[357x699]
Деревья казались мертвыми, они протягивали свои голые ветви к небу молча ожидая своего пробуждения. Все вокруг покрывал белоснежный ковер переливающегося в лучах зимнего солнца снега. Спокойствие и умиротворение...
Не за этим ли сюда стремяться люди? В этот храм, который так далеко. Опустить на колени перед распятием и склонить голову в молитве. Получить прощение и отпущение всех грехов. И это вечное незыблемое ожидание, что из окна прольется божественный свет и все грехи будут забыты благодаря молитве и покаяния.
...
Под ногами хрустел снег. Плащ развивался за спиной подчиняясь леденящему ветру. Но сейчас было наплевать на холод, на сугробы и весь окружающий мир. Все сжалось до одной единственной башни храма, видневшейся впереди. И внутри была уверенность, такая же холодная, как блуждающий по заснеженному холму ветер. Твердыми шагами приближаясь все ближе невольно тянешься к внутреннему карману, но заставляешь себя сжать руку в кулак и продолжить идти. Не время. Не сейчас. Но уже скоро... Уже скоро... И эти слова вертятся в голове, наполняя сладостным предвкушением и неким волнением. Нетерпением и одновременно желанием растянуть эти мгновения.
И ты неумолимо приближаешься к дверям храма. Словно бы черный вестник, предвещающий беду, черным пятном ярко выделяешься среди белого великолепия. На лицо спадает прядь иссиня-черных волос, едва прикрывая кривую улыбку. Вот уже и ворота прямо перед тобой и одним рывком ты раскрываешь их настеж. И сразу же проклиная себя за это нетерпение. Остаешься стоять в дверях, в храм врывается холодный ветер, задувая некоторые свечи. Священник, стоявший у алтаря оборачивается к тебе. Короткие русые волосы, голубые глаза не сразу видно за очками. Удивленный появлением такого странного прихожанина он уже улыбается тебе.
- Что же вы стоите в дверях? Проходите же. Любому найдется пристанище в храме Божьем.
Слова, которых ты ждал. Ликующая улыбка невольно сияет на лице. И ведь ты даже не скривился при упоминании бога. Это сейчас не важно. Не мешкаясь переступаешь порог и уговаривая себя не торопиться неспешно подходишь ближе. Двери за спиной смыкаются и гремит старый засов. Священник с неподдельным удивлением наблюдает за этим и переводя глаза на гостя видет эту улыбку... В глазах священнослужителя мелькает замешательство, беспокойство.
- Кто вы?
Улыбка становиться шире, показывая острые клыки.
- Спасибо, что пригласили войти, святой отец. - чуть смеясь говоришь останавливаясь где то в нескольки метрах от алтаря - Я слышал, что таким как я закрыт путь в святую обитель, пока не получено приглашение войти. И я рад, что мне не пришлось выяснять, было ли это правдой или нет.
Священник пятиться назад, но вместо страха начала просыпаться смелость. Он так уверен в том, что его бог его защитит.
- Кто вы?
Теперь вопрос звучит уверенней, тверже. Уже требует ответа, а не бормочет от удивления и шока. И это кажется забавным. Где то глубоко рождается смех и вскоре беспрепятственно вырывается наружу.
- Кто я? - говоришь все еще смеясь, передразнивая священника - Просто заблудшая душа, святой отец. Грешник, желающий прощения.
Видно, что он не верит тебе полностью, но все таки несколько смягчается.
- Что ж -неуверенно начинает он, несколько растерявшись - Если ты хочешь, я могу выслушать твою исповедь. Покайся в своих пригрешениях и получишь прощение.
Подходишь к нему ближе, но он уже не пятиться назад.
- КАк же я грешен, святой отец -неспеша говоришь подходя ближе- Столько дурного я совершил... Стольких я совратил... Стольких я погубил... -он уже совсем рядом и ты останавливаешься. Смотришь в пол с видом абсолютного раскаяния. Может, стоит даже слезу пустить? Ну нет, это слишком. Уже один тон голоса достоен высочайшего актерского мастерства.
- Зачем ты делал все эти грехи? -тихо спрашивает он кладя руку тебе на плече и стараясь взглянуть в глаза. Ох, зря он это сделал. Но ты ведь этого и ждал? И все таки так не хотел, что бы все так быстро прерывалось. Поднимаешь глаза, а на лице улыбка. Священник было понимает, чует опасность, но он не может убрать руку с твоего плеча. В глазах мелькает страх.
- Зачем? - спрашиваешь, усмехаясь - А разьве это не приятно, святой отец? Проливать чью то кровь, тонуть в разврате и упиваться стонами собственной жертвы?
Слышиться легкое шипение. Священник кривиться от боли. А его рука становиться красной. Неведомый жар, словно пламя причиняет жругую боль, но убрать руку человек не в силах. Склоняешь голову на бок доверчиво и наивно словно ребкнок глядя ему в глаза
- В чем дело, святой отец? Вы обожглись?
Он не отвечает, скулы напряжены, он крепко сжимает зубы что бы не проронить ни звука. Глаза его наполнены страхом и отголосками ненависти.
- Ну что же вы, святой отец? Ненависть... разьве может себе такое позволить священнослужитель? Все мы равны. Все заслуживаем прощения. Не так ли?
Он молчит, но и не надо слов. Его мысли метаются из стороны в сторону как спуганные птицы. Ненависть... К темным тварям, "проклятым созданиям", "отродьям дьявола". Ты невольно улыбаешься ему. Тепло, ласково. КАк глупому ребенку, слепо уверенному в своей правоте, даже если он не прав. Протягиваешь руку и проводишь ей у него по щеке. Он снова морщиться от боли и отворачивается. На лице горит след как от пощечины.
- Обжегся? Ну, ничего. Бывает. Такой уж я горячий, что об меня можно обжечься. Но разве не тепла ли ты желал в такое холодное время? Сетовал на жгучий холод и перебирал онемевшими пальцами четки -у него в глазах мелькает удивление. Откуда я могу знать? НО сразу заменяется уверенностью "догадался". Глупый... Улыбаешься ему, одна улыбка говорит за себя. Я знаю, я все знаю- Пути господни не исповедимы.. Можно ли считать твои молитвы услышанными? Ты так упорно желал тепла, что, пожалуй, тебе это достанется строицей. Как ты относишься к адскому пламени? Ооо... Оно ОЧЕНЬ теплое. Горячее... -на губах ласковая улыбка сменяется довольной. Разглядываешь его как занятный трофей, попавший в руки- Или тебе нужно другое тепло? -кладешь руку ему на плече и медленно проводишь вниз. Священник дергается, сбрасывая твою руку и в то же мгновение его рука соскальзывает с твоего плеча. Бедняга падает назад и вот уже смотрит на тебя снизу вверх усевшись на полу и прижимая к груди обожженую ладонь. В этот момент он такой испуганный, растерянный. Он знает, что не сможет бежать и ты подавляешь в нем само желание. Он чует смерть, он не хочет умирать, он хочет хотя бы попробовать спастись, хотя знает, что это бесполезно. На губах сама собой появляется хищная улыбка, рука скользнула во внутренний карман плаща. Мгновение...