, Томми? Зато мы тебя помним!», «А сейчас тебе никто не поможет, Билли рядом нет!». Сначала получил подзатыльник. Так глупо…Подзатыльники детям дают, а не взрослым парням…Потом кто-то толкнул в бок и обозвал как-то очень нехорошо. А дальше…Дальше я не помню. Дальше была сплошная темнота перед глазами. И в голове тоже пусто. Как назло…



Я смотрел, как она отъезжала и думал: я слишком много
всего наговорил, и кто меня за язык тянул, и что если я
когда-нибудь снова её увижу, это будет большая удача,
потому что, кажется, чему-то для меня пришёл конец.
(Джо Мено «Сделай Погромче»)


Я спал всего несколько часов. И как только поднялся, пошёл в ванную комнату. На полу ещё виднелись засохшие капли моей вчерашней крови. Ранка в порядке, почти затянулась. Я собираю дреды в хвост, чтобы не выглядеть полным уродом и умываюсь. Сейчас я пойду к Биллу. Зайду к нему в номер без стука и сяду на кровать. Просто заставлю его слушать то, что я буду говорить, даже если он не захочет. Ублюдок, сегодня я ему всё скажу…
-Билл? - я толкаю дверь и останавливаюсь на пороге. Ну и где он?
-Том, это ты? – Я слышу голос Билла откуда-то из угла. Захожу и закрываю дверь. Точно, он сидит на полу и возится с чемоданом, ищет одежду, или что он там ищет…
-Доброе утро…- Мрачно говорит Билл и закрывает чемодан, поднимается с пола. Я стою напротив него, думаю, с чего бы начать. Но Билл всё начинает вместо меня.
-Послушай, Том, ты чего пришёл? – Я слышу в его голосе слёзы и мне становится тошно. – Если ты снова ругаться хочешь, то иди и ругайся сам с собой.
Да, я хочу ругаться. И он ещё не представляет, как ругаться…
-Билл, мне надо с тобой поговорить. Как мы обычно делаем – садимся и разговариваем. Верно?
Билл кивает и садится на диван. Я сажусь в кресло напротив. Билл теребит пальцами прядку своих чёрных волос и задумчиво смотрит на меня. Он красивый, ничего не скажешь. Солнце падает на его лицо, заставляя слегка прищурить глаза. Но как же меня от него воротит…
-Ты знаешь, что бывает с предателями?
Билл ошарашен. Он с удивлённой улыбкой смотрит на меня, приподняв одну бровь. Он даже не знает, о чём я хочу говорить. И это меня ещё больше бесит!
-Билли, предателей НЕ ПРОЩАЮТ!
-Ты о чём? – спрашивает он.
-Всё о том же!- я повышаю голос.
-Тише, Том, ты только не кричи…
Меня выводит то, что эта гнида называет меня по имени. Меня выводит то, что он необычайно спокоен, в то время как меня просто трясёт от злобы, ненависть переполняет…
-Ты вообще в курсе, что ты предал меня! Предал своего брата! Предал, предал, предал! – теперь я перехожу на крик, и вряд ли Биллу удастся меня успокоить.
-Том, я не предавал тебя. – Тихо говорит Билл и я слышу в его голосе обиду. Так он ещё и не признаёт своей вины?! Я вскакиваю с места, начинаю орать, обзывать его, все мои мысли, вся ненависть наконец выливается на её виновника. Билл не смотрит на меня. Он боится поднять глаза, потому что уверен, что я долбану его. Конечно, я не буду этого делать. Конечно…
-Думаю, тебе надо послушать меня…
-С какой это стати я должен тебя слушать? – презрительно сказал я.
-Может, потому что я твой брат? – неуверенно спросил Билл. В сердце кольнуло. Один раз, второй. Я сглотнул и присел на край кресла.
-Говори.
-Том…Чёрт…Том, я же не сам…Они хотели проверить…
-Что проверить, ты говори яснее? – с раздражением сказал я.
-Репутацию мою проверить, идиот! Они меня заперли с этой шлюхой в туалете!
Я молчал. Проверить репутацию? Заперли? Да что он несёт?!
-Ты в своём уме, братец?! – я снова подскочил. – Это не оправдание! Они меня чуть не побили, пока ты там с бабой развлекался!
Мне хотелось, чтобы он тогда оказался на моём месте, прочувствовал всю боль, захватившую меня тогда.
-А ты не задумывался, как оказался дома? Кто оттащил этих подонков от тебя? У кого на следующий день был зелёный фингал на скуле?
Я плотно сжал губы. Я ничего не помнил с того вечера. И не хотел помнить. Я знал, что тогда Билл оставил меня.
-Не ври. И не пытайся мне ничего доказать, сволочь! Я даже слушать не хочу! Не хочу!
Поток оскорблений и крика снова обрушился на Билла. Да, я нахамил ему. Дал понять, что больше не уважаю его, не ценю, как раньше. Только это больше не доставляло мне удовольствия. Что-то подсказывало, что уже хватит. В глубине души я знал, что надо поверить. Но не верил. Не хотел.
Билл сидел, поджав под себя ноги, и смотрел в окно, за которым по серому небу мирно плыли облака. Я стоял и смотрел на Билла. Я думал, как всё паршиво, какая он всё-таки самовлюблённая эгоистичная тварь. Но, в то же время, я смотрел на него и с замиранием сердца ждал его реакции. И, скорее всего, я хотел, чтобы он наорал на меня, облил грязью, ударил наконец. Но он не стал. Билл, не глядя на меня, поднялся, подошёл к двери, снял с крючка свою кожаную куртку и вышел из номера. Какого чёрта?! Мне хотелось догнать его, вернуть, наговорить ещё больше гадостей, пусть только он ответит мне тем же! Неужели, после всего этого он ещё любит своего брата Томми? Неужели, он всё ещё дорожит этим негодяем?
Жарко. Очень жарко. Мы с Биллом гуляли по улицам и в магазине наткнулись на компанию ребят. Они выглядели достаточно прикольно: татухи и бейсболки с черепами, скейтерские шмотки. Они были постарше нас года на четыре. Да, наерно, на четыре. И эти ребята пригласили нас на свою вечеринку. Флориан – один из них. Он нас пригласил. Я уговорил Билла пойти. Если б я знал, чем всё закончится, послушал бы его. Билл говорил, что не надо идти…Но мы пришли. Я долго танцевал с девчонками, пока Билл сидел в сторонке. «Глупый» - думал тогда я. А оказалось, что вовсе и не глупый…Его подозвал Флориан, а через некоторое время они направились на второй этаж. Я бросил танцы и подбежал к ним. Флориан сказал, чтобы я остался здесь, пока Билл пойдёт развлекаться с девчонками. Меня окружили его дружки. А Билл так просто ушёл. Ушёл и даже не взглянул на меня как-то по-особому. Я был в шоке. Реально в шоке! Флориан с друзьями напоили меня каким-то дерьмом. Это был джин? Или водка? В общем, это была мерзкая жидкость, от которой я почти сразу вырубился. Но перед этим Флориан успел надавать мне тумаков. Он пихнул меня в бок, заломил руку. Один из его дружков врезали мне в живот. До лица они даже не дотрагивались. Просто хотели слегка меня отлупить. Я упал на диван, а затем сполз на пол. Я ничего не слышал, был почти в отключке. Валялся на полу, голова была мутная, перед глазами рябили красные и чёрные точки. Флориан пнул меня ногой в руку. Даже не больно. Он харкнул на меня, его слюна попала на мою футболку. Противно. Как во сне помню, что кто-то подошёл, оттолкнул Флориана.
-Ого! А ты что это сбежал от нашей милой дамочки? Она тебе такого не простит, малыш! Тебе что, нехорошо с ней было? Или тебе хорошо только с мальчиками? – дикий гогот, не похожий на человеческий смех.
-Уроды, вы чё с ним сделали? – услышал я, будто издалека, знакомый голос.
-Ути-пути, какие мы смелые! Смотрите - сестрёнка пришла защитить братика!
Эти слова обожгли мой слух. Сестрёнка?! Где-то я уже это слышал…
-Сука, ты за моего брата ответишь!
Слышу глухой удар, потом стук. Кто-то кого-то чем-то хорошенько огрел.
-Ах ты, мелкий…
Флориан не успевает договорить. Ещё один удар. Я чувствую, как чьи-то руки обнимают мою талию и стараются поднять меня на ноги.
-Том, Томми, ну помоги же мне, я же один тебя не дотащу! – Этот слабый стон, такой знакомый… Ах, чёрт!!!



«Хуй знает по какой причине, я просто не мог
этого сделать; я не мог сказать, как я сожалею
потому что мне было чертовски стыдно и
всё такое.»
(Джо Мено «Сделай Погромче»)


Какой же я придурок… Расхаживаю по номеру Билла. Какой же я идиот! Билл, родная частичка меня, выслушал столько неприятных слов, столько ненависти увидел он в моих глазах! А ведь, если бы не он, я, может, и не выбрался из этого дома в тот жаркий июльский вечер… Да, это были те самые парни из нашей бывшей школы. Те самые, что терроризировали нас на протяжение нескольких лет в наши школьные годы… Я же знал, что где-то их видел, но не предал этому значения. А Билл чувствовал. Он всё чувствовал. И я тогда не доверился ему, не захотел. Они вправду пригласили нас, чтобы поиздеваться, как это было несколько лет назад. Они ведь так и думали, что Билл… И они заставили его закрыться с этой шлюхой… Но он улизнул, хотя я не понимаю, как ему это удалось. Он сделал это ради меня, потому что знал, что я в беде! И он пришёл меня защитить. Как я это делал, когда нам было по 12 лет. А теперь он столько всего наслушался от меня. Я его не ненавижу! Чёрт возьми, он же мой брат, он самое дорогое, что есть у меня! И я…я дурак, я всё перепутал, всё не так понял, вовремя не вспомнил…Билл, почему же ты мне всё не объяснил? Ты же чувствовал, что что-то не так! А я все эти месяцы ненавидел тебя! Вернее, думал, что ненавидел. А на самом деле, во мне таилась глубокая-глубокая обида. Я не мог простить тебе всего этого, Билл! Но так хотел бы. И сейчас нет уже смысла держать зло.
Я выбежал из номера, аккуратно прикрыл дверь и пошёл. Куда-то я пошёл. Искать Билла, не зная где. Но мне же надо было его найти. Чтобы сказать, что я придурок. Чтобы сказать, что он мне дорог, как никогда…


-Да куда он делся?!- заорал я и опустился на кровать Густава. Он сочувственно посмотрел на меня.
-Слушай, Том, да ты так уж не расстраивайся…- осторожно начал Георг, но я с силой долбанул кулаком по тумбе, так, что все диски и журналы, которые на ней валялись, все они полетели на пол. Георг с Густавом переглянулись.
-Да какого хрена он свалил?! Я просто хотел сказать ему, что я, чёрт побери, не прав был! Я же его всё так же…ну…он же мой брат! Ну Густав, где его носит? Георг…
Мои непонятные реплики превратились в нытьё, которое я так ненавидел. Ну Густав, где его носит? Георг…
Мои непонятные реплики превратились в нытьё, которое я так ненавидел. Но мне уже было настолько пофиг, что я распустил нюни, как мелкая девчонка в детском саду, если у неё отобрали игрушку.
-Бля, ну я же просто ошибался! Ну да, я был идиотом.
Поднимаю глаза на Георга. Он с ухмылкой смотрит на меня.
-Ну ладно, я был ПОЛНЫМ ИДИОТОМ! Но он же должен меня простить! Он для меня…Да он для меня…всё!
И в этот чудесный момент в дверях появляется Билл. Сначала он даже открывает рот, видимо, хотел что-то на ходу сказать Густаву с Георгом. Но видит меня, сидящим на кровати, и останавливается. Мне хочется удавиться. И Густав с Георгом то и дело переводят взгляды с меня на Билла и с Билла на меня. И это меня тоже выводит из себя. И я вскакиваю с кровати и, слегка оттолкнув Билла, вылетаю из номера. И мне так паршиво, как никогда. И я снова чувствую себя придурком. И тогда я разворачиваюсь и иду обратно. Билл всё так же стоит в дверях. И я беру его за плечо и поворачиваю к себе. И, кажется, я даже хочу плакать, потому что глаза щипет и нос очень чешется. Билл смотрит на меня и ничего не говорит. И мне приходится говорить самому. И я долго говорю, что-то непонятное, что-то совершенно неадекватное. Но Билл в какой-то момент просто говорит, чтобы я молчал. И я молчу. И мне ужасно плохо, потому что мне кажется, что он меня не простил. Тогда я начинаю говорить ещё больше всяких глупостей, но заканчиваю такой идиотской фразой «и всё равно ведь мы братья!». И Билл кивает и говорит: «да». И я хочу навалиться на него и растрепать волосы, как я обычно делал, когда мы неожиданно ссорились, а потом мирились. Но это было как-то не к месту. Поэтому я подошёл и тупо вот так сказал: «Билл, это всё глупо…». И Билл снова кивнул. Тогда я взял и обнял его. Вот так просто обнял, как, знаете, в фильмах друзья встречаются через сто лет и обнимают друг друга. И я его ещё не выпускал где-то минуту, а может и больше.
-Том, ты не бери в голову. – Сказал Билл, отстраняясь от меня. И впервые за несколько месяцев моё лицо озарила счастливая улыбка.


Мы сели в автобус. В этот всем надоевший гастрольный автобус. Я быстрее занял место у окна. Через пару минут рядом со мной плюхнулся мой брат, кинув рюкзак к себе в ноги. Он снова был в своих дурацких наушниках, которые я просто терпеть не мог. И меня бесило, когда он включал плеер на всю громкость и слушал свой поганый реп. На этот раз он пощадил нас всех и не стал делать максимальную громкость. Я смотрел в окно. Там так здорово, за окном! Машины проезжают, такие классные… Я очень хочу свою тачку. Спортивную Феррари, или ещё там какую-нибудь. И чтобы мне подарили тачку, а я сел в неё и уехал. Подальше от него…
-Эй, Билл! – он легонько пихает меня кулаком в руку. Я поворачиваюсь к нему. Эти вечно смеющиеся глаза, серёжка в губе…И как же мне противно порой на него смотреть!
-Ну ты чего такой грустный, давай побесимся!
Его тупые фразы выводят меня из себя. И вчера он так жестоко тупил, когда пытался мириться со мной. Да если бы он знал, что мне это уже не нужно. Да, к сожалению, не нужно. Или, к счастью? Я снова поворачиваюсь к окну. Автобус трогается с места, деревья, дома, всё проносится мимо. И машины уж так не разглядишь.
-Да чего тебе?- не выдерживаю я, когда Том снова тянет меня за рукав. Вижу его протянутую руку. В ней бутылка колы.
-Да не буду я!- говорю с раздражением и отворачиваюсь. Так я и до следующего города не доживу, он меня в покое не оставит…И раскинул тут свои ручищи. И громко ржёт над шуточками Георга. Я демонстративно затыкаю уши, но, кажется, они даже не обращают на меня внимание. Как же мне противны эти недоделанные сосиски на голове! Как же мне противен этот деланный низкий голос! Как же мне противен каждый его жест, каждый взгляд, он как будто всем своим видом говорит: «Я – король вселенной! Смотрите, какой я секси!». И это меня больше всего раздражает, да! И даже как-то стыдно признавать, что он мой брат, потому что я не хочу, чтобы мой брат был таким. А ведь было время, нам было лет по 12…И он тогда меня защищал от всяких уёбков, которые стебались над моей одеждой. И я тогда тоже всегда им что-то орал, если они наезжали на Тома. И нам тогда было так здорово вместе, мы были так похожи. Я не внешность имею ввиду. Просто нас что-то такое связывало, что нам было реально здорово вместе.
И, знаете, я не хочу копаться в себе и искать причины, почему я теперь так ненавижу своего брата. Просто меня бесит Том. Бесит. Бесит. Бесит…

Конец.