Бушмены северной части Калагари делали стрельный яда из личинок диамфидий, которых местные жители называли «нга». Яд приобрел известность под «калагарский стрельный». Бушмены смазывали наконечники стрел веществом, извлекаемым из высушенных личинок жука. Яд обладал свойством парализовать нервную систему животного. В зависимости от величины животного гибель наступала через несколько минут или несколько часов. При этом мясо оставалось съедобным, необходимо было лишь вырезать место вокруг раны. Удалось установить, что ядовита только личинка насекомого, которая живет па корнях одного из местных растений, в то время как взрослые особи токсичностью не обладают. Выкопанные и высушенные куколки измельчались, смешивались с соком акации и некоторых других растений, имя смазывали наконечники стрел, которые сохраняли ядовиость в течение года. Одной стрелы достаточно, чтобы гбнть жирафа массой 500 кг. Из яда удалось выделить токсическое вещество в виде порошка. Оно вызывало ги-бель кролика через 3 ч после введения 1,5—2,8 мг и действовало подобно кровяным ядам типа фенилгидразина пли пирогаллола, разрушая эритроциты. Животные, которым вводили калагарский стрельный яд, теряли способность движению, нарушалась их координация, появлялись судороги, и наступала смерть при явлениях сердечно-сосудистой недостаточности. Яд не сходен с кураре, не теряет токсичности после кипячения и обработки абсолютным спиртом и представляет собой одиночную полипептидную цепь с молекулярной массой 60 000. Он является одним из сильнейших природных токсинов, минимальная смертельная доза его равна 25 пгг. Концентрация 5-10~" Мл вызывает гемолиз эритроцитов, что соответствует 65 молекулам на одну клетку. Можно ли его использовать в медицине и экспериментальной биологии — пока неизвестно.