-Спасибо тебе большое!!
Я отбежал от ее дома, спиной чувствуя ее вопросительный взгляд. Стало очень темно. Я забежал в машину.
-Едем в гостиницу… - проговорил я, мокрыми руками трогая белую коробку.
Машина сразу тронулась, а я продолжал заворожено смотреть на эту коробку. В руке я сжал листок. Я не хотел его сейчас открывать. Да и заглядывать в эту коробку, мне было страшно. Но когда мы подъехали к мотелю, я быстро подбежал к рецепшену.
-Два номера, и побыстрее.
-Ваши паспорта.
Девушка достаточно быстро оформила все, и протянула нам с Джи ключи от номеров.
Мое жилье находилось на 7-ом этаже, как и в тот раз, когда на Украине. Номер Тома находился на 7-ом, а мой на шестом…неужели все связанно между собой?! Это так странно, я осмысливаю все. Каждую фразу, любой звук. Я понимаю, что именно сейчас, мой мозг полностью работает. Я не могу поверить, что еще чуть-чуть, и я найду Тома. После двух лет, я начал действительно жить, ценя каждую минуту. Я понимаю, что все зависит от моих мыслей, решений… я боюсь, что я не успею… почему в сутках только 24 часа?! И 8-мь из них я должен спать. Я понимаю, что мне все равно не удастся сомкнуть глаз, но все равно мне придется отрубиться от своих мыслей, и попасть в мир грез, где я с Томом гуляю по нашей деревеньке, или мы снова отжигаем на каком-нибудь концерте…
Я забежал в номер. Быстро кинув все вещи на пол, я побежал в сторону бара, достал бутылку виски, и тут же сделал несколько глотков. Прикурив сигарету, я сел на диван, пододвинул к себе пепельницу, я начал читать записку.
«В этой коробке лежат вещи, которые тебе помогут осмыслить все происходящее. В ней ты найдешь прошлое, настоящее и бедующее. Самое главное, что бы ты все понял. Теперь я дам тебе три задания, с помощью которых ты придешь к следующей подсказке.
1) Ваши фотографии с Томом. Найди то, что связывает все эти фотографии. Тебе стоило бы хорошо присмотреться.
2) Дневник Тома. Ну здесь я ничего не смогу тебе сказать…ты должен будешь решать все сам. Не делай глупых ошибок. Перед тем, как начать читать его, подумай, надо ли тебе это?
3) Листок с моими записями. Они тебе могут ничего не дать. А могут и подсказать, где сейчас Том.
И удачи тебе…»
Я выкинул листок, и принялся за коробку.
Пару движений, и разорванные ленточки лежали на полу. Дрожащими руками я достал фотографии, на которых изображались мы с Томом.
-Но мы же обещали не показывать друг другу, сто не будем показывать их кому-либо… мы поклялись… - пронеслось у меня в голове.
Я внимательно рассматривал снимки. У нас такие веселые лица. Мне сразу захотелось вернуться в детство, когда не было никаких проблем, когда мы бегали по дворам, издевались над соседями, смеялись часами. А потом часами выслушивали, как мама ругалась:
-Ко мне приходят соседи, и говорят что у меня мальчики негодяи!! Болваны!! Сколько можно?! Вы можете издеваться не над соседями? Убегите подальше от дома, и там продолжайте свои игры!!
А мы всегда соглашались, и говорили что не будем. Но всегда продолжали это делать. Или как в школе. Иногда мне кажется, что там было просто шикарно. всегда срывать урок, высказывать свое мнение, и да же если потом учителя все высказывали маме, мы продолжали это делать. Я всегда считал, что у каждого человека есть шанс высказаться. И я всегда использовал его на уроках, как и Том.
-Черт, здесь постоянно виден тот заброшенный дом!! – чуть не закричал я на весь отель.
Я впился глазами в фотографии. Заброшенный дом Шмельцев. Мы всегда там с Томом играли. И если фотографировались, то именно рядом с этим домом, потому что считали его нашим укрытием. Мы спрятались тут, когда за нами гнались 11-ти классникии, они сначала избили нас возле школы, а потом бежали за нами, кидая в нас камни и палки. Тогда мы с Томом спрятались тут. Я заплакал. А мой СТАРШИЙ брат меня успокаивал, говоря о том, что все будет хорошо, мы им еще отплатим за это. В тот вечер я узнал, что кто-то почти до смерти избил Грина, парня, которые тогда бил меня. У меня да же в мысли не промелькнуло, что это Том, но сейчас я отчетливо это понимаю. Я отодвинул фотографии, и принялся за дневник Тома. Первая запись меня сильно впечатлила.
«Эту тетрадь мне дала Абригель.
Я не знаю что тут писать. Да я никогда не вел дневники, и не понимаю, зачем мне нужно тут описывать все, мои переживания, мои страхи… но если Абригель дала, то не с проста. Мы сейчас в Эстонии. Город красивый, но я не могу никак запомнить его название. Да же сейчас, я не помню его. Мы играли свой концерт, когда я услышал какой-то звук. Похожий на хлопок. А потом…словно горячий воздух…обожгло мне лицо и руки. Я не помню, что именно тогда произошло. Но на сцену выбежала Абригель, и я оказался рядом с барабанной установкой Густава. Я лежал «под нашей сценой». То, что увидел, меня не впечатлило. Только дало мне столько ужаса и боли. Я видел, как, в Билла стреляли, и Саки укрыл его своей спиной. Мой братик, в тот момент я больше всего переживал за него. Видел, как он плакал, когда на нем лежало тело Саки, уже мертвого. Абригель тогда начала стрелять. Я не понимаю, как она тогда видела в кого стреляла…я вообще ничего не понимаю, но через несколько секунд я оказался за сценой, в каком-то маленьком помещении, где мне следовало не двигаться. Я принял это все в серьез и старался не дышать. Меня вытащил Георг, который тут же потащил меня в сторону выхода. К машинам. Я кричал «Где Билл?!» «Я не куда не пойду без Билла». А он сидел тогда в машине. Залитый кровью Саки, и закрывая лицо руками. Самое страшное оказалось сзади, когда я сел рядом с ним, и обнял его за плечи. Я чувствовал, что он плачет. Я видел, как Георг пытался вынуть какую-то железяку, которая попала ему в ногу. Густав в это время старался обезвредить эту рану. Страх и ужас постиг меня в тот вечер…»
-Тогда…все началось именно в тот вечер…тогда Абригель уже знала, что будет с Томом… - прошептал я, переворачивая страницу.