"...блики от фонарей на мокром асфальте. Хочется ненавидеть этот мир, но внутри только тоска и тяжесть. Я шел вперед, не разбирая дороги, а моросящий дождь капал с волос и стекал по лицу слезами. Ссутулившись и засунув руки в карманы, кутаясь в длинный плащ, просто идти вперед. Я хочу бежать, но иду медленно и неспешно. Каждый шаг дается тяжело, словно бы каждый пройденный квартал обваливается каменной грудой на сердце. На улицах лишь редкие прохожие, уже давно стемнело. Укрытое тучами небо не позволяло видеть ни луны, ни звезд. Лишь болезненно-желтый свет фонарей и моросящий дождь. Не хочется думать, но я все равно снова и снова задаюсь вопросами, на которые не вижу ответа. Кто я? Что я такое? Потерявшись во лжи и реальности, я не понимаю того, что происходит вокруг. Не понимаю, не могу понять. Что есть правда? А что ложь... Что со мной? Почему я такой..."

"...они ненавидят и бояться. Меня? Испытывают отвращение, гонят и выживают со свету. А мне и не нужен их свет. Я заключенный здесь, каторжник, который обязан вынести свой срок. А им я противен. Пьющий кровь, бледный и худой, ищущий в физической боли спасение. Спасение от той боли, которая грызет меня изнутри. Точит как болезнь, обнажая нервы и вгрызаясь в них, медленно, глумясь и выворачивая душу. Мое проклятье, мое благословление, моя судьба, мой путь. Я смотрю на других и пытаюсь представить, ярче почувствовать их жизнь. Каково это? Жить беззаботно и радотно, быть составляющей этого стада. Голодным взглядом провожая детей я глотаю слезы и слюну. Черт, ну почему я такой?..."

"...да какой я хищник. Паразит, болезнь, которая не может существовать без того, кем питается. Я могу жить как обычный человек, но мне мешает эта грызущая изнутри тоска и боль. Какого чувствовать беду и не суметь ее предотвратить? Не понять, не расшифровать собственную интуицию. Эти чертовы предчувствия. Они долько доказывают мне, что в жизни намного больше плохого, чем хорошего. Но я иду дальше, черная тень с тоскливыми глазами. Меня не видят или не хотят замечать. Те, что с каменными лицами идут по земле. Радостные и веселые подростки, не знающие, что такое злой рок. У них, наверное, такая же безвкусная кровь. Обычная, с железным привкусом, самая обыкновенная, но молодая. Соленая. Кровь соленая, слезы соленые, сперма соленая. А стадо старается жить сладкой жизнью. Странная жизнь, странный мир, странные мысли, не дающие покоя..."

"...жалок. Просто жалок. Ослабевший, изможденный жизнью. Меня кормят кровью из жалости. А на глазах слезы обиды и благодарности. Просто жалкое и опустившееся создание. Человек, больной душой. Душой, не дающей быть человеком. Но я тоже живой. Если я откажусь от простой пищи, я не выживу. Если меня ударить, мне будет больно. Если меня обидеть, мне будет намного больнее. Я живу? Я просто продолжаю свою жизнь. Поддержание жизнеобеспечения. Иначе и не назовешь это проклятое существование..."

"...проникающий в самое сердцу, душу. От него не убежать и не будет того, кто бы согрел. Кровь упрямо не хочет нормально циркулировать по венам. А ведь я тоже могу быть веселым и задорным. Могу взахлеб рассказывать истории и веселить друзей. Когда я чувствую себя в безопасности, я могу открыться. Когда я не чувствую гнета, вечно идущего за мной. Когда я не мрачный и молчаливый. Когда холод не так сильно прижимает к себе в крепких обьятьях. Я могу вселять надежду и давать веру. Могу помогать другим открыть себя. Но закрываюсь сам, едва погружаясь в вязкую жижу чужих эмоций. Я им противен и непонятен. Почти осязаемая физически боль и этот чертов холод. Как будто я просто умираю в такие моменты и кровь остывает с каждым новым вдохом..."

"...интересно, каково это? Быть настоящим. Не странной полукровкой или лишенным рассудка человеком, а действительно жить, питаясь кровью. Жить в клане среди своих. Учится жить другой жизнью. Но это судьба избранных. А не странных созданий не от мира сего. Не принятых этим миром и вынужденных жить как человек. Там я никому не нужен. Лишняя обуза, меня там никто не ждет. И не буду нужен. Как и людям. Отвергнутый обоими мирами буду кутаться в пальто, спасаясь от холода и силой сдерживать слезы боли. Той боли, которая засела внутри и каждый раз вспыхивает жгечим холодом. Сжимает сердце в тиски и сковывает тело. Вечно преследующая..."

"...часто это спасает. Слепая надежда, трепетное ожидание, вера в нее. В то, что настанет день и я смогу не только в своих мечтах коснуться ее кожи, взглянуть в ее глаза, узнать на вкус ее губы. Крепко обнять и больше не отпускать. Свое спасение, свою надежду, свою веру, свою любовь. Дарующую мне жизнь, силы жить дальше. Но суровая реальность каждый раз дает пощечину, отрезвляя от сладких мечт. Дает пощечину и заботливо успокаивает, гладя по голове плачущее существо. Когда слезы делят лицо на три части, а изнутри вырываются всхлипы и крики. Слова сплетаются в громкое рыдание. Как огромная волна, прорвавшая плотину, заливая мысли и взор. Биться в истерике и глядя затуманенным взором в глаза реальности. А она будет как всегда спокойна и непокалебима. Она такая. Жестокая мать, высокомерная к мольбе, холодная к чужой боли. Ее можно ненавидеть, но от этого ничего не измениться. Потому что, такова реальность..."