Девчушка с карими большими глазами сидела на лавочке в парке. Она смотрела на небо и улыбалась, качая ножками. Ей казалось, что она вернулась в детство. Ее снова все умиляло. Только ей не нравились эти врачи, которые по вечерам кололи ей какие-то лекарства. А один раз, когда она хотела сбежать домой на один денек, они и вовсе закрыли ее одну в холодной комнате с мягкими стенами. Ей так это не нравилось. Она плакала. С того момента она послушна и не пытается убежать домой, но врачи ей обещают, что скоро она поправится и отправится домой. А пока она напевает песенки, сидя в этом замечательном, но маленьком парке.

-Джэйни, к тебе мама пришла. – Девушка поворачивается на голос доктора, и на ее лице мелькает улыбка.

-Доченька, привет. – Женщина садится рядом со своей дочерью и обнимает ее.

-Мама. Я рада, что ты пришла. - Меланхолично ответила Джэйн.- Я ведь знала, что ты придешь, потому что мне нашептали об этом друзья. Только тссс! Они невидимые и просят никому о них не рассказывать. – Девушка вновь улыбается своей детской наивной улыбкой, а на глазах Анастэйши блестят слезы. Она прижимает свою дочь к груди, шепча ей, что скоро все будет хорошо.

-Я знаю, мамочка!- Джэйн вновь улыбается и устремляет свой безмятежный взгляд куда-то в сторону. – А как поживает Билли? Почему он ко мне не заходит? И Лил тоже… Я так давно их не видела. Как дела у Билла, мам? – Улыбка не сходит с лица девушки, а ее огромные глаза светятся интересом и детской невинностью. Анастэйша не выдержав начинает плакать.   
-С ними все хорошо, доченька. – Она вытирает ладонью слезы и натягивает улыбку.

-Передавай Биллу привет. Скажи, когда я уйду из этой больницы, я отдам ему ту подводку для глаз. Я у него ее взяла! Только пусть он не злиться, я куплю ему новую! Обещаю!

-Да, дорогая. Конечно. Я скажу ему. Мне пора идти. – Анастэйша не вытерпев, поцеловала Джэйн, и отправилась к врачу, который неподалеку наблюдал за их беседой.

-Доктор Шрайдер, она ничего не помнит. –Женщина вновь зарыдала.

-Фрау Анастэйша, не переживайте по этому поводу. Это обычный симптом. Главное сейчас ничего ей не говорить. Тем более если вы скажете, что она совершила двойное убийство, легче ей не станет. Пусть будет так, как мы с вами договаривались. Тем более вам очень повезло, что ее признали невменяемой. Иначе бы в тюрьме ей пришлось очень туго…

-Да, я это понимаю. – Женщина прекратила плакать. – Ей долго еще здесь придется находиться?

-Суд признал ее к пяти годам заключения в психиатрической больнице.

-Я это знаю. Но когда она сама вылечится? Когда?

-Не знаю… ее случай очень сложный. Она пережила тяжелую и очень серьезную психологическую травму. Мы не можем ничего обещать, но мы стараемся ее вылечить. Будьте спокойны. Мы будем пытаться сделать так, чтобы она поскорее поправилась.

-Спасибо, доктор Шрайдер. Вы очень любезны. Мне пора идти. – Доктор полностью убедился, что женщина скрылась в глубине больницы, и жестом позвал своего санитара, дав ему указания.

-Доктор Шрайдер, а вы уверены, что стоит повышать дозу транквилизаторов в два раза? Ведь ее сердце может и не выдержать, она уже начинает сходить с ума!

-Слушай, ты очень дорожишь своим местом работы?

-Да, да! Конечно, д. Шрайдер!

-Ну так иди выполняй!

 Шрайдер посмотрел вслед уходящему санитару и пробурчал себепод нос –«Все равно  ей уже не долго осталось….».

**

Меня снова заперли в этой холодной комнате, сделав  массу уколов. Но я уверена, что врачи хотят мне только добра! Но мне так холодно! Я вся дрожу. Мне плохо. Мои слезинки превращаются в иней, буквально замерзая на моих щеках. Но я терплю, ведь я знаю, что дома меня ждет дружная семья…и Билл! А когда меня выпишут отсюда, мы будем снова счастливы вместе.

 Девушка свернулась клубком на холодной поверхности пола. Она тихо напевала знакомую песенку. Из носа маленькими дорожками струилась кровь, капая на пухленькие губки. Кто бы мог подумать, что детская любовь может обернуться таким образом, и повлечь за собой столько жертв? И кто бы мог хотя бы предположить, что так закончится ее история. История неудачницы Джэйн…