-28-
- Детка, что случилось?! – в коридоре я нечаянно налетела на Тома, явно направлявшегося в комнату Билла.
- Ничего…- я отвернулась, чтобы он не видел моих слез.
- Роксана…- он повернул мое лицо к себе и вздохнул, увидев залитые слезами глаза и щеки.
- Что? Что, Томми? – я с трудом боролась со слезами. – Скажи уже что-нибудь! Твой брат считает, что мне необходимо вернуться в Россию и жить без него. По крайней мере, научиться жить без него.
- Это он тебе сказал?! – нахмурился Том.
- Нет, черт возьми, я сама это придумала, и поэтому теперь рыдаю, как дура! – огрызнулась я.
- Рокси, успокойся…- он взял мои руки в свои. – Пойдем, посидим у тебя…Я помогу тебе успокоиться…
- Только давай обойдемся без канадского лекарства? – вспомнила я слова Билла, когда мы были в Берлине.
- Прости, Рокс, но я люблю тебя лишь как сестру, - с улыбкой покачал головой Том. – Хотя, если ты захочешь попробовать…
- Приму к сведению. Я пойду к себе, Том.
- Я с тобой. Должен же я знать, что у вас там произошло…
Том настойчиво смотрел на меня, и мне пришлось согласиться.
- Пойдем…
У себя в комнате я села на кровать и посмотрела на Тома.
- Садись.
Тот послушно сел рядом и обнял меня за плечи.
- Я жду твоего рассказа, - вздохнул парень.
Я посмотрела в карие глаза друга, которые были до ужаса похожи на глаза Билла, и все ему рассказала, по привычке обняв колени руками.
- И ты позволила ему так с собой обойтись? – изумленно поинтересовался Том.
- А как он со мной обошелся? – устало пожала плечами я. – Том, он вполне четко и верно изложил свою политику! У нас она, говоря по-русски, она называется «Не нравится – развод и девичья фамилия!», хоть мы и не женаты!
«И теперь вряд ли когда-либо будем…» - с грустью подумала я.
- Эй…- Том поднял мне подбородок пальцем. – Не грусти, а то морщинки появятся. Хочешь, я поговорю с ним?
- Нет, Томми, - с грустной улыбкой покачала головой я. – Мне не нужна его жалость. Я уеду, как он просит, и начну новую, а главное, счастливую жизнь.
- Солнце, ну он псих, но ты-то не сходи с ума! – взмолился Том.
- Все в порядке, Том, я не сошла с ума – так надо…- вздохнула я и чмокнула его в щеку.
- Пообещай мне, что ты никуда не поедешь, на ночь глядя?
- Ладно…- вздохнула я.
Как только Том вышел из комнаты, я тут же взяла телефон и в записной книжке выбрала «Охрана».
- Алло, Ханс? Ты на посту?
- Да, мисс Роксана…- ответил мне начальник службы безопасности «Tokio Hotel» и по совместительству водитель. Меня он всегда почему-то называл «мисс». – Куда мне деться?
- Ты мне очень поможешь, если через 20 минут доставишь меня в аэропорт, ладно, Ханс?
- Конечно. Через 20-30 минут, говорите?
- Если это будет удобным тебе, то через 30…
- Будет сделано.
- Спасибо тебе огромное! Я знала, что ты поймешь меня, через полчаса я выйду.
- Жду.
Я положила трубку и, немного подумав, взяла ее снова. Я наговорила на автоответчик для Билла короткое сообщение, собрала вещи, посадила Синди в контейнер для перевозки и вышла из дома Каулитцев.
- Что-то случилось, мисс Роксана? – заботливо спросил Ханс, глядя на то, как я прислонилась виском к стеклу на двери машины.
- Что? Нет, все хорошо! – мигом «ожила» я.
- Вы с Биллом поссорились, да? – вздохнул охранник.
- Что-то вроде того, - поспешила согласиться я.
- У вас все обязательно наладится! Если хотите, я поверну обратно.
- Нет, Ханс, не надо…я улетаю в Россию. Там моя жизнь…моя мама…
- Она, наверное, очень обрадуется, увидев вас…
- Ты даже не можешь представить себе, насколько!
В аэропорт мы приехали как раз к началу посадки.
- Прощай, Ханс…- вздохнула я, по-русски троекратно расцеловав охранника в обе щеки. – Я тебя умоляю…
- Не бойтесь, я ему ничего не скажу, - кивнул Ханс. – Прощайте…Храни вас Господь!
- Береги себя…- шепнула я, глядя, как он удаляется к машине.
Самолет взлетел, но у меня было такое ощущение, что моя душа осталась в этом маленьком немецком городке, в доме Каулитцев.
«Вот он проснется…- представляла я себе утро Билла без себя, - пойдет ко мне, чтобы помириться…обыщет весь дом, устроит бедному Хансу допрос с пристрастием, а когда ничего не добьется, догадается проверить автоответчик…Найдет мое сообщение, а что потом? Расстроится? Обрадуется? Разозлится? Эх, Билли…»
Я вздохнула и закрыла глаза. Из-под ресниц скатилась одна большая слеза. Хотелось крикнуть: «Остановите самолет! Я сойду!», но я, разумеется, понимала, что это невозможно и просто смешно.
«Я потерялась…» - поняла я.