1 часть.

Окутанный сизой пеленой дыма,среди ярких лазерных лучей Билл Каулитц курил кальян и запивал незабываемые ощущения жжения в горле мохито. Лениво прикрывал глаза. Лучи не слепили, зато отражались фееричными отблесками в его черных налаченных волосах.
Рядом на обтянутом тугой лаковой кожей диване сидела девушка в ажурных колготках и бриллиантовых сережках.Она пила шампанское. Была похожа на манекен.
Билл, не моргая, пару мгновений наблюдал за блеском бриллиантов, затем небрежно скользнул взглядом по ее ногам.
Неплохая телочка. В самый раз для сегодняшней ночи. Сегодня он решил выбрать девушку. Задница и так болела от многочисленных партнеров.
На ее белой футболке вызывающе горела неоновым светом надпись " No yacht. No plane. No money. No chance." (Нет яхт. Нет самолета. Нет денег. Нет шансов.)
Билл усмехнулся. Что ж, его ни в чем нельзя упрекнуть. В свои 19 лет он уже сделал превосходную сольную карьеру, начал свой фэшн-бизнес и владеет собственным умопомрачительно дорогим клубом "Fucking star", в котором сейчас и находился.
У него миллиарды фанаток по всему миру - Франция, Россия, Англия, Америка, Япония - никто от него не ускользнул. В год он зарабатывает не менее $20 млн. Он - секс-идол нового поколения. Поколения next.
Билл, в тысячный раз осознав удовлетворенность своей жизнью, блаженно прикрыл глаза, выдыхая изо рта сладковатый дым.
В дверь кабинки деликатно постучались.
- Входи.
В VIP- кабину вошел человек и, низко наклонившись, что-то прошептал на ухо Биллу. Тот поморщился, но вслух сказал:
- Передай этому придурку, что у него есть 5 минут.
Человек кивнул и вышел. Билл раздраженно вздохнул и, достав миниатюрное зеркальцо с бриллиантовым напылением, пристально посмотрелся в него. Очевидно, этот процесс его малость успокоил, потому что, наглядевшись на себя вдоволь, Билл выглядел более собранным.Он хлопнул сверкающей крышкой.
-Уже уходите, мистер Каулитц?
Собираясь выйти, Билл небрежно оглянулся. Он никому не позволял называть себя по имени. Девушка - он не запомнил ее имя - выжидающе смотрела на него, призывно поигрывая полуснятой туфелькой на ноге.
- Можешь не ждать меня, крошка.
Билл вышел за дверь, тут же попадая в коловорот музыки, доносящийся с первого яруса.За толстой дверью VIP-кабины ее было абсолютно неслышно.
Билл шел по зеркальному коридору, отображавшего его со всех сторон,буквально нутром ощущая, как под ним на первом ярусе, люди сходят с ума, извиваясь в грязных танцах под модный бит, трутся друг о друга телами, вдыхая коктейль пота и дорогих духов, и волосы блондинок мертво вспыхивают в лазерных лучах светомузыки...
Он старался сосредоточиться на этом, только чтобы не думать о том, к кому сейчас направлялся.
Повернув голову вбок, Билл критически осматривал свое отражение. Строгая черная рубашка с воротником-стойкой, сильно приспущенные и обтягивающие джинсы, давно ставшие его фирменным знаком, широкий серебряный ремень, свободно лежащий ниже бедер; дорогие серебряные цепи с очень крупными звеньями на бедрах и шее, тяжелые бриллиантовые кольца на руках. Волосы сексуально налачены, на лице - убийственный макияж.
Билл, слегка качнувшись, завернул за угол. Мохито оказалось слишком крепким.
Архитектуру и интерьер этого клуба Билл планировал сам, поэтому все знал здесь как свои 5 пальцев. VIP-кабины находились на верхних ярусах. Из одной из них он только что ушел. Самый дешевый вариант - тесная кабина за $2 000. И это когда в других клубах это считалось максимальной ценой за банальный трах в чилл-ауте. Но он же Билл Каулитц, и он может делать в своем искусственно созданном мире все, что ему заблагорассудится.
Сейчас Билл направлялся в комнату абсолютно приватную. Она была сконструирована в стиле китч, с отдельной ванной-джакузи и душем, и стоило все это удовольствие на ночь $ 10 000. Какого хуя этому Штартену приспичило заказать именно ее?..
Этим вопросом Билл мучался недолго. Войдя в приват с помощью особой карточки, он бросил ее на стол перед парнем, сидящем в глубоком кожаном кресле.
Билл с пренебрежением разглядывал лисий хвост дорогих, мастерски заплетенных дредов, пеструю, с граффити - принтами, мешковатую толстовку и заляпанные безразмерные джинсы, по привычке метким глазом профессионала отмечая, что шмотье из коллекций ведущих дизайнеров.
- Чем обязан? - пропуская приветствие, бросил Билл.
Штартен остался сидеть в кресле, покачивая одной ногой.
- Я подумал, что неплохо было бы заглянуть сюда, - вкрадчиво протянул он, не без усмешки глядя на Билла. - Подумал, что мне будет приятно пообщаться с тобой.
- Ты неправильно думал, - сказал Билл, чувствуя, что не сможет долго сдерживать раздражение в разговоре с этим типом. - Какая нелегкая принесла, ты, отпрыск Тимбаленда?
- Тимбаленд владеет моим контрактом, но я не его отпрыск, - холодновато возразил Штартен, получая, видимо, истинное удовольствие от раздражения Каулитца.
- Хули тогда надо? - поинтересовался Билл в открытую.
- Модненький клуб, - протянул Штартен, оглядывая стильную комнату без окон, и словно не слыша грубости Билла.- Такой же модный, как твоя fucking star?
На этих словах он задержал взгляд на звездочке Билла, выглядывающей из-под дорогой рубашки.
Билл очень любил свою татушку и на самом деле именно в честь нее назвал свой клуб.
- Завидно? - произнес Билл, плюхаясь на лаковый диванчик напротив Штартена.
Тот еще вальяжнее развалился в кресле, в упор глядя на Билла.
- Ты знаешь, не очень, - ответил Штартен.
Билл с неудовольствием смотрел на наглого дредастого парня, не понимая, зачем тот притащился к нему в клуб, заказал приват, да еще и потребовал к себе хозяина клуба. Билл впервые сейчас общался наедине с Томом Штартеном.
Воротила музыкальной идустрии Тимбаленд продюссировал Тимберлейка, Фуртадо, с кем только не пел - начиная с One Republic и заканчивая Мадонной, а теперь взял под свое крыло и этого дредастого щенка. Том Штартен читал рэп и выпускался именно на лейбле Тимбаленда.
Билл давно заметил его, так как его пресс-служба доносила Биллу обо всем, что связано с его именем в шоу-бизнесе. А Штартен как раз таки в в свой читке нередко отпускал в адрес Билла разные замечания, которые удивляли того, а подчас и раздражали. Как, допустим, реагировать на:
Baby, erase shine from the lips.
He is not necessary for you, you understand, that Kaulitz is absolutely another.
(Детка, сотри блеск со своих губок, тебе он не нужен, ты же понимаешь, что Каулитц - совсем другое).

Или:

Tablet extazy, and we in the order
Nobody sleeps - and FUCKING STAR, and whores of the world, and Bush, and Salvador Dali.
(Таблетка экстази, и мы в порядке, никто не спит - и гребаная звезда, и бляди мира, и Буш, и Сальвадор Дали).

Билл хотел подать на этого наглеца в суд нахер - за пиар с помощью его имени, если бы не понимал, что в хип-хоп бизнесе использование чужих имен - привычное дело. Эминем, к примеру, кого только не опустил в своих песнях - и Спирс, и Моби, и Агилеру - и всеми это воспринималось адекватно. Единственное, что здесь не понимал Билл - почему этот Штартен все время упоминает именно его в своем рэпе? Хули привязался к нему?
- Тебе так нравится вся эта показуха? - внезапно выпалил Том, царапая Билла неприятным взглядом. - Мажорная подстилка.
Билл сузил глаза. Он не отрицал этого. Да, он любил, когда его трахали эротичные парни, а только вчера за кулисами очередного шоу он украдкой хватал за задницу симпатичного подростка - помощника звукорежиссера. Билл, как и положено, тоже был не прочь перепихнуться пару раз за ночь с сексуальными девушками, но и от аппетитных парней он совсем не отказывался.Этот Том знал об этом и почему-то бесился. Билл был падок на красивых эротичных мальчиков, коих в клубах было множество, и ему было похуй тот факт, что он прыгает из одной постели в другую. Однажды Билл, прикрытый лишь полотенцем после душа, вышел в коридор на шум, а дверь гостиничного номера в это время захлопнулась. Однако Билл не растерялся. Он цепанул симпатичного парня, находящегося по коридору неподалеку. Против Билла в одном полотенце тот не смог устоять. Они неплохо убили время в его номере....И так было постоянно.
Но причем тут этот наглец? Ему-то КАКАЯ РАЗНИЦА?
- Все-таки завидуешь, - справившись с нахлынувшим приступом гнева, сказал Билл.- Самому не терпится попробовать мою попку, что ли?
Том не ответил. Он тяжелым взглядом в упор смотрел на Билла. Наконец он заговорил.
- Бесит. Ты - новый идол? Новый секс-символ? Король гламура? Для меня лично ты - никто. Ты что, золотые нити себе вставил под кожу? Нахуй выебываться? Всего лишь красивая пустая кукла, позирующая на светских мероприятиях. Думаешь, ты так всем нужен? Ха. Многих от тебя - в том числе и меня - просто выворачивает, зная, какая дешевка владеет умами миллионов...Элитная путана - вот кто ты.
Билл достал сигарету и крепко затянулся, сощурив глаз. Ему было не впервой слышать такие нападки в свой адрес, но годы, проведенные в шоу-бизнесе, сделали его толстокожим ко всему. Единственное, чего он не мог понять - какое Тому до всего этого есть дело?
Закинув ногу на ногу, Билл оценивающе осмотрел свой маникюр в обрамлении бриллиантов на кольцах и, еще раз неспешно затянувшись, посмотрел на Тома напротив.
- А ты в монахи заделался, что ли? - ответил Билл. - Насколько я знаю, ты тоже попадешь далеко не в рай за свои делишки. Любитель дорогого виски и дешевых девушек. Сколько ты там скупил виски в свой бездник, не можешь напомнить?..Хоть таблоиды и все уши прожужжали на эту тему, я все равно особо внимания, знаешь ли, не обратил. А о том, сколько фанаток ходят брюхатые из-за тебя, я еще и не начал говорить. Чего ты трепыхаешься, я не пойму? Считаешь меня конкурентом? Следишь за чужой зеленью? Печешься о своей аудитории? У нас фанаты разные, как с разных планет, я не могу быть тебе конкурентом, мальчик. Неужели Тимбаленд тебе это не объяснил? Мы работаем на разные сегменты рынка. А ты тут, незная этого, рассиживаешь в моем клубе и гонишь на меня.
Том медленно покачал головой. Билл заметил, что у него длинные ресницы, взлетающие, подобно крыльям,когда Том редко - очень редко - моргал, не отрываясь от наблюдения за Биллом.
- Меня вымораживают не твои деньги. Меня бесишь ты.
Билла начало это забавлять.Как и то, что этот тип явно никак не мог на него налюбоваться.
- И чем я тебе так не нравлюсь?
Том потеребил языком пирсу, все так же не сводя взгляда с Билла. Его глаза в полутьме привата казались очень загадочными.
-Например, показываешь по телеку резинку трусов - это эстетично, на твой взгляд? Каждую секунду с твоей стороны идут какие-то грязные секс-провокации. Ты в курсе, что папарацци делают на тебе бешеные бабки?
- В курсе, -Билл спокойно смахнул пепел с джинсов, так как сигарета в его руках все-таки дрогнула... Чтобы успокоиться, он полез за зеркалом и начал пристально разглядывать себя, при этом чуть касаясь лица подушечками пальцев.
- Красивая оболочка и ни капли души, - язвительно продолжил Том, внимательно наблюдая за действиями Билла. - А ты в курсе, что так в зеркало, как ты, смотрят кокаинисты? Они пристально разглядывают свое лицо, потому что им кажется, что на носу у них еще остались следы белого порошка.
Билл раздраженно захлопнул зеркальце. Чертов рэпер вновь был прав - Билл курил травку, зачастую глотал колеса, а однажды даже баловался коксом.
- Ну и ?.. - лаконично спросил Билл, приподняв бровь. Он не испытывал смущения за себя и свои поступки. Билл давно уже забыл, что это такое.
- Так я и думал, - цинично усмехнулся Том. - Кокаин - лучший способ сохранить фигуру?
- Хочешь сказать, что я в форме, потому что наркоман? - огрызнулся Билл.
- Заметь, это сказал ты, - насмешливо подчеркнул Том. - Я же ничего еще не сказал.
- Проехали, - буркнул Билл. - Чего ты хочешь? Это моя жизнь, черт бы ее драл, и мне решать, что с ней делать. Мало того, это еще и мой клуб, где я решаю, что и как, а также с кем и как долго. Именно в нем ты сейчас находишься и именно из него ты рискуешь вылететь отсюда нафиг, и начхать я хотел на твои $ 10 000.
- О, какие мы брутальные, - засмеялся Том. - Вообще-то это было своего рода приветствие. Взаимный обмен любезностями, так сказать. На самом деле я хотел с тобой выпить.
- Чего? - Биллу показалось, что он ослышался.
- Чего слышал, - сказал Том и, потянувшись в кресле, сказал. - Ну так есть у тебя что-нибудь крепкое? Качественный вискарь найдется?
- Конечно, - не без гордости ответил Бил, почувствовав себя в родной стихии. - А может, еще чего покрепче? Мохито?
- Нееее, - поморщился Том. - Не люблю я эту экзотику.
- А в мой клуб же пришел! - хохотнул Билл, чувствуя, как настроение у него поднимается.
Как странно - секунду назад они сидели с волчими минами, готовые и в самом деле чисто по-волчьи вцепиться в глотки друг друга. Теперь же с абсолютно миролюбивым настроем, спокойно собираются бухать вместе, как ни в чем не бывало.
Билл заказал в приват виски и кое-какие закуски. Пока они распивали первую бутылку, разговор не клеился - они все срывались на мимолетные подъебы, продолжая полюбившуюся грызню, правда в смягченном варианте.
- Да не смотри ты в зеркало, заебал! - не выдержал Том, тут же топя свои слова в виски.
- Если у меня есть, на что посмотреть, я буду смотреть! - упрямо ответил Билл. - Завидуй молча.
- Лучше расскажи о себе.
- Что именно?
Том пристально, без улыбки смотрел на Билла. Тот поежился, заметив в его взгляде неприкрытую чувственность.
- Сам знаешь что. - Тут Том позволил себе нагло улыбнуться. - Объем груди, талии, бедер, размер обуви, возраст. Да, еще - носишь ли ты бюстгальтер?
Билл, не сразу найдя ответ, неестесственно засмеялся, затем пожал плечами и небрежно обронил:
- Мне 19, размер обуви - 43, а остальное - не твое собачье дело.
Том поднял брови.
- Как так? Мне можно и нужно рассказывать все, детка.
- Не называй меня так! - занервничал Билл. - И даже по имени ко мне не обращайся.
- Почему это?
- Мое имя слишком роскошно для его постоянной трепки в контексте бытовых разговоров, - сказал Билл, смахивая невидимую миру пылинку с рукава черной рубашки. - Называй меня мистер Каулитц.
- А ты не охуел ли, Билл? - прищурившись, сказал Том.
Билл свирепо посмотрел на него, возмущенный такой фамильярностью с его стороны, но Том смотрел не менее свирепо, и Билл промолчал.
Постепенно трезвый дух покинул обоих, уступая место дурману зеленого змия. Оба прикалывались над абсолютно тупыми шутками, которые сочиняли тут же, экспромтом, без отрыва от бухла. В общем, как собутыльники они, оказывается, прекрасно сочетались.
Лишь в 3 утра Том признался, что изрядно утомился и пора валить домой. Биллу к этому моменту было уже ОЧЕНЬ хорошо.Набираясь весь вечер мохито, а после добивая мозги и желудок виски, по пути Билл растерял значительную часть пафоса и мерзких гламурных манер, за которые Том еще вечером готов был его удушить.Он тупо ржал шуткам Тома, и даже не обращал внимания на то,что его называют по имени.
Билл еле держался на ногах, а потому решил также свалить из собственного же клуба.
- Твоя тачка при тебе? - еле-еле выговорил Билл, когда они, держась за стены, выбирались из привата.
- Ес...естесственно, - икнув, признался Том.
- Штартен... сделай одолжение... - бормотал Билл в зеркальном коридоре . -...подвези до дома... Неохота телохранителей звать... они внимание лишнее привлекают...
Том, не смотря на помутнение сознания, понял, в чем дело - Билл хозяин клуба, и все посетители тут же бросятся на него, словно стервятники на добычу, стоит им его увидеть.Звякнуть телохранителям - значит, проходить под их конвоем через толпу. То есть громко и шумно покидать клуб, чего Биллу совсем не хотелось.
Они аккуратно спустились по лестнице. Клуб содрогался от звуков электронной музыки. Воздух был теплым и влажным из-за высокого импровизированного водопада-фонтана, сооруженного вдали от зеркальной танцплощадки. Издалека был виден мерцающий танц-пол. Все сплошь в зеркалах - еще один признак самолюбия Билла. Все очень и очень дорого. В воздухе пахло культурой денег.Пахло деньгами. Все блистало остроумием, весельем, злословием. Мажоры с толстыми пачками денег. Длиноногие модели, разрисованные боди-артом.
Билл осторожно скользнул вдоль темной стены вниз под лестницу, Том двинулся за ним, стараясь остаться незамеченным. Он прошел мимо девушки, стоящей к нему спиной. Она обернулась и через пару секунд узнав Штартена, только дернулась к нему, но поздно. Билл уже ловко запирал за вышедшим за ним Томом дверь черного хода. Том ждал его, а затем они вместе отправились по каменному холодному коридору, находящемуся под клубом.
Коридор вскоре пошел вверх, и Билл отпер еще одну дверь, очень массивную и тяжелую.
На парковке клуба в ряд выстроились шикарнейшие авто клиентов Fucking star. Здесь были и черные Hummer с ожидающими шоферами, и BMW с тонированными стеклами, и еще целый строй сверкающих, новых тачек, среди которых выделялся черный лимузин самого Билла. Билл хотел было направиться к нему, но остановившись, махнул рукой, очевидно вспомнив, что не хочет уезжать с треском и светом. А на лимузине иначе никак.
Том отключил сигнализацию в своем Кадиллаке, и Билл с облегченным вздохом повалился на переднее сидение.
- Далеко до тебя? - раздался голос Тома, заводящего авто.
Билл сказал,куда ехать и откинулся на спинку сидения, разумеется, плюнув на такой пустяк, как ремни безопасности. Пока ехали, они почти не разговаривали.
Подъезжая, Том бросил мимолетный взгляд на звезду рядом с собой и усмехнулся. Звезда, кажется, задремала. Билл с откинутой головой лежал, не шелохнувшись, руки безвольно валяются на разъехавшихся коленях, губы полуоткрыты и четко выделяются в свете фар проезжающих машин.
Резко затормозив перед элитным домом, Том грубо - даже слишком грубо - толкнул в плечо Билла. Вышло это на автомате, по сути он вообще не собирался толкать Каулитца, но что поделать - не оставлять же его спать здесь, в его Кадиллаке.
Билл встрепенулся, зевнул, посмотрел в окно и, потирая плечо, с негодованием обернулся к Тому.Опережая возмущенные реплики важной персоны и пытаясь загладить столь резкое пробуждение, Том предупредительно потянулся к дверце Билла, намереваясь открыть ее перед ним.
- Давай помогу тебе.
Но Билл оттокнул его руку и попытался выйти из машины самостоятельно. У него почему-то не получилось. Неумолимо поднялось раздражение.
- Че за хуйня? - пробурчал Билл, продолжая толкать дверцу.
Том с трудом удерживался от улыбки, но ему это все-таки не удалось, и он в голос заржал.
- Ты забыл поднять фиксатор, мистер Fucking star, - иронично заметил Том. - Или предпочитаешь выбить стекло каблуком и вылезти через окно?
Билл отомкнул дверцу и хотел было сердито посмотреть на Тома, после чего выйти из машины, грохнув дверцей изо всех сил. Ничего не получилось - злость почему-то прошла. Голова по-прежнему кружилась от неумеренной дозы спиртного, назревала мигрень, но Билл заржал вслед за Томом и выпорхнул из машины.
Том вылез за ним, решив курнуть напоследок.
- Зайдешь ко мне на рюмку коньяка? - машинально предложил Билл, поминутно зевая.
Том затянулся и бросил взгляд на свои инкрустированные драгоценными камнями часы.Время уже близилось к четырем.
- Позолота - порядочная туфта, а бриллианты - подлинные, - по привычке задерживая взгляд на дорогой вещи, выдал Билл. И это рано утром, с убитым мозгом и пропитой печенью.
-Звучит заманчиво, - ответил Том, не обратив внимания на последнюю реплику Билла, - да только сможешь ли ты доползти до квартиры, не заснув на ходу?
Билл, пошатываясь, открыл дверь подъезда ключом и, не тратя слов, сделал приглашающий жест рукой.
- Х-хи... не уверен...м-м-м... меня так и клонит в сон...
В просторном лифте Билл улыбнулся Тому, который тоже выглядел довольно сонно.
- Так ты точно не хочешь выпить?
- Определенно.
- Ну и хуй с тобой, тогда я сразу лягу спать, - сказал Билл с милой беспричинной улыбкой и сразу стал похож на ребенка. Том, не смотря на почти отказывающееся работать сознание, отметил, что настоящий Билл, видать, совсем не такой, каким его приняли считать. Каким сам Том принял его считать. Любому пню известно, что пьяный легко выдает свою суть. Билл это успешно доказывал на собственном примере.
Когда Билл открыл дверь и, не включая свет ( глаза и так были убиты клубной светомузыкой...), сразу прошлепал в сапогах в глубь квартиры.
В темноте было трудно что-либо разглядеть. Единственное, что Том заметил - квартира была очень больших габаритов, а ее пустота показалась ему зловещей. Наметанным глазом пытаясь нашарить в темноте очертания предметов, Том сообразил, что квартира, скорее всего, пятикомнатная и двухэтажная. У него самого квартира была таких размеров, что можно было без стеснения кататься на роликах.
В гостиной было не так темно - на улице уже светало, а окна здесь были огромные, во всю стену.
- Ты живешь один? - спросил Том с любопытством.
- Да.
- Ты не боишься жить один?
Билл посмотрел на Тома и честно признался:
- Иногда боюсь.
И снова Том был поражен искренностью этих слов, их непосредственностью, разительно отличавшихся от пафоса и цинизма того, другого Билла.
Плюхнувшись в кресло, Билл попытался снять с себя стильные шнурованные сапоги. Его усилия ни в какую не хотели увенчаться успехом.
Наконец, почти сняв один из сапогов, Билл хихикнул и дрыгнул ногой так, что сапог соскочил и полетел вверх. Билл поймал его, едва при этом не задев драгоценную вазу, что стояла на узкой мраморной полке.
- Знаешь, что самое неприятное? - вдруг серьезно произнес Билл, склонившись и стягивая второй сапог, так что его лица Том не видел.
- Что? - вздрогнул Том. Кажется, в эфир сейчас вновь выйдет настоящий Билл.
- Если не считать одиночества, то самое хреновое на свете - это самому быть за все в ответе, - серьезно сказал Билл и, бросив сапоги на пол, откинулся в кресле, смотря вперед, на светлеющие с каждой минутой окна. - Нет никого, совершенно никого, кто сказал бы мне, что надо делать, отругал бы, похвалил, объяснил, что к чему. Вот сейчас я разбил бы вазу - и никому нет до этого дела, это - мои проблемы. И это усиливает чувство одиночества. Такое впечатление, что всем на меня плевать. - Билл глубокомысленно уперся взглядом в сапог, небрежно валяющийся под его ногой.
Том внимательно следил за Биллом. Он словно готовился, прежде чем произнес:
- Не всем плевать. Не думай об этом.
Он подошел к креслу и слегка провел по голове Билла, ощущая под рукой жесткие налаченные пряди.
- А сейчас, вопреки твоей теории, я приказываю, чтобы ты, как хорошая девочка, шла спать, - Том сказал это без насмешки. Вышло скорее даже ласково. - Проводить тебя в твою спальню?
Билл некоторое время колебался, прикрыв глаза, затем он поднял голову и улыбнулся, встречась взглядом с Томом:
- А тебя это не затруднит?
Он то ли поддразнивал, то ли говорил серьезно.Том не находил ответа в его сумрачных глазах, а спрашивать не хотел.
Внезапно ему почудилось, что сегодняшняя встреча с Биллом - это нечто неотвратимое, нечто толкающее их навстречу друг другу; то,что давно должно было произойти и вот наконец свершилось. Глядя в подернутые поволокой глаза Билла, он почувствовал странную истому во всем теле.
С трудом сбросив наваждение, он мягко вытащил Билла за руку из кресла и они оба двинулись к лестнице, тихо ступая по толстому ковровому покрытию.
- Спокойной ночи, Билл. Я ухожу.
Билл поднялся на пролет выше, вслушиваясь в звук шагов по мраморному полу прихожей. Щелчок закрывшейся входной двери.
- Спокойной ночи, Том.

2 часть.

Проснувшись от визга электронного будильника, Билл первым делом нащупал его, не высовывая головы из-под одеяла и грохнул на пол. Треск - и тишина.
Через пару минут Билл зашевелился, задрыгал ногой, откидывая с себя одеяло и уныло зевнул. Долбанная работа.
Поднявшись с ароматных простынь,вылез из своей огромной пустынной постели на постамент, на котором она стояла. И спрыгнул с него, собственно, на сам пол спальни. Неподалеку валялся когда-то светящийся, а ныне безнадежно треснутый циферблат будильника.
Кровать Билла с роскошным балдахином возвышалась на постаменте и вполне подошла бы даже принцу - настолько она была огромной и шикарной.
Билл сосредоточенно прошлепал через комнату, как всегда удовлетворенно задерживая взгляд на собственной белозубой улыбке. Во всю стену перед кроватью простиралась огромная фотография Билла, мечтательно улыбающегося в никуда.
- И я люблю тебя, солнышко, - пробурчал Билл, врубая свет в ванной. Здесь царила та же роскошь, что и во всем доме. Кафельная мраморная плитка, умывальник, ванна-джакузи - все было облицовано глянцево-черным цветом. Сверху к потолку крепился серебристый полуобруч для непромокаемых черных занавесок.
Билл залез по прохладный душ, смывая с себя остатки сна и припоминая вчерашние свои действия. Штартен... Мда, нашел с кем выпить. В его клубе вчера было куча других людей, с которыми можно было прятно провести ночь, а ему приспичило бухнуть именно со Штартеном. И чего тот притащился к нему?
Вытираясь полотенцем, Билл все не мог уразуметь, к чему ему понадобилось приглашать Тома к себе в квартиру. Хорошо, хоть ночевать не остался у него. Билла аж передернуло от этой мысли. А если Штартен подослан Тимбалендом и установил где-нибудь у него дома или в клубе жучок?
Билл, спотыкаясь, вылетел из ванной и едва кубарем не скатился по леснице. Прошвырнувшись по гостиной и прихожей, он не заметил ничего, что напоминало бы ему миниатюрную камеру или устройство для прослушивания. Фу, вроде пронесло. А то компромат ему вовсе ни к чему - хватает и того, что журналисты придумывают целыми днями, своими махинациями умело впутывая его в паутину грязных сплетен и самых невероятных слухов.
Почесав голову, Билл отправился на кухню - собственный шедевр современной техники, - пообещав себе мысленно, что больше не бдет так легкомысленно вести себя с незнакомцами.И тут же забыл собственное обещание. Билл всегда так делал. Он жил так, как хотел. А хотел он роскоши и много-много денег. А также много-много славы и совсем немного любви.
Все это он получал в огромных количествах, так что он утопал в собственных желаниях, которые только и делали, что сбывались, стоило щелкнуть ему пальцем.Билл любил предстать перед публикой во всем своем великолепии и потешить собственное самолюбие. Непринужденные манеры, неизменное очарование, остроумие и уникальная красота - все это не оставляло людей равнодушными. Ему прощалось многое, даже то, что Билл мог быть самолюбивым, эгоистичным, безжалостным.
Находясь в Берлине, где он жил, Билл сутками пропадал в бильярдной, в кино на ночном нон-стопе, в собственном клубе. Билл ездил в Париж, где останавливался в "Ритце" или "Плаза-Атеней"; отдых у моря означал непременно Мальдивы или Багамские острова, куда он летал на персональном самолете. Все должно было соответствовать его статусу и быть не менее роскошным, чем он сам. Вся его жизнь была сплошным гламуром и трэш-угаром.

**************

Прошел месяц. Билл и думать забыл про Тома Штартена, и только иногда раздраженно вспоминал их встречу, случайно зацепляя краем глаза клипы Штартена, щелкая каналами. Да ему и думать-то было некогда о нем - работа занимала все его мысли.
Билл отправился на концерт в саму Англию. Его пригласили в качестве специального гостя. Он, разумеется, полетел, тем более там должны были собраться все самые известные селебрити Европы.
Едва сойдя утром с трапа частного самолета, Билл сразу потребовал вина. В аэропорт подогнали лимузин, в котром Билл и начал упиваться вином с утра пораньше. Пока они ехали по живописным, слегка подернутым туманом улицам Лондона, Билл всего пару раз бросил небрежный взгляд в окно.
Лимузин замедлил ход. Билл выглянул поверх опущенного тонированного стекла - они подъехали к отелю.
Вздохнув, Билл нашарил на просторном сидении свою сумку от Prada. Долбанная работа.
Если остальные из его команды заняты светом, техникой, звуком, комфортом, то Биллу остается одно, но самое сложное.
Люди. Люди. Люди. Как же их много на планете!
И все хотят непременно его.
Билл ощущал себя довольно хреново, ведь всю работу с публикой выполнял именно он. Билл работал с людьми. Он как-то давал гастрольный концерт в Лондоне, так как объезжал последовательно все столицы Европы.Уже тогда Билл заметил, что чопорные англичане имеют обыкновение таращиться даже на людей в солнечных очках, а уж от фрикообразного Билла вообще пребывали в трансе и пялились, беззастенчиво приоткрыв рты.
Билла это слегка раздражало, но тут уж он ничего не мог поделать. Пока он вылезал из лимузина перед отелем, в котором ему предстояло жить, вокруг большим кольцом собралась толпа зевак-англичан. Они были не такими фанатеющими безумцами, как, например, французы или русские, но пялились они куда пристальнее, чем кто-либо. Билл терпеливо ожидал, когда вылезающая охрана распределится вокруг него.
В это время сквозь толпу протолкался внушительных размеров мужик, волоча за собой маленького мальчика. У него на шее болтались сразу две камеры. Следом за ним пробилась и его жена - тоже больших габаритов.Биллу хватило одного взгляда на семейство, чтобы понять - американцы.
- Глянь-ка, глянь-ка, Мирт! - воскликнул американец, без стеснения тыкая в Билла пальцем. - Не тот ли это гребаный, по которому наша Глория сохнет?
Выяснять, действительно ли по нему сохнет дочка этих америкашек, у Билла не было ни времени, ни желания.
Пока англичане мило изумлялись поистине восьмому чуду света, а американцы начали почему-то спорить, рядом с ними остановился автобус, из которого вывалилось сразу с полсотни японских туристов, и все они, как один, защелкали своими камерами и фотоаппаратами.
Для них Билл был кем-то вроде национального героя, живущего в иллюзорном мире, неким высшим существом.Безусловно, они не верили, что Билл немец и, должно быть, считали, что родина Каулитца именно Япония.
Билл раздраженно посмотрел на Саки. Саки, в свою очередь, раздраженно посмотрел на туристов. Но японцы, нисколько не убоявшись грозного Саки, только сгрудились потеснее и их камеры застрекотали, будто цикады жаркой летней ночью.
Билл преувеличенно вздохнул с облегчением, когда перед ним открыли дверь отеля пара швейцаров. Перед тем, как войти в это сооружение, он снисходительно помахал рукой настырным фанатам. Англичане,японцы, а особенно японочки завизжали как по команде. Билл зевнул и вошел внутрь.

**************

Билл выступил предпоследним участником концерта. Его песня Scream взорвала зал и заставила английских фанаток исходить соплями и воплями, пока Билл грациозно передвигался по сцене, точно поджарая черная пантера.Во время финального надрывного крика он с треском рвущейся футбоки рухнул на колени. Фанаты едва не повалили на сцену, желая вслед за разорванной футболкой разорвать и самого Билла. Билл был доволен - он специально разодрал на себе футболку, хотя это был даже не его концерт, а скорее официальное сборище европейских звезд.Таким образом он привлек к себе внимание даже тех, кто не хотел обращать на него внимания, хотя с трудом верилось, что таковые вообще были.
После концерта он едва не сорвал запланированную пресс-конференцию, но все же высидел ее всю до конца, хоть и на иголках. Билл ощущал жуткую усталость- он явно перенапрягся, да и этот ужасный английский климат действует на него не лучшим образом. Но необходимо было придти на обязательное для всех звезд афтер-пати, устраиваемое организаторами прошедшего концерта.
Всего пару часов, утешил себя Билл. Нужно выпить немного вина, съесть три обязательных блюда и поддержать обычный светский разговор со всеми, с кем наиболее выгодно общаться. Это ведь совсем не трудно.
За годы, проведенные в шоу-бизнесе, Билл хорошо выучил основной закон - если хочешь добиться успеха, необходимо, чтобы каждый мужчина считал тебя другом, а каждая женщина рассчитывала на нечто большее. Так что, придя на пати, он тут же принялся подчиняться этому закону.
Все вокруг сверкало от драгоценностей, дизайнерских платьев, улыбок.Вырезы на платьях девушек были неизменно откровенными, и мужчины только и делали, что постоянно им туда заглядывали. Биллу казалось, что в современном мире это стало новым видом спорта - чем-то вроде гонок или карточных игр.
Между гостями сновали молоденькие хорошенькие официантки, предлагавшие всевозможные канапе, тогда как исполненные достоинства официанты разносили шампанское и сок.
Билл разговаривал с начинающей польской певицей, которая пришла на пати в его футболке с брендом Kaulitz. Шмотки, которые Билл выпускал, пользовались неизменным спросом, хотя и носить их могли только смелые - настолько креативные, кричащие и гламурные были творческие идеи Билла, которые он воплощал в своей одежде.
В общем, Билл разговаривал с восторженной певичкой, которая расточала ему похвалы, и тайком скучал, когда вдруг почувствовал ВЗГЛЯД.Не просто взгляд, а ВЗГЛЯД.Чувство было такое, будто кто-то поглаживает ему спину кончиком пера.
- Да, Gucci уже теряет приоритет элитного дизайнерского дома, - соглашался Билл с лестью девушки. - Думаю, я могу составить конкуренцию Гуччи.
Билл залечил певичке, что ему срочно нужно по-мужским делам в туалет, после чего та кокетливо улыбнулась, явно надеясь на интрижку со звездой первой величины. А Билл отошел к фуршетному столику, делая вид, что выбирает себе ягодное канапе.
Обернувшись, он застыл. К нему подошел Штартен. Именно он смотрел на него издали. Именно он смотрел на него сейчас.
Билл, сглотнув, чуть отступил. Он, конечно, видел уже Тома и общался с ним, но вот так близко не стоял, и вообще сейчас он был трезвый, в отличии от того вечера, поэтому мог наблюдать и анализировать.
- Что ты застыл? - насмешливо протянул Том. - Здороваться не учили, Каулитц?
- Это тебя мамочка не учила, что пялиться на Билла Каулитца без причины нельзя, - пришел в себя Билл.
- Снова-здорово, - весело заметил Том. - Не начинай грызню, лучше найди нормального официанта. Вот этими ягодками я лично не наемся.
Билл презрительно посмотрел на него, чуть прикрыв глаза, но повернулся, отыскивая взглядом официанта. Один из них как раз проходил неподалеку. Билл уставился на него и смотрел до тех пор, пока магнетизм его взгляда не заставил официанта обернуться. Встретив взгляд Каулитца, он слегка покраснел, но тут же поспешно двинулся к нему, слегка расплескивая шампанское в бокалах на подносе.
Штартен и Каулитц сели за один из столиков, свободных от других посетителей. Вокруг по-прежнему сновали люди. Слышался смех, звон бокалов, чьи-то отдельные выкрики. Билл устало прикрыл глаза, опускаясь напротив Штартена. Сейчас ему было все равно с кем сидеть. Хотя нет. Не все равно. С той певичкой ему, например, не хотелось общаться. Нужен был кто-то нейтральный. То есть Штартен.
Пока Штартен оформлял заказ, Билл, не отрываясь, смотрел в его лицо. Ни фига себе нейтральный. Как бы не так.
Классические пропорции, прямой нос, высокие скулы... Но рот! Наверно, в создании сего участвовал сам Сатана. Билла это нисколько не удивило бы, узнай он об этом. Эти пухлые губы были созданы, казалось, с одной только целью - искушать.
Билл видел его руки с длинными, сильными пальцами, слышал его голос - низкий, насмешливый, чувствовал запах дорогого одеколона - что-то горькое и очень свежее. Но главное - ощущал исходившие от него волны уверенности, властности, сексуальности.
Билл словно превратился в приемник, настроенный только на Тома Штартена - на каждое его движение, каждое слово, каждый жест. И ощущать себя приемником Биллу было довольно хреново.
Официанты уже расставили закуски, и Билл, взяв вилку, вяло поковырялся в салате. Аппетит резко пропал.
- Не любишь брокколи?
- Не люблю. А ты читаешь чужие мысли?
Том усмехнулся, явно довольный собой.
- Это один из моих талантов.
Паштет по-неаполитански выглядел весьма аппетитно, и Билл заставил себя проглотить несколько кусочков.
Билл протянул Тому высокий бокал на тонкой ножке. К черту репутацию. Через час или полтора их обоих накроет с головой алкогольная дымка. Тем лучше. Стоит вообще напиться вдрызг, и делать все, что только заблагорассудится.Странно, какие мысли приходят, когда смотришь на Штартена...
Том тем временем расправлялся с шоколадным мороженым, которое уже успело порядком растаять - при этом вид у него был такой, будто он и сам вот-вот растает от блаженства! Глядя в его карие глаза, опушенные длинными ресницами, - Том между тем старательно вылизывал свой вафельный рожок - Билл подумал: интересно, когда он занимается любовью, он так же смотрит на девушку?
Черт. Ни одной разумной мысли. Все из-за этого дрипанного Штартена.
Пати никак не заканчивалось,превращаясь в жвачку, которую другие могут жевать целую ночь напролет, механически двигая челюстями и не замечая того, что она уже давно потеряла всякий вкус. Билл хотел поскорее выбраться отсюда, отделаться от своей проклятой роли звездного мальчика со сверкающей улыбкой для всех и каждого, избавиться от необходимости притворяться. Хотелось только одного - доползти до номера и растянуться на прохладных простынях.
- Долго будешь мусолить себе мозги? - произнес Том.
Билл бросил на Тома взгляд, который смутил бы любого, в ком еще сохранились остатки совести. Увы, Том был ярко противоположным типом.
- А тебе не похуй ли?
Том ответил ему долгим взглядом.
- Похуй.
- Ну вот и все, - заключил Билл и щелчком пальца подозвал официанта.
Он заказал две бутылки мартини. Том проводил официанта округлившимися глазами.
- Ты уверен?
- Да, черт побери, уверен! - неожиданно вспылил Билл. - Перед тобой еще отчитываться, что ли, осталось?
С первым же глотком мартини сознание Билла покачнулось, заколыхалось, а потом и вовсе сделало ручкой и свалило. Том пил с ним за компанию.
- За встречу! - озвучил Билл тост, поднимая свой бокал и неаккуратно сталкиваясь им о бокал Тома.
Они пили. И еще раз пили. Почти не разговаривали. Иногда Билл глупо хихикал. А чаще всего просто смотрел на Штартена.
А Том смотрел на Билла уже давно - будучи еще трезвым.
От Тома исходили такие мощные волны сексуальной энергии, что у Билла кружилась голова. Его аура действовала не хуже любого афродизиака. Темные бездонные глаза Тома, в глубине которых таилось что-то опасное, жаркое, но неодолимо притягивающее, сводили с ума, подавляли волю и словно приказывали: иди ко мне. Возьми то, что ты хочешь и отдай то, что хочу я.
Наконец оба вывалились с пати на парковку. Том хотел уже попрощаться, но Билл, влекомый странным порывом, хихикнул и прижался к нему, опираясь на его плечо.
- Штартен.. - прошептал он, приближаясь к лицу Тома.Неясные желания обуревали Биллом, когда губы Тома оказались соблазнительно близко. -Отвези меня... сам...
Том все понял. Он помог забраться Биллу в свое авто и осторожно выехал с парковки на прохладные ночные улицы Лондона.
Они болтали о всяких пустяках, дурачились, шутили. Том любовался Биллом, его смехом, его озорными выходками. Билл наслаждался такой странной близостью Тома . Восхитительно было находиться рядом с ним, вдыхать его запах, держать его за теплую руку.Прикосновения его волновали, вызывая трепет в теле, отчего сердце с бешенством колотилось.Наверно, все дело было в выпитом мартини. Да, так и есть.
Наконец они подъехали к отелю.Том заглушил двигатель и продолжал сидеть, только убрал руки с руля. Билл посмотрел на него. В этот день между ними возникло что-то новое, близость, которую жалко было разрушать.
- Том, - сказал Билл слегка вибрирующим гортанным голосом, - день был классный. Я получил море удовольствия.
- Мне нравится, когда ты называешь меня Томом, - засиял Том. - Это так приятно.
Билл мигом ощетинился, вспомнив, видимо, что давненько не подъебывал Штартена.
- Собаке тоже нравится ее кличка. Но только пес знает, когда ему пора идти на место, - Билл схватился за ручку дверцы, намереваясь распахнуть ее и выйти из машины.
Том поймал его за руку и заставив резко повернуться, заглянул в его глаза.
- Я тоже, - почти прошептал Том. - Получил удовольствие.
Последнее было произнесено таким тоном, что Биллу стало жарко. Еще секунда - зато какая горячая! - он смотрел в сияющие глаза Тома, затем притянул того за ворот толстовки и наградил таким поцелуем, от которого содрогнулись их тела. Язык Билла начал эротический танец во рту Тома. Том обхватил его за талию, прижимая крепче, вжимая в себя, засасывая его язык себе в горло.
Билл оторвался от Тома и заглянул ему в глаза. Глаза Тома туманились желанием. Билл сам был опьянен желанием, но мгновение - и он уже захлопывал дверцу Кадиллака.
Что-то переполняло Билла, что-то, чему он не мог пока дать определения. Как не мог дать оправдания и этому неожиданному поцелую.Махнув рукой отъезжающему Кадиллаку, Билл медленно поднялся в свой номер. Он двигался плавно, словно боялся расплескать это незнакомое чувство, заполнившее его душу. Принял душ, выпил чашку кофе, полистал Cosmopolitan - ничего не помогало. Ничто не отвлекало от Штартена.
Том словно стал центром его мироздания. О чем бы Билл не начинал думать, мысли его возвращались к Тому. Раньше он воспринимал Штартена исключительно как чужого и тем более ненужного ему человека, сейчас же эта установка явно сломалась под напором странных эмоций после контакта со Штартеном.
Лежа в постели, Билл все не мог забыть вкус его губ. Да что же это с ним такое? Он целовался и с куда более приятными мальчиками, которые обладали модельной внешностью и стриптизерскими замашками, стараясь удовлетворить его изо всех сил. Но никто из них ему почему-то не запомнился. Все были как один, все были похожи, с одинаковыми красивыми лицами, одинаковыми развратными манерами. Они были куклами, марионетками, которыми управлял он сам - даже в сексе. Не было чувств, не было эмоций. Только инстинкты и удовлетворение. А сейчас - Билл был уверен - появилось что-то, появился какой-то первый росток в насквозь замерзшей и как ему казалось, неплодородной почве его души. Росток чего-то, о чем он боялся думать. Росток чувства?

3 часть

На следущее утро Билл был удивлен - причем, приятно удивлен, - когда утром к нему в номер заглянул портье, передавая записку от "одного представительного молодого человека". Билл догадывался, кто это был и, поблагодарив портье, развернул аккуратный лист офисной бумаги.
"Надеюсь, ты не сразу свалишь из Англии? Было бы очень глупо с твоей стороны. Если хочешь, я покажу тебе Лондон. Заеду в 3 часа. Том."
Билл все перечитывал и перечитывал записку, не совсем понимая, что с ним сейчас творится.Раньше Билл возмутился бы, потребовал к себе нахала и потащил того чуть ли не в суд за такую наглость. Сейчас же ему почему-то хотелось петь - настроение резко взлетело и тянуло на все 10 баллов по 10-балльной шкале!
Он вдохнул запах, исходивший от листа. Его одеколон. Едва почувствовав его, Билл тут же вспомнил вчерашний поцелуй и у него сладко закололо губы.
Ради встречи с Томом Билл решил постараться над своим внешним видом больше обычного. Хотя это казалось практически невозможным - Билл и так уделял своей внешности больше времени, чем даже работе. Хотя, если подумать, его внешность была частью работы и весьма прибыльной частью.
Для Каулитца нет ничего невозможного. И Билл наполнил ванну обжигающе горячей водой и положил в нее самые узкие джинсы, какие только смог найти на шоппинге.Теперь он намеревался сделать их еще уже(!) ......
Когда джинсы высохли, то стояли колом и были так тесны, что Биллу пришлось пришпилить к молнии джинсов здоровенную английскую булавку и влезать в них, лежа на полу.
Он промучался минут семь, валясь на полу и ковыряясь в ширинке, иногда изгибаясь всем телом, и при этом матерясь не хуже закоренелого немецкого грузчика.
- Шшшшшшшшай-ссссссе! - с этим последним комментарием Билл все-таки застегнул эту fucking ширинку на себе.
Когда он наконец выпрямился в этих джинсах, он понял, что не зря столько мучался.
Эти джинсы облегали ноги и, в особенности, его заднюю часть как вторая кожа.
Итак, к трем часам Билл был полностью готов - в супер-обтягивающих джинсах, черной водолазке и неизменной кепке, которая будет скрывать его от любопытных взглядов прохожих. Он сделал легкий мейк-ап и надел здоровенные черные очки, больше похожие на пилотные.Из украшений выбрал только скромненькую цепь на шею поверх черной водолазки, а на пальцы надел перстень с ониксом и кольцо с жемчужиной.
В четвертом часу Билл спустился вниз. Сверкающий Кадиллак дожидался его среди остальных роскошных машин постояльцев отеля. Озираясь, Билл прошел через ряд машин, стараясь, чтобы его никто не заметил и тем более не узнал. Перед ним приглашающе открылась дверца.
Билл сел рядом с Томом, который был весь в белом - даже джинсы и те были светлые, а лицо его закрывали черные мажорные очки.
- Классно выглядишь, - услышал Билл, пока он все-таки решил пристегнуться ремнем безопасности. Все же это строгая Англия.
- Спасибо, ты тоже ничего, - ответил Билл. На самом деле он слюной едва не капал на Тома. Ему это не нравилось - собственная реакция на Тома. Да, целуется он охрененно, но не бросаться же ему теперь в ноги за это?..
Том усмехнулся, не спеша выводя машину из пробки, образовавшейся на широкой трассе.
Билл постарался выровнять свои мысли. Итак, он Билл Каулитц. Звезда первой величины. Особая звезда. Редкая звезда. Гребаная звезда.
Он неповторим. А Том, сидящий с ним рядом - лишь очередной экземпляр человека, доставляющий ему удовольствие. Один из многих. Не он первый, не он последний. На очереди еще миллионы таких же сексапильных мальчиков, как Том.В будущем. А в настоящем он пока получает удовольствие с Томом.
Удовлетворившись такими незамысловатыми мыслями, Билл успокоился.
- Ну что, на ланч? - спросил Том.
- Ага, - улыбнулся Билл.
Английский обычай пить чай в послеполуденное время Билл принял с готовностью: райское наслаждение бросить все свои дела и приземлиться где-нибудь часа в 4, попивая ароматный горячий чаек или кофе с шотландскими лепешками "сконами" или с овсяным печеньем!
Том вскоре остановил машину, затормозив возле небольшого симпатичного паба. Пабы были одной из достопримечательностей Англии, которые нравились Биллу больше всего.
- Как любишь - с сахаром, со сливками? - спросил Том, когда они сели за дальний столик рядом с открытым окном.
- Ни тот, ни другой. Черный.
- Так вот почему ты такой тоненький! - Том, не сводя глаз, одобрительно осмотрел его хрупкую и изящную фигурку,задерживая взгляд на сильно обтянутых ягодицах.
- Неправда, все сжигает моя нерная энергия, - с усмешкой сказал Билл. - Так мама еще говорила.
Том заказал пару чашек черного кофе, две порции "сконов" и клубнику со взбитыми сливками.
Забрав у Билла "скон", который тот хотел слопать целиком, Том разломил его пополам и, обмакнув половинку во взбитые сливки, подал ему. Билл сунул "скон" в рот и принялся жевать с видом человека, влюбившегося с первого взгляда.
Том рассмеялся, увидев это выражение на лице Билла.
- Сладкоежка.
- Нет, - тут же возразил Билл. - Я на самом деле не очень-то жалую сладкое. Но вот сейчас мне понравилось.
- А что тебе нравится больше всего?
Том пристально смотрел на него, и у Билла перехватило дыхание.Билл бросил взгляд на его губы. Грех, чистое воплощение греха. Прямое приглашение споткнуться и полететь в бездну порока. Неужели Том всегда так чувственен?
От этих мыслей Биллу вдруг сделалось жарко, что привело его в замешательство.
- Я больше всего люблю спиртное и секс, - развязно сказал Билл.
Том несерьезно приподнял бровь, исподлобья глядя на Билла.
- Какое совпадение, - негромко, с легкой хрипотцой заметил он. - Я тоже.
Ланч закончился, и они оба пошли гулять по Лондону. Время было только 4. Они покрасовались возле Биг-Бена и сумели вовремя улизнуть от заметивших их фанатов. Смеясь, оба забрались в Кадиллак Тома и вовремя отъехали с площади.
Отсмеявшись, Том слегка повернул голову к Биллу, по прежнему управляя ездой.
- У меня есть предложение.
- М-м? - с готовностью поднял голову Билл.
- Время еще есть. Может, свалим в Беллвуд?(от автора: все геграфические названия и пункты - реальны...)
- Беллвуд? - тупо повторил Билл.
- Это замок. Красивый замок. Тебе понравится, - уверенно заявил Том. - На приличном поезде туда добираться часа полтора. Ну как, согласен?
Билл, путаясь, вспомнил, что в Англии на самом деле куча красивых старинных замков, а он, к его стыду, ни одного еще не видел. А тут представляется такая прекрасная возможность, да еще и с таким попутчиком...
- Чего же мы тогда ждем?! - весело сказал Билл.
Биллу очень понравились железные дороги Англии. Поезда - в отличии от немецких - были чистыми, стены и сидения в вагонах не были размалеванны всяческими "живописцами", и все содержалось в полном порядке. Одним словом - Англия!
Нужный им поезд должен был вот-вот отойти, и Том еле успел купить билеты, но это не было счастливой случайностью - поезда тут ходили на удивление часто.
Они заняли свои места, поезд набрал ход, и они могли спокойно общаться, находясь напротив друг друга.
Оба смеялись и шутили, как дети. Том кого-то передразнивал, говорил глупости, острил. Билл, пожалуй, никогда не вел себя так беззаботно, точно девчонка, прогуливающая занятия. Том заронил это в него, и Билл был доволен. Словно вновь вернулся в радостную пору детства.Он словно забыл о себе и своем звездном статусе - просто ловил кайф, сидя в поезде для обычных смертных, который вез его по незнакомой стране, в обществе практически незнакомого человека!
В Бристоле они пересели на другой поезд, идущий в Бат.
Бат - поистине великолепный город, прекраснейший город - показался Биллу настоящим чудом.Его вполне можно было причислить к старинным, поскольку большая часть архитектурных сооружений относилась к 18 веку и нигде не было ни одного небоскреба или хотя бы здания современного вида. Билл смотрел во все глаза.Ему, привыкшему к Берлину, Нью-Йорку, Лос-Анджелесу с их небоскребами из стали и бетона эта старинка была внове. Нью-Йорк вообще выглядел как постройка инопланетян по сравнению с очаровательным естесственным Батом.
Билла так очаровал Бат, что Тому было жаль увозить его из полюбившегося города.Но оба вскоре отправились в Беллвуд, как и планировали.
В нем они оказались в 7 вечера. Парк рядом с Беллвудом показался Биллу необычайно красивым, а сам замок потряс его воображение. Это был самый настоящий особняк елизаветинских времен.
Оба улыбались, как пара чеширских котов, находясь на экскурсии внутри замка.Билла восхищало абсолютно все - картины, гобелены, резная мебель, красивые лестницы, галереи, вазы, барельефы. Наконец Том устал от постоянных восклицаний Билла за каждым новым поворотом. Мягко потянув его за собой, он вывел Билла из замка.
- Я не знал, что бывает такая красота, - увлеченно говорил Билл, не замечая, что идет по парку, взяв за руку Тома.
- Чаще вылезай из своего клуба, и не то еще увидишь, - усмехнулся Том, слегка поглаживая большим пальцем руки руку Билла.
- Да, надо бы вообще взять отпуск и поехать куда-нибудь, - задумчиво произнес Билл. - А есть еще такие необыкновенные города, как Бат?
Том притворно вздохнул.
- Уф, Билл. Ты уникум, - насмешливо сказал он, когда они выходили из парка. - Легенда. Ходячая легенда.
- Я? - с некоторым удовольствием произнес Билл. - Какая прелесть.
Посмотрев на Тома, Билл почувствовал восхитительную слабость в коленках и блуждаюшие неустойчивые язычки пламени в крови, грозившие разлиться по его телу сладчайшим желанием. Том крепче сжал его руку в своей в ответ на взгляд Билла.
А сколько удовольствия Билл получил от обеда с Томом в небольшом рыбном ресторанчике Бата! Они перепробовали немало морских деликатесов, которые были в меню.
- Ты так вкусно расправляешься с креветками, - заметил Том, - что я с нетерпением жду, когда же ты заурчишь по-кошачьи.
Билл мгновенно изобразил ему обворожительную кошку и заставил громко смеяться. Глаза их искрились радостью, когда они смотрели друг на друга.
Ближе к вечеру Том посмотрел на часы и спросил:
- Ночевать будем здесь?
- А? - отвлекся Билл. - Да-да-да, я так хочу переночевать в этом городе!
Правда, в местной гостинице Билл уже не испытывал такого восторга.
- Один номер на двоих? - обескураженно переспросил он. - С одной кроватью?
Том вздохнул, сказав:
- Вот видишь, я поэтому и спросил, будем ли ночевать здесь. В таких небольших городках часто такие ситуации.
Билл ответил ему ошарашенным взглядом.
- Спать с тобой? В одной кровати?
У него дрожь пошла по телу.
Делать было нечего - уже был девятый час, уезжать было поздно, а ложиться спать надо.
Поднявшись в номер, Билл скорбно вздохнул, увидев односпальную кровать, одиноко стоявшую в номере.
- Вот черт.
Том, зайдя в номер, тут же закрыл изнутри.Билл обернулся. Их взгляды пересеклись.
Том в два шага пересек расстояние, разделявшее их и прижался к Биллу.Он поцеловал Билла так сладко, что между ними словно заколыхались языки жаркого пламени.Билл отлепился от его губ, хотя и очень не хотел этого.
-Ты хочешь меня, - медленно произнес Том, озвучивая факт.
- Что? - пренебрежительно отозвался Билл. -Больше всего на свете я хотел бы, - тут он одарил Тома самой милой лыбкой, на которую только был способен, - умереть в руках дикарей на необъятных просторах Дикого Запада, лишь бы не находиться рядом с тобой.
Секунда - и Том хохочет.
- Как бы там ни было, - слегка успокоившись, сказал Том,- но ты БУДЕШЬ спать здесь.
- Да не хочу я здесь спать!
- Может быть. Пока.
- Ты уверен, что в этой комнате достаточно места для тебя и меня? - насмешливо сказал Билл, надеясь задеть Тома по живому.Тон Билла ясно давал пояснения и к без того прозрачному контексту его слов - для такой масштабной звезды, живущей своими амбициями, истинное место найдется разве что в королевских апартаментах, и то в полном одиночестве.
Том и бровью не повел на неприкрытый цинизм Билла и сказал:
- Ты сомневаешься?.. Билл, ты на самом деле сомневаешься, что я смогу пробудить в тебе... желание?
Секунда - и вопль Билла:
- Не называй меня по имени! А насчет... - тут Билл сделал паузу, явно передразнивая Тома, - желания - я очень и очень удивлюсь, если оно появится! Так что не надейся.
Произнеся эти слова, Билл уже жалел о них. Во-первых, это было не правдой. Во-вторых, в прищуренных глазах Тома вспыхнул опасный огонек.
Какое-то время - Биллу оно показалось вечностью - Том молчал, не сводя с него задумчивого взгляда, потом, вероятно, приняв решение, отступил и жестом указал на кровать:
- Ложись.
- Ни за что!
- Так удобнее.
- НЕТ, я же сказал!
-Так удобнее. Спать, - сказал Том с едва заметной усмешкой.
Билл замер с открытым ртом, готовый вновь завопить в нужный момент.
-Спать? - тупо повторил он. -Ты хочешь спать?
- Да, я хочу спать.
- Ты точно уверен? Ты собираешься спать?
Том, взбивающий свою подушку, поднял голову и округлил глаза.
- Представь себе, я собираюсь спать. Что тебя на этот раз не устраивает?
- Спать... - с медлительностью тормоза повторил Билл, пребывая в некотором шоке. - Спать...
Том незаметно усмехнулся, почуяв просквозившее в словах Билла некоторое разочарование.
Том выключил свет. Билл, опасливо оглядываясь, разделся до боксеров и улегся в кровать, тут же залезая под одеяло.В темноте стукнули об пол тапы Тома, чиркнула молния на джинсах, прошелестела ткань,и Билл почувствовал его совсем близко. Том преспокойно улегся на простыню, словно не замечая Билла.
Шли минуты. За оком выли псы. Иногда где-то срабатывала сигнализация потревоженной машины. Спокойное и ровное дыхание Тома свидетельствовало о его счастливой способности не реагировать на внешние раздражители.
Билл лежал с широко открытыми глазами, даже не предпринимая попыток уснуть. Выждав еще немного, Билл убедился - Том спит. Спит! Как будто Билла и вовсе нет рядом. Даже не замечает его близости. Близости такой звезды рядом, за пару минут контакта с которой полмира готовы отдать все на свете, не мечтая даже в самых смелых мечтах лежать с ним вот так рядом! Билл задохнулся от возмущения.
Какая неслыханная наглость! Какая утонченная жестокость! Какой непробиваемый пофигизм! Видимо, Тому похуй даже на то, что Билл считается самым сексуальным парнем во всем мире! Равнодушие Тома задело Билла сильнее, чем любое оскорбление. Ему захотелось ткнуть Тома в бок кулаком или расцарапать ногтями спину. Как он посмел так легко выбросить его из головы! Возмутительно! Ужасающе!
Билл попытался одернуть себя.
Разве он не ненавидит Штартена? Разве его не возмущает самоуверенность того и не бесит его бесцеремонность?
К сожалению, доводы рассудка звучали, мягко говоря, неубедительно. Том Штартен спал рядом - совсем рядом. Билл ощущал тепло его красивого, сильного тела, его руки тянулись погладить его спину, губы влекло к губам Тома.
Безумие. Сумасшествие. Транс. Болезненная страсть.
Может, он давно не трахался? Если его тело настолько неадекватно реагирует на тело Тома, находящееся в паре сантиметров от него...
Сколько прошло времени, проведенного без сна, Билл не знал.
Наконец, в очередной раз перевернувшись со спины на живот, в тщетной попытке уснуть, Билл уловил сбоку какое-то движение. Том включил светильник на прикроватной тумбочке и повернулся к Биллу.
- Не спится? - сонно произнес Том, опираясь головой на локоть и глядя на Билла.
Тот зло глядел на него в ответ. Вот сука, проснулся. А он тут все мучается, и все из-за него!
- Что, слабо? - спросил Билл и поразился своему голосу - насколько низко и сексуально это прозвучало.
Том скользил взглядом по его телу. Билл не отрывал глаз от его губ, обещавших тысячи утонченных наслаждений.
- Трахнуть тебя? - спокойно докончил Том.
Биллу уже не терпелось утолить свою страсть и он нетерпеливо ответил:
- Да!
- Тебе так не терпится? - Том был, наоборот, спокоен.
- Да!
- Тебе так сильно хочется, чтобы я тебя трахнул? - зашептал Том, придвигаясь ближе. Он уже сам возбудился.
- Да... - простонал Билл, цепляя Тома рукой за шею и притягивая к себе.
Обоих охватила лихорадка, похожая на пожар. Они набросились на губы друг друга.Дыхание становилось прерывистым, но Билл нутром уловил, что в столь острый момент некогда думать о таком ничтожном обстоятельстве, как необходимость дышать.
Том судорожно гладил его спину, посасывая в это время его нижнюю губу. Билл вздыхал и поглаживал его ягодицы, лаская их длинными пальцами.
Внезапно Том перевернул Билла на живот и навалился сверху. Обуреваемый страстью, он принялся покрывать легкими поцелуями всю его спину.
- Если бы только знал, - прошептал Том, - какое наслаждение уже одно только желание тебя... Боже, как я хочу тебя...
- Можно просто Билл, - прохрипел Билл, лежа на животе.
Том фыркнул и сжал в руках его круглые ягодицы. Билл чувственно охнул и прогнулся в пояснице, еще больше выставляя на показ свои прелести.
Том поцеловал его в шею за ухом. Затем развернул Билла к себе и встретил его жадный поцелуй. Минута яростной борьбы языками.
Билл отстранился и скинул с себя одеяло.
Смерив Тома взглядом блудницы, Билл начал поглаживать свою ногу, согнув ее в колене. Кровь ударила в голову Тому. Билл удовлетворенно улыбнулся, как многоопытная куртизанка, и придавил изящной ступней член Тома в туго натянутых боксерах.
Том издал мучительный вздох. У него в горле пересохло. Он потянулся к Биллу и рывком сдернул с него его боксеры.
Взяв его член в свои пальцы, он начал доводить Билла до стонов, которые тот вскоре начал издавать.Билл дергал бедрами, закинув голову от неописуемого удовольствия.Том остановился, решив, что еще не время, и стоны Биллу пригодятся потом.Билл, улыбнувшись, убрал свою ногу с причинного места Тома и тут же поставил туда другую, явно не желая уступать ему инициативу.
Потянувшись пальчиками к его бедрам , Билл аккуратно стянул с него боксеры, слегка задевая кончиком ногтя член.Том с рычанием ухватил его за обеими руками за ягодицы и привлек к себе.
Моментально придя в полубезумное состояние, Билл сжал пальцами основание члена Тома и стал быстро и ритмично двигать рукой вверх и вниз, приговаривая при этом:
- Да, сучонок...стони... для меня... черт, я так хочу тебя...давай еще... и еще...
Том издавал полузадушенные эротичные стоны. Билл внезапно прекратил пытку, и Том тут же воспользовался этой возможностью. Он нежно сунул Биллу за щеку свои пальцы, и тот, прикрыв глазки, принялся их сосать, издавая при этом сексуальные стоны.
Резко вытащив их изо рта Билла, Том засадил сразу два пальца ему между ног. Билл вскрикнул, но тут же начал насаживаться на пальцы, приподнявшись на кровати и опираясь на свои руки позади. Процесс растяжки доставил обоим массу удовольствия, граничащего с безумным напряжением. Наконец Том не выдержал и заменил пальцы своим членом.
Билл под ним замер, привыкая к новым ощущениям. Его ноги сомкнулись высоко на спине Тома, пока тот вставлял в него до конца.
Том начал легкие толчки, как в седле. Билл непроизвольно вцепился ему в бедра и стал вторить его движениям, двигая бедрами.Стоны, срывавшиеся с пухлых губ Тома, заставили Билла податься вперед и прикусить его за щеку, провоцируя на большее.
Движения Тома, поначалу бывшие размеренными и ритмичными, начали переходить в судорожные и резкие. Он вошел во вкус. Том закидывал голову назад, продолжая совершать удары между бедер Билла, а Билл громко стонал, не в силах скрыть своей страсти. Кожа его блестела, подернутая испариной, глаза излучали томный свет, учащенное дыхание становилось все жарче, а их трущиеся друг о друга тела - все горячее.
Впившись ногтями ему в спину, Билл сжал его в объятиях.
- Даа... Том! Да, заполни меня! оо...глубже... даааааааааа! Не жалей меня... Растерзай....оттрахай...о, Том....да, да...дааааааааааааааааа!
Том стонал в унисон с Биллом, двигаясь на нем вскачь и на пределе. Еще немного... И... Билл охнул, замер и задрожал всем телом, изгибаясь и закидывая голову назад.Судорога свела все тело Тома, он вскрикнул и задергался от миллиона пронзивших его раскаленных иголочек.
Смертельно усталый, он повалился на Билла сверху, не в состоянии даже откатиться от него. Ими завладела приятная усталость. Костер потух, оставив только тлеющие теплые угольки.
Билл заснул почти сразу же после оргазма. Том, сделав усилие, все-таки слез с него и посмотрев на Билла, поразился тому , как он прекрасен. Разгоряченный, усталый, с раздвинутыми ногами, с разметавшимися волосами. Том притянул к себе Билла и, укрыв их обоих одеялом, провалился в сон.

4 часть.

Проснувшись, Билл едва не подпрыгнул. Он находился в объятиях Тома. Том пробудился от его резкого движения и сонно приподнял голову. Билл с расширившимися глазами оглянулся на него.
- Ты что так рано? - пробормотал Том, глянув на электронные часы на столике. Они показывали 9 утра.
- Как рано? - начал возникать Билл, выпутываясь из рук Тома и стараясь делать вид, будто в этой кровати ничего не произошло. - Я всегда так встаю.
Он соврал. Билл спокойно мог проспать все сутки напролет, привыкнув действовать так как хочется.Сейчас он проснулся рано, что, должно быть, объяснялось непривычной кроватью, условиями и... партнером.
Встав, Билл начал расхаживать по комнате, методично разыскивая вещи. Том, уперевшись локтем в подушку, следил за его передвижениями.
Билл в это время сосредоточенно натягивал джинсы, что-то беззвучно говоря самому себе - он шевелил губами. Том с любопытством смотрел, как тот мучается, втискивая свои стройные ноги в максимально узкие джинсы. У Билла это не очень-то выходило. Приправив свои тщетные действия парочкой крепких слов, Билл хотел было пойти в ванную, если бы его не остановил голос Тома:
- Давай я помогу.
Билл молча наблюдал, как Том одним точным движением выпрыгивает из постели и тянется. Он был абсолютно обнажен.Билл сглотнул. Тело Тома было совершенно. Мускулы, играя, спускались живым клубком к тонкой и стройной талии, живот был абсолютно плоским, а плечи широкими.
Не стесняяясь своей наготы, Том обошел замершего Билла и встал позади него. У того мурашки побежали по спине.
-Где не получается?- услышал Билл над ухом.
- Вот здесь, - ответил он.
Его ширинка была настолько тугой, что не хотела застегиваться ни в какую. Если в отеле он застегивал ее при помощи булавки, то не мог же он здесь - при Томе! - улечься на пол и попробовать ее застегнуть!
Том обхватил его руками, придерживая его ширинку сильными пальцами, а Билл постарался застегнуть ее. Через полминуты общих стараний это все-таки удалось.
- Зачем ты носишь такие узкие джинсы? - поинтересовался Том, отпуская Билла.
Биллу стало легче - когда он перестал чувствовать тело Тома, прижимающееся сзади.
- А тебе какое дело? - огрызнулся он и отвернулся, натягивая футболку.
Том какое-то время смотрел в его спину, затем зевнул и посмотрел в окно - на просыпающий посветлевший город.Билл прошел мимо него, не смотря на него и разыскивая драгоценное кольцо, которое вечером он запихнул незнамо куда.
- Может, оденешься уже? - услышал Том за спиной.
Он оглянулся. Билл, по прежнему не глядя на него, хмурился, в поисках переворачивая в комнате все вверх дном.
- А что тебя не устраивает, милый? - процедил Том, со внезапной злобой разглядывая этого акселерата-ублюдка. - Помнится, ночью ты был совсем не против этого!
Билл поднял голову и тяжелым взглядом - секунд десять - смотрел в глаза Тому.
- Не возражаешь, если я скажу, что тебя это не касается?.. - наконец сказал Билл, холодно подняв бровь.
- Возражаю! - злобно оскалился Том. - Если уж я тебя трахал, меня это касается самым непосредственным образом!
- Я могу трахаться с кем угодно, но это не значит, что их сразу начинают касаться мои дела! - ответил Билл в том же тоне.
Том, не удержавшись, подошел к нему, резко встав сзади и заломил руки ему за спину.
- Черт, что ты делаешь? - вскрикнул Билл. - Ой, больно!
Том с удовольствием держал его руки в нестесственно выгнутой позиции медвежьей хваткой.
- Сам виноват, - сказал Том. - Нехуй доводить меня. Тебе, значит, все равно кто тебя трахает? А? Лишь бы трахнули? А может, мне сейчас тебя трахнуть? Ммм?
-А.. ой... - вскрикивал Билл, когда Том усиливал хватку сильных пальцев. - Шайсе ебаное...Дождешься ты у меня... Если останутся синяки... БЛЯ!
- Вот именно, детка, - жарко ответил Том. - Будешь сопротивляться - попорчу тебе личико.
Билл тут же прикусил язык - рисковать личиком он не собирался. Личиком, как-никак, он работал и зарабатывал, надо сказать, неплохие бабки.
Том резко развернул его к себе и грубо впился ему губами в рот, Билл так же грубо начал отвечать на поцелуй. Одной рукой Том ухватил Билла за шею, другой за ягодицу. Билл вцепился в его руки, при этом работая у него во рту языком с необыкновенным энтузиазмом.
Целуя Билла, Том почувствовал, что весь растворяется в нем. Ноги у Тома ослабели, он ослабил свою мертвую хватку, поглаживая шею Билла,и прижался теснее к нему, потираясь своим вставшим членом о его многострадальную ширинку.
Минуты через три они разорвали этот глубокий поцелуй и отошли друг от друга, как будто ничего и не случилось. Том принялся молча одеваться, Билл забил на пропавшее кольцо и причесывался.
- Мне вызвать самолет или мы уедем на поезде? - спросил Билл, сидя на кровати и глядя,как Том надевает поверх рэпперской шапки бейсболку.
Вместо ответа Том приземлился на корточки и оказался глазами на одном уровне с глазами Билла. Он заглянул в глаза Биллу, словно надеясь прочитать там ответ на какой-то невысказанный вопрос.
Посмотрев глубоко в его глаза, Билл неосознанно облизнул губы. Ему тут же вспомнился их секс ночью. Почему сейчас он так этого сторонится? Как будто стесняется того, что между ними произошло. Биллу это было впервой - обычно он беспринципно трахался, а потом спокойно общался со всеми этими людьми в клубах. Сейчас же происходило что-то непонятное.
Не отдавая себе отчета в том, что делает, Билл протянул к Тому руку. Том взял ее и прижался губами к кончикам пальцев.
- Билли... - прошептал он.
Билл тут же встрепенулся, точно выйдя из транса.
- Не называй меня так!
- Ну, Билл, кончай уже хуйней этой маяться... - вздохнув, сказал Том.
- Да я не про это! Я согласен на "Билла", но никак не на "Билли"! - отрезал Билл.
- Почему это? - удивился Том и начал щекотать Билла.
Билл упал на спину и распластался на кровати под руками Тома, давясь от смеха.
- Билли, Билли, Билли...
Билл, пытаясь уворачиваться от рук Тома, хихикал и пытался препираться в короткие промежутки, когда Том его не щекотал.
-Ай… ха-ха.. я ... не Билли! ой..
Наконец, сдавшись, Билл привлек к себе Тома, вынуждая того лечь на себя, при этом обняв его за шею.
Отдышавшись, Билл поднял голову и вытянул губы трубочкой, подставляя их Тому.
- Билли... - чмокнув в них, произнес Том.
Билл опять надул губки, только уже обиженно.
- Ну, Штартен...
- Билли и Томми.
- Звучит как собачьи клички!
- А по-моему, более прекрасных имен я никогда не слышал, - самодовольно произнес Том, погладив Билла по щеке (от автора: выражаю абсолютное согласие с Томом ХD)
****************


Билл капризно отказался ехать обратно в Лондон на поезде, и предпочел добраться до него на персональном самолете. Том сидел с ним рядом, вскоре заснув во время полета. Билл, аккуратно придерживая его упавшую голову, пристроил ее у себя на плече, и принялся разглядывать его, пока была такая возможность.
Он не понимал того,что между ними произошло. И он имел в виду не только секс. Этот день, проведенный в Бате, в каких-то местных кафешках, в Беллвуде и, наконец, в гостинице,произвел на Билла неизгладимое впечатление.
Он настолько отвык от такого простого времяпрепровождения, что удивлялся самому себе. Обычно Билл предпочитал всему этому авторалли по ночному мегаполису, тусовки в стрип-клубах для взрослых, показы мод и собственный клуб, который практически считался неофициальным берлинским борделем. Билл вспомнил гей-клубы в Амстердаме, где он незабываемо провел пару ночей и впервые ему стало неприятно. А музей секса Prostitution Information Centre когда-то вызывал у него исключительно приятные ассоциации, почему же сейчас все это кажется таким пустым, таким бессмысленным, слишком пошлым, слишком неправильным?
Билл поглядел на спящего Тома. Его пухлые губы во сне были слегка приоткрыты, как у ребенка. Глаза закрыты, и длинные ресницы веером лежат, отбрасывая тень на щеку. Билл легко провел по губе Тома пальцем, после чего вдруг отдернул его, как будто уличив себя в совершенном преступлении.
Тряхнув головой, Билл выпрямился и поглядел на свои руки.Он привык,что все вокруг клеют на него ярлыки. Его любят, его ненавидят, перед ним преклоняются, ему завидуют, его проклинают и его боготворят. Секс-символ, суперзвезда, идол - все это настолько приклеилось к нему, что он даже сам начал верить во все это и поступать так, как все ожидают от него, похоронив глубоко в себе настоящего Билла. И ему это нравилось. Нравилось до встречи со Штартеном.
Том словно пробудил его настоящее "я", залез в самую глубину его души, расшевелил его суть, всколыхнув муть на самом дне.
Сведение личных счетов, зависть, клевета, шантаж и непорядочность - вот чем постоянно пользовались недобросовестные журналисты, конкуренты и просто продажные люди.Все это уже давно сделало Билла перфекционистом, эгоистом, скандалистом и просто похуистом, которому плевать на чувства других.Билл вообще уже забыл,что такое чувства. Он знал, что такое эмоции - раздражение, гордость, самодовольство и удовольствие. Бесконечное удовольствие, получаемое им от жизни. Но что такое чувства, он ни капли не знал. И ни хотел знать.
Особенно его смешила и бесила так называемая любовь. Любовь? Это когда молодая красивая девушка выходит замуж за богатого старца, надеясь, что он скончается пораньше? Или, может, когда фанатка ложится под всемирно известную звезду, лишь бы похвастаться потом подругам? Вы хотите сказать, что все это любовь? Билл хмыкнул.
Прекрасно-бессмысленная белиберда романтиков о возвышенном всегда бесила Билла. Сентенций, касающихся высоких материй, он никогда не понимал, и раз любовь олицетворяла собой абсолютное величие, которое, однако, никто не видел, то и она вызывала у него бешенство.
Он ненавидел это слово и был рад лишний раз поизмываться над ним. Вся его жизнь была противоположна любви.Скорее, его жизнь можно было назвать другим словом. Похоть. Его не любили. Фанатки по всему миру приносили ему доход лишь своей похотью. Похотливые спонсоры обеспечивали ему успешную карьеру. Он сам утолял свою похоть и с теми, и другими. Похоть, и ничего более.
Биллу нравилось это состояние - сейчас он трахался с девушкой, а через пять минут наблюдал, как ее ебут пара парней, а ему самому вставляют сзади. Ему нравилось, нравилось, нравилось. Он обожал устраивать оргии с загорелыми парнями - на столе, на полу, в навороченных тачках в нелепых позах, когда одна его нога высовывалась из полуоткрытого окна.
Фактор новизны. В детстве, когда отец еще не ушел от матери,Билл подслушал как-то его слова, когда тот говорил со своим приятелем: " Пока у мужиков стоит парус, их вечно носит по волнам". Тогда Билл не понимал значения этих слов, но теперь в полной мере был с ними согласен. Он, видать, как раз-таки и пошел в своего папашу, который отличался завидным непостоянством и бросил жену, когда Биллу не было и семи лет.Билл прекрасно понимал его теперь - жить с одним человеком, просыпаясь с ним каждое утро и засыпая каждую ночь - что может быть скучнее и ужаснее этой перспективы?!
Любовь - миф, выдумка слабаков, тех, кто не способен идти по жизни в одиночку. Так Билл думал всегда. Сейчас же что-то пошатнулось в нем... Он сопротивлялся этим метаморфозам изо всех сил, и пока ему удавалось им противостоять. Но как долго это будет продолжаться?
Том слегка причмокнул губами, пробуждаясь, и раскрыл глаза, тут же зажмуривая их из-за слепящего солнца, заливающего салон маленького частного самолета.
У Билла сердце внезапно защемило от нежности.
- Скоро посадка? - спросил Том, зевая.
Билл опустил голову ниже, завешиваясь волосами и стараясь успокоить внезапно заколотившееся сердце, которое спокойно стучало каких-то пару секунд назад.
- Минут через 15, - невнятно пробормотал он.
Том выглянул в иллюминатор, разглядывая пейзаж внизу. Билл несмело повернулся к нему, надеясь, что не выдаст себя. Да что с ним такое?
Том медленно развернулся к нему. Взгляд Тома, как всегда, одурманивал. Что-то было у него в глазах, что-то, что заставило Билла потянуться к нему губами, мучительно прикрывая глаза. Том нежно и властно завладел его губами, чуть придерживая Билла за подбородок и вылизывая его язык своим. Отстранившись от него, он спросил:
- Поедешь ко мне?
Билл, глядя на его губы и мечтая вновь почувствовать их на своих губах, медленно кивнул и они слились в долгий поцелуй.

*************

В такси, которое Том заказал для них, он объяснил Биллу,что у него в Берлине две квартиры - одна напоминает квартиру Билла своими масштабами, другая, находящаяся в крайней части города, - пентхаус. Билл выказал желание поехать именно в пентхаус.
Квартира Тома, находящаяся под самой крышей, дышала теплом и очарованием. Во всем проявлялся вкус Тома.
Это был пентхаус с чарующим видом на парк. Все здесь пропиталось запахом табака, дорогого одеколона и превосходного вина.
Биллу нравился запах, исходивший от его вещей, ему нравилось трогать их, ощущая шероховатость тканей и гладкость кожи.Паркетный пол приятно холодил ступни, когда Билл снял туфли. Возле широко открытого окна покачивался уютный гамак.
Том, войдя в комнату, с размаху опустился на гамак, закидывая ноги повыше на узлы. Билл со стоном разлегся на удобной широкой кровати и какое-то время лежал, абсолютно не двигаясь.
- В эту квартиру я никого раньше не приводил, - сказал Том и Билл открыл глаза, уставившись в потолок. Ему было почему-то приятно это слышать.Почему - он не мог понять.
- Я пойду посмотреть,чем можно отметить это, - усмехнулся Том и, спрыгнув с гамака, направился на кухню. Гамак остался покачиваться в воздухе, лишенный тела Тома.
Том вернулся очень скоро - с большой бутылкой первосортного французкого шампанского. Ему хватило пяти минут для того, чтобы собрать поднос, на который он, кроме бутылки, поставил два фужера и вазочку с арахисом.
Билл уселся на кровати по-турецки, и Том присел перед ним, поджав под себя одну ногу.Они смеялись, говорили о каких-то пустяках; Том кормил Билла прямо из рук, иногда они награждали друг друга короткими поцелуйчиками.
После того, как они выпили шампанского, Том предложил пройтись магазинам.
Билл кокетливо засмеялся.
- Рискованное предприятие. Для тебя. Давать мне карт-бланш... Подумай хорошенько, - он чуть склонил голову набок, наблюдая за Томом.
- Сегодня я готов на жертвы, - благородно вздыхая, ответил Том.
Смеясь и шутливо подкалывая друг друга, они собрались и вышли из дома навстречу солнечному Берлину.
Они шли по улочке города, сливаясь с прохожими благодаря солнечным очкам и головным уборам.
- Что ж, глупо было отказываться, - сказал Билл. - Приступы великодушия у мужчин так же часты, как и солнечное затмение.
Том рассмеялся и взял его за руку.
Что может быть лучше неторопливой утренней прогулки по залитой солнцем, оживленной улице с ее бесчисленными лавочками и магазинчиками, с запахами цветов и разнообразных вкусностей, с улыбающимися лицами прохожих, расхваливающими свой незатейливый товар торговцами! Они шли, держась за руки и слегка размахивая ими, как дети, заглядывая в витрины магазинов, мимо которых проходили и заходя иногда внутрь. Билл в таких случаях с широкой улыбкой подскакивал ко входу в магазин, а Том, держа руки на его талии, мягко подталкивал его, заходя с ним внутрь.
Обратно Билл вприпрыжку вылетал из магазина, держа за руку Тома.
Когда на пути им встретился салон одежды класса luxury " Grande boutique element", Том жалобно застонал, зато глаза Билла загорелись нездоровым огнем. Внутри они пробыли минут 40, не меньше.
- У них такие классные вещи! - заявил Билл, когда они, к облегчению Тома, выходили из бутика. - Ты, посмотри, Том, какие узкие женские брючки я купил! Такие же с пряжкой, как у Майкла Джексона!
Том, слышавший это уже не в первый раз, сказал:
- Я бы выпил кофе. Не против, маленький?
Билл шутливо щелкнул Тома по носу.
- А, по-моему, ты просто не выдержал предложенного мной темпа! - весело заметил Билл.
Они выпили кофе в ближайшем кафе, и Том заказал Биллу мороженое со сливочным кремом и жженым сахаром. И, глядя, как Билл ест его, сам буквально пожирал его глазами.
- На ночь? - растерянно переспросил Билл, когда Том предложил остаться ему на ночь.
В его голове вспыхнуло разом множество противоречивых мыслей.
- А почему бы вообще не остаться у тебя жить? - в шутку спросил Билл.
Но Том выглядел абсолютно серьезным.
- Оставайся.
Билл даже уронил мороженое.
- Но... Я не имею права жить там и мешать твоей личной жизни! - выпалил Билл.
- Ну...я бы никому не посоветовал мешать моей личной жизни, - иронично заметил Том. - Разве тебе там не нравится?
- Нравится, - сказал Билл, пальцем собирая растекшуюся сладкую лужу и пробуя ее на язык. - Но... ты уверен?
Том слегка подался вперед, обхватив руку Билла пониже локтя.
- Один твой ласковый взгляд мне дороже экстаза с любой женщиной, - тихо произнес Том и у Билла чуть ли не встал от этих слов. Поперхнувшись и скрыв это якобы начавшимся кашлем, он судорожно вздохнул и кое-как выпрямился, мягко высвобождая свою руку из пальцев Тома.
- Пощади, - закатил глаза Билл. - Не смеши. У меня страшно болит голова.
- Правда? - поинтересовался Том. - Бедное дитя. Шампанское любит меру. Значит, тем более останешься у меня!
- Ну, голова у меня не будет же болеть вечно, - пожал плечами Билл.
Тут подошла официантка, и им пришлось прекратить на время свои словесные битвы. Билл уже достал пачку купюр, собираясь отсчитать их официантке, но рука Тома накрыла его руку. Том сам оплатил счет и впридачу оставил официантке нескромные чаевые.

***************


Солнце уже заходило, когда они возвращались домой.
Том, не отрываясь, смотрел на Билла всю дорогу.
Волосы цвета воронова крыла, огромные темные глаза в чернейшем обрамлении мейк-апа и молочная, как у японской куклы, кожа. На Билла смотреть было больно. Оставалось только поражаться столь совершенному творению Бога. Видимо, в день появления Билла на свет он пребывал в особом расположении.
Том почувствовал сладостное томление в паху. Это прекрасное создание излучало особую чувственную ауру, обладало неповторимой грацией и было пропитано сексом. Все девчонки, которые раньше были у Тома, не шли с Биллом ни в какое сравнение, все они казались ему грубыми, тупыми, примитивными подстилками, жаждущими ничего, кроме секса и денег. Еще ни одной смазливой девице не удалось довести его до прострации.Тому всегда хотелось чего-то утонченного, изящного, оригинального. И вот он встретил его. Билл полностью сооветствовал его вкусам, к тому же невероятно возбуждал его.
Билл, заметив его голодный взгляд, прильнул к Тому, ласковый и гибкий, как персидская кошечка.
До самой квартиры они ничего не говорили. Да и в ней тоже решили обойтись молчанием.
Закрыв дверь, Том жадно прижал Билла к стене, терзая его губы. Билл отвечал, слабо обнимая его за талию. У него уже подкашивались коленки. Поняв все без слов, Том подхватил его на руки. Отнеся драгоценную ношу в спальню, он сел на кровать. Билл оказался у него на коленях. Он запрокинул голову и Том порывисто запечатал ему рот жарким поцелуем. Его окрепшее мужское орудие жгло бедро Билла через ткань джинсов, воспламеняя в нем самые темные желания. Он теснее прижался к Тому и обнял его за плечи.
Отклоняясь назад, Билл повалился без сил на спину и потянул на себя Тома.Том, почти не соображая, резко стащил с него тесную футболку. Билл помогал ему, поднимая руки. Том просунул язык ему в рот, продолжая прервавшийся поцелуй, а сам тем временем начал нежно поглаживать ладонью внутренние стороны его бедер, иногда задевая выступающий в джинсах член.Руки Билла обвили его плечи. Том чувствовал, как ему в грудь впиваются твердые соски и чуть не потерял рассудок окончательно. Он принялся теребить и посасывать соски Билла.
У того в голове помутилось. Никогда он не испытывал такого божественного удовольствия. Ему хотелось ощущать это снова и снова.
Том уложил его на кровати поудобнее и, глубже просунув руку под его ягодицу, впился ртом в сосок. Своим членом он слегка терся о член Билла, принося ему массу удовольствия.
Покалывание и пульсация между ног начали тяготить Билла, он задвигал бедрами, хватаясь за дреды Тома, и заскулил, изнемогая от желания.
Том с трудом оторвался от тела Билла и за полминуты скинул с себя всю одежду. Билл нетерпеливо наблюдал за ним, чуть приподнявшись на локтях и поглаживая ногой ногу Тома.
Желание охватило все его тело. Оставшись обнаженным, Том стянул с Билла джинсы и белье.
Оставшись оба без одежды, они наконец набросились друг на друга, вцепившись в волосы, заглатывая языки, переплетаясь ногами и постоянно перекатываясь по кровати, иногда изгибаясь всем телом навстречу другому.Том высвободил свои пальцы и протянул их Биллу. Тот стал посасывать каждый из них по отдельности, а потом взял их все в рот, при этом глядя на Тома сквозь полуприкрытые глаза. Он резко вытащил их изо рта Билла и рука его неумолимо поползла вниз.
Их языки тем временем снова сражались. В миг, когда Том вставил в него палец, Билл засосал его язык глубоко себе в рот и оставил таким зажатым на долгое время, как будто он хотел вовсе оторвать его. Том пока растягивал его пальцем, вставив вдобавок к первому второй палец.
Выпустив его язык из плена своих губ, Билл обнял его ногами и руками. Том лег на него, широко разводя его ноги в стороны, и на несколько секунд Билл впал в полузабытье, пропитываясь его страстью, пока Том вставлял в него член.Он вошел в Билла до упора, до самых гланд, как ему в тот волшебный миг показалось, и Билл застыл, широко раскрыв глаза.
Сжимая руками его гладкие, налитые ягодицы, Том начал движения, от которых Билл сразу начал часто стонать. Том стремительно подчинял себе Билла, доказывая ему свое верховенство, проникая в него все глубже и глубже, доводя до исступления.Билл, изгибаясь, хватал ртом воздух, еще шире разводя свои ноги, позволяя Тому упираться в его бедра руками, увеличивая темп сильных ударов. Склонившись над ним ниже, Том почувствовал, как Билл поднимает ноги и скрещивает их у него на плечах, притягивая его к себе еще ближе.Он с ума сходил от долгих протяжных стонов Билла.Он уже буквально лежал на нем, не прекращая ритмичных глубоких толчков. Запрокинув голову, Том вошел в него до упора с такой силой, что у Билла захватило дух. Тело Тома свело судорогой, мускулы его напряглись, и он освободил свою сперму.Билл непроизвольно задрожал всем телом и разом обмяк.
Вскоре Билл уснул. Том ожидал этого, ведь он уже видел, как быстро засыпает Билл после разрядки. Он был счастлив, что охраняет его сон. Такое блаженство Том испытывал впервые. Ни с одной из своих бесчисленных любовниц он не хотел вот так лежать, перебирая волосы в пальцах, любуясь сном на умиротворенном личике. Только с Биллом. И теперь, впитывая сердцем его нежность и тепло, он с блаженной улыбкой подумал, что стал совершенно другим человеком.

5 часть(сама не ожидала,что она будет такой).

Проснувшись от аромата какао и сирени, Билл обнаружил, что лежит в постели один.
Чашка с горячим шоколадом стояла на столике, букет сирени лежал возле подушки, у него под носом.
Билл с наслаждением понюхал сирень, которая росла, как он понял, в парке перед домом Тома. Том не выпускал его из своих объятий всю ночь. Билл чувствовал их и улыбался во сне. Пустота и тоска покинули его сердце, сменившись покоем и удовлетворением. И это было прекрасно.
Потянувшись, Билл подошел к всегда открытому окну и вдохнул в грудь большой глоток свежего воздуха. Затем он оделся и слегка причесался.
От чашки, стоявшей на столике возле кровати, исходил дразнящий аромат какао. Рядом на цветной рекламной брошюрке о достоинствах "Кадиллака" лежала заводная игрушечная машинка, а под ней небрежно валялся последний номер "Плейбоя". Билл улыбнулся. Вот мобильный Тома. На заставке Билл увидел самого себя и свою ослепительную улыбку.
В спальню вошел Том, неся в руках поднос.
- Я незнаю, что ты любишь на завтрак, и приготовил то, что люблю я сам.
Он указал взглядом на оладьи и фруктовый салат.
- Из-за тебя, Штартен, я соскочил с диеты! - притворно проворчал Билл, подходя к Тому и чмокая его в губки.
- Какая диета? - поразился Том. - Только не говори, что ты сидишь на изнуряющей диете, совсем как телки!
- Мне нужно следить за фигурой... - деликатно заметил Билл.
Том издал странный звук - кажется, хихикнул. Он обхватил Билла за талию, привлекая к себе.
- Не смеши, Билл! Ты и так почти анорексик! Вот видишь, я могу обхватить твою талию двумя пальцами.
- Скажешь тоже!
- Во всяком случае, Билл, ты очень стройный. Ты изящный! Ну зачем, скажи, тебе диета?
Билл надул губки, демонстративно не обнимая Тома в ответ и скрестив руки на груди.
- У меня щеки!
- Щеки?
- Да! - раздраженно отозвался Билл. - Как у хомяка!
Том улыбнулся и, прижавшись крепче к Биллу, обхватил его лицо руками, большими пальцами поглаживая его скулы.
- У тебя очень милые щечки, - сказал Том, спускаясь пальцами на его щеки. Затем он убрал руки с лица Билла и слегка потерся своей щекой о щеку Билла. - Очень нежные, мягкие, как у ребенка.
Билл смягчился в лице, прикрыв глаза и наслаждаясь лаской Тома.
- Не вздумай худеть! - с укором произнес Том, а затем развернул Билла и слегка подтолкнул его к кровати. - А теперь давай, покушай.
Билл бросил на него через плечо еще один, жалостно-свирепый взгляд, затем рассмеялся и показал Тому язык, но есть все-таки начал. Быстро расправившись с завтраком, он поднялся и подошел к Тому, который лениво лежал в гамаке. Затем бесцеремонно упал поверх него.
Том охнул, не ожидая такого резкого удара по прессу, но тут же обнял его. Билл нагло потянулся к его губам и стал методично покусывать нижнюю губу Тома, слегка оттягивая и даже вгрызаясь в нее.
- Ау! – вскрикнул Том, когда Билл переусердствовал.
Билл тут же зацеловал место укуса, опаляя губы Тома своим жарким дыханием. Билл удивлялся своему влечению, своей ненасытности. Сколько у него было постельных партнеров - звезды, модели, просто понравившиеся парни в клубах - и ни к одному Билл не тянулся сразу после того, как удовлетворялся. С Томом все было иначе - Билл никак не мог насытиться его телом, желая постоянно ощущать гладкость и шелковистость его кожи под своими пальцами.
- Я от тебя пьянею… - проговорил Билл, зарываясь лицом в дреды Тома.
Том осторожно поглаживал его голову одной рукой. Другая покоилась на талии Билла.
- Трезвей побыстрей, Билл, - иронично протянул Том. – Ты мне не нужен таким с утра пораньше.
- А я тебе вообще нужен? – вскинув голову, спросил Билл.
Их взгляды встретились, и время будто остановилось. Они и так лежали в гамаке, который слегка покачивался, так тут их вовсе накрыло ощущение невесомости.
- Нужен, - тихо ответил Том на этот серьезный вопрос.
- А каким я тебе нужен? – тут же поинтересовался Билл, начав вылизывать его губы дразнящими движениями. Том застонал.
- Билл, ты неисправим. И, по-моему, мы друг друга стоим, - Том улыбнулся, притягивая Билла к себе и пытаясь укусить его в щеку.
- Что? - прищурив глаза, на высокой ноте выдал Билл, выпутываясь из его объятий. В нем снова проснулась сучка. - Ты путаешь, мальчик. Между нами миллионы световых лет.
- Кажется, ты спутал миллионы со световыми годами, - глухо сказал Том, резко хватая Билла за его запястья. - И мне интересно, кому из нас ты хочешь сделать комплимент?
Билл рассмеялся.
- Уж точно не тебе, Штартен.
Том прижал палец к губам Билла.
- Твой дерзкий ротик навлечет на тебя большие неприятности, если ты не научишься вовремя его закрывать.
- Дерзкий, говоришь? – Билл чувственно открыл рот, высовывая язык и медленно скользя им по губам.
Том перестал улыбаться.
- Дерзкий, смелый, вызывающий, сладкий, влажный, бесстыжий, возбуждающий… - заговорил он, грубо притягивая к себе Билла и, не дыша, наблюдая за языком Билла, продолжавшем свои нехитрые движения по губам. Наконец он не выдержал этого действа и вобрал в себя его язычок. Билл охотно ответил. Том зарылся пальцами в его волосы, абсолютно распластав на себе. Гамак закачался сильнее.
Еще чуть-чуть и поцелуй перерос бы во что-то большее, но тишину квартиры разорвал неожиданный звук. Противная трель разнеслась по квартире, эхом отскакивая от стен и отдаваясь звоном в ушах.
Билл с трудом вытащил руку из-под Тома, где секундой раньше он страстно обнимал его за талию и вытащил свой мобильник.
- Да? – он принял вызов. – Да, это Каулитц.
Том, разглядывая его сосредоточенно внимающее лицо, слегка провел пальцем по его скуле сверху вниз.
- И когда? Да неужели? Я так и думал… - Билл слегка улыбнулся и, заметив, что Том его разглядывает, послал ему воздушный поцелуй.
- Отлично. Ну еще бы. Они просто не в состоянии от меня отказаться. – В голосе Билла появилась нотка самодовольства. – Хорошо. Я подъеду.
Выключив телефон, он забросил его на далеко на кровать и повернулся к Тому, подползая к нему ближе и обнимая его за бедра.
- Так на чем мы остановились?
Том рассеянно обнял его, но уклонился от поцелуя.
- Кто это был? – спросил он.
Билл удивленно смотрел на него. Его совсем не воодушевил требовательный тон Тома.
- Мой менеджер. Сказал, что один журнал, который очень долго про меня ничего не писал, все же не выдержал и предложил мне фотосессию.
- И что? – не понял Том. – Ты так сразу согласишься?
- Я бы просто послал их нахуй, если б не сумма, которую они предложили, - с ухмылкой сказал Билл. – Представь - $2 млн. всего за 15-минутную фотосессию! Ха, видать, у них там застой и творческий кризис, раз они решили впихнуть меня на свои полосы, дабы поднять собственную популярность!
Том, не отвечая, перебирал в руках мягкие пряди волос, зарываясь в их черный шелк. Он начал слегка массировать кожу головы Билла, пропустив между пальцами волосы.
- Давай о чем-нибудь другом, - с внезапной болью сказал Том.
Билл с удивлением смотрел на него, но потом решил, что уладить все можно проще, чем что-либо сказать в ответ. Решительно проникая в его рот поцелуем, он понял, что не ошибся.

*****************

Легкое очарование Томом сменилось увлечением, а сейчас Билл явно влюблялся в него. Медленно, но верно.Пусть и не осознавая пока этого. Погружаясь в это чувство с головой, Билл переживал некое пробуждение, воскрешение, испытывая радостное волнение.
После завтрака они оба поехали за город - благо, пентхаус Тома и так находился на окраине Берлина. Там была развлекательная база.Том взял напрокат один велосипед на двоих, и Билл постепенно вспоминал забытое умение кататься на нем. Они чудесно проводили время. Когда Билл падал с велика, то увлекал с собою и Тома, и они вдвоем валились прямо на поросшую травой и издававшую терпкий запах землю. Они перекатывались по сладко пахнувшей траве, и Билл в руках у Тома издавал вопль ужаса всякий раз, когда им на пути попадались кучи коровьего навоза.
А затем, хохоча над тем, какой запах от них исходит, они вернулись в город часам к четырем.
Билл тут же пошел набирать себе воду в ванную. Через минуту, когда ее набралось достаточно, он погрузил пальцы в воду и остался доволен ее температурой.
Незаметно подошедший сзади Том стянул с него футболку.Билл непроизвольно замер, тщетно пытаясь унять охватившую его дрожь.
- Я тебя нервирую, малыш?- спросил Том.
- Нет, просто я утомился, - солгал Билл, поводя плечами.Он взял флакончик со стеклянной полки и наполнил воду пеной для ванн.
- Ничего, сейчас расслабишься! - сказал Том и помог снять ему джинсы.
Когда Билл остался без одежды, Том поцеловал его в плечо и слегка подтолкнул к ванне.
- Врунишка, - низким голосом произнес он. - Это не усталость. Это перевозбуждение.
После таких откровенных слов воображение Билла обострилось до предела.Он даже не был уверен, что хочет забираться в ванну. Ему надоел флирт. Надо только повернуться к Тому и повалить его на пол...
Но его бесстыдным фантазиям не суждено было сбыться - Том осторожно поднял его на руки и усадил в покрытую пеной воду.
Чересчур разгоряченный Билл испытал некоторое облегчение, погрузившись в воду. Том протянул ему сладко пахнущее мыло.
-Как? Ты меня покидаешь? - обеспокоенно спросил Билл.
Том покосился на его ноги, на его коленки, выступающие из воды.
- А тебе хочется, чтобы я остался?
Билл хотел было сказать, что ему на самом деле хочется, но, посмотрев в глаза Тому, он замер. Между ними словно возникла невидимая чувственная связь, посредством которой они прекрасно понимали друг друга без слов. Ни с одним человеком раньше он не мог общаться взглядами. Это его так поразило,что он даже не смог ничего ответить Тому, слишком живо представив, что произойдет дальше.
-Вижу, что хочешь, - удовлетворенно произнес Том и стянул с себя футболку.
Вид его мужественного тела вызвал у Билла легкое головокружение. Ему захотелось обнять Тома и расцеловать. Том же не спешил залезать в ванну , да и вообще, по ходу, не собирался этого делать.Он погладил Билла по спине. Затем намылил руки и стал водить ими по рукам Билла, по его плечам. От нежных прикосновений его пальцев Билл растаял и откинулся на спинку ванной.Том переместился вдоль бортика и начал осторожно мыть его бедра, ноги, живот и грудь. На губах Билла заиграла блаженная улыбка.
Том двигал рукой неторопливо, спустившись ему между ног. Блаженство, охватившее Билла, было столь велико, что он зажмурился.
- Тебе нравится? - спросил Том, слегка надавливая скользкими пальцами на член Билла под водой.
Ответом ему стали учащенное прерывистое дыхание Билла и его пальцы, судорожно вцепившиеся в бортики ванны.
Том приподнял разомлевшего Билла под мышки и поставил его на коленки, слегка ткнув в спину, заставляя его упереться руками в стену.
Том стал намыливать его ягодицы, погружая пальцы в его отверстие и массируя иногда бедра.В голове у Билла все помутилось. Внизу у него все пылало, и это сводило его с ума. Он оттопырил попу и стал вилять ею, призывая тем самым Тома действовать активнее и решительнее. Тома просить дважды не надо было - он смелее начал прикасаться к его заветному местечку, проникая в Билла все глубже и бесцеремонней. Пальцы Тома ритмично двигались в его проходе.Билл начал стонать. Бесстыдно оттопырив зад, он выгибал спину и вздрагивал, издавая эротичные полузадушенные стоны.
Том внезапно оторвался от своего занятия и дрожащими пальцами снял с себя джинсы, провозившись некотрое время с непослушной пряжкой. Билл разочарованно выдохнул и обернулся к Тому. Струйки воды стекали по его голой груди, Билл наклонился и проказливо слизал их, косясь на бугор в боксерах Тома. Не выдержав соблазна, Билл ухватил его за член и залился смехом.Том помог выбраться ему из ванны и прижал к себе - мокрого и покрытого душистой пеной.Билл нагло просунул руку ему в боксеры и сжал его мужскую гордость, сдавив слегка пальчиками. Том сдавленно застонал и поспешил избавиться от белья.
Секунда - и Том грубо укладывает Билла на пол. Просто тупо опрокинул, абсолютно не щадя ни его спинки, ни его ягодиц. Билл не чувствовал боли, единственное,чего он сейчас хотел - жестко и поглубже. Том всунул в него пальцы, и Билл застонал, подававаясь бедрами вперед и хватаясь за Тома.Когда Том начал двигать ими внутри, стоны Билла сменились утробным воем.Наконец, Том закинул его ноги себе на плечи и вошел в него одним ударом.Билл тесно обхватил его ногами и слегка ударил по спине пятками, как бы пришпоривая резвого жеребца.
Том с сосредоточенным лицом крепко прижал бедра Билла к полу, чтобы легче было проникать и начал движение.Он врезался в него резко и грубо, увеличивая амплитуду движений с каждым новым толчком. Билл стонал, а при особо сильных толчках просто открывал рот в немом крике, царапая плечи и шею Тома.Он начал двигаться в одном ритме с Томом, вцепившись в его дреды, чего возбужденный Том вообще не заметил.Он раз за разом все более мощно проникал в Билла, стимулируя свой член тесными стенками его ануса. Иногда он закидывал голову, хватая воздух, затем опускал ее и с еще большим старанием терзал тело Билла под ним.Бедра Билла начали конвульсивно дергаться, теряя ритм, он кончил и вцепился Тому в ягодицы, помогая ему достичь того же результата.Том еще секунд десять вдавливал Билла в пол, затем с жалобным стоном упал на него и застыл, шумно дыша и думая, что никому никогда не отдаст Билла.

***********

Билл вышел из душа, слегка похлопывая полотенцем по спине и шее. С его мокрых волос стекали капельки воды. Еще одно полотенце было небрежно повязано поверх бедер.
Том в это время колдовавший на кухне,оторвался от своего занятия, обернувшись на Билла. И замер.
Билл стоял влажный и невероятно сексуальный. Том шагнул к нему и прижал его одним мощным толчком к холодильнику.
- Том... - лукаво произнес Билл, облизывая губки язычком. - Разве мы только что не трахались?
- Трахались, -повторил Том, вжимаясь своим пахом в его бедра. - Но я ничего не могу с собой поделать. Ты как болезнь. Как наркотик. Я постоянно тебя хочу. Ты не представляешь, как сильно.
Билл выдохнул, и его теплое дыхание приземлилось на губах Тома.От такой близости Тома у него кожа дергалась.
- Представляю, - шепнул он прямо в губы Тома. - Я сам очень хочу.
Они скользнули языками навстречу друг другу, и Том только углубил поцелуй, прижимаясь еще крепче к Биллу, как тот вдруг вывернулся из его объятий.Он поправил полотенце на бедрах и пошел из кухни, напоследок озорно оглянувшись на Тома. Том, как зомби, последовал за ним.
- Сними свою тряпку, - проворчал Том, недовольно поглядев на столь лишнее здесь полотенце.
Билл подошел к шкафу, куда он положил купленные на шоппинге с Томом вещи.
- Томми, я должен ехать, - деликатно пояснил он.- У меня фотосессия, я же говорил.
Том уныло повалился на гамак, со сладкой надеждой наблюдая за Биллом. Тот, перехватив его взгляд,улыбнулся и сказал:
- Мы еще наверстаем...Я тебе обещаю.
Затем, забрав кипу одежды с собой, ушел переодеваться в ванную.
Когда через 15 минут он вышел оттуда, Тому срочно захотелось пить. Из-за пересохшего горла.
Билл оделся подчеркнуто сексуально - в красное и черное, обтягивающее его фигуру так, что любой желающий мог разглядеть контуры его соблазнительного тела во всех позициях. Билл знал, как надеть что-то, что непременно бьет по нервным центрам. Поверх черных джинсов были надеты черные кожаные сапоги, которые облегали его ноги, доходя почти до паха. Его изящный стан охватывала тесная атласная футболка кроваво-красного цвета, пробуждавшая весьма нескромные мысли относительно ее хозяина.
- Ну как тебе? - Билл повернулся, радуясь эффектно изумленному лицу Тома.Черные сапоги были зашнурованы сзади от пяток до верха и смотрелись очень броско.Черные джинсы прилегали плотно и гладко, так что и гадать не надо было, что белья под ними нет.
- Ты... ты... -Том враз позабыл все слова. - Я... Иди ко мне...
Билл вновь повернулся к Тому лицом и медленно покачал головой.
- Я же сказал, Том. Нет.
Легкой походкой он направился в ванную, видимо, собираясь наложить мейк-ап.Том, спотыкаясь,бросился за ним, успев зайти в комнату до того, как Билл ее закроет.
Ванная в квартире Тома была разделена на отсеки.В одном - ванна, в другом - душевая кабинка, в третьем - огромное зеркало во весь рост и столик с умывальником. Билл стоял напротив этого зеркала, что-то ища в своей косметичке. Том осторожно уселся на тумбу, которая стояла здесь же и принялся наблюдать.
Том, закусив губу, следил за движениями рук Билла. Билл аккуратно подводил глаза. Он сосредоточенно смотрел в свое лицо, иногда хмурясь и чуть поправляя линию. Том завороженно наблюдал за его действиями. Для него ежедневный макияж Билла и процесс его нанесения казался почти мистическим ритуалом.Во всяком случае, он пребывал в неком состоянии гипноза, во все глаза смотря, как этот сексуальный парень наводит красоту.
Билл в такие моменты никого и ничего не замечал. Он был полностью поглощен собой и своим лицом. Вот и сейчас, то ли незамечая уставившегося на него Тома, то ли делая вид,что он не замечает его, Билл отложил карандаш в сторону и открыл коробочку с тенями. Пара умелых штрихов изящными наманикюренными пальцами - и резко очерченные глаза растушевываются,подергиваясь вокруг темной дымкой. Билл полностью закрасил свои веки темным цветом, и Том судорожно вздохнул. Еще пара линий почти до бровей - и глаза Билла обрели привычный для фотографов взгляд.
Билл посмотрел на Тома через зеркало взглядом проститутки, и у Тома мурашки пошли по всему телу. Конечно, Билл знал, что Том буравит его взглядом - он спиной чувствовал это.
Слегка подняв уголки губ в неуловимой полуулыбке, Билл открыл тушь и, широко раскрыв глаза, принялся красить реснички. Том сглотнул, увидя, как рот Билла приоткрылся, когда он, не моргая, тщательно прокрашивал свои ресницы.
Он заерзал в кресле, почувствовав некоторое неудобство. Билл послал ему совершенно девчачью ухмылку, убирая щеточку обратно в тушь. Пара движений пудрой - вот здесь Том не понял,для чего это вообще нужно. Он и раньше задавался себе этим вопросом, видя, что девушки внезапно останавливаются мимо зеркала и сосредоточенно достают пудреницу. Том решил для себя, что, скорее всего,это делается для того, чтобы подольше повертеться перед зеркалом. Он почувствовал необъяснимый прилив нежности к Биллу.
Прекрасно понимая, что Том прожигает его взглядом, Билл наклонился ближе к зеркалу, выгибая спинку и провел прозрачным блеском по губам. Том задержал глаза на его выпяченной попке, давая сладким воспоминаниям захлестнуть его с головой, а когда вернулся в реальность, поймал взглядом язычок Билла, игриво облизнувший влажные губки. Том раздвинул ноги шире, езая и начиная уже откровенно хотеть.
Билл повернулся и, подойдя к Тому, уселся на его колени лицом к нему.
- Что, сладкий мой, хочешь? - ласково шепнул он Тому, почувствовав ягодицами выпуклость в штанах Тома.
Том, ощущая по бокам длинные ноги Билла,затянутые в кожаные ботфорты, невероятно возбудился и начал массировать пальцами ягодицы Билла, осознанно прижимая его к себе ближе.
- Хочу твою круглую попку, - шепнул он Биллу, слегка ущипнув его за ягодицу, когда Билл обнял его за шею.
Билл стал толкаться в бедра Тома, сильнее обхватив его ногами, с улыбкой наблюдая за лицом Тома. Том начал слабо стонать и уже стальной хваткой вцепился в попу Билла.
Их губы сблизились, но они не поцеловались.Просто ласкали друг друга жарким дыханием,мешая и путая вдохи и выдохи друг друга, согревая, обжигая, скользя. Наконец Билл встал, резко оттолкнув Тома. Тот горестно вздохнул, протянув к нему руки.
- Билл...ты меня убьешь когда-нибудь.
Билл уже деловито поправлял на себе скользящую по его телу футболку, глядя в зеркало, затем повернулся к Тому.
- Если мы и умрем, то только вместе. И только от оргазма, - жестко сказал он, коленом упираясь в ноги Тома, вынуждая его раздвинуть их.
- Я согласен, - обреченно сказал Том, затем неожиданно вскочил, пытаясь поймать Билла, но тот юркой кошечкой выскользнул из ванной и Том услышал в комнате его смех.

****************

Билл вызвал собственную машину - еще одну дорогую и быструю тачку из своей обширной коллекции авто.А сам, дожидающийся, пока ее подгонят, сидел на подоконнике и выкуривал длинную женскую сигарету, с отстраненным взглядом уставившись в стену перед собой. В этот момент Том понимал всю его силу. Всю силу его образа.
Круг его знакомых был отобран с той же скрупулезностью, что и его наряды.Билл обладал обширными связями даже в немецких правительственных кругах.Он вполне мог непринужденно поболтать за бутылкой бургундского с какой-нибудь важной шишкой. Билл был просвещен во всех нюансах элитных кругов, где он находился.Мишурный блеск этой круговерти ему нравился, но не обманывал его. Сверкающие от восхищения глаза, восторг, написанный на его нежном, почти детском лице и безупречная, не сходящая с лица улыбка были всего лишь маской, под которой таился проницательный ум зрелой личности.
И сейчас, куря здесь, он словно набирал воздуха в легкие, чтобы нырнуть во всю эту канитель снова. Чтобы снова надеть свою маску.Спрятать свои чувства.
Несмотря на то, что Билл только недавно пересек совершенолетие,Том вспомнил,что в его суждениях проскальзывала порой умудренность зрелого мужчины - слишком многое он повидал, успев объездить весь мир. В чем-то Билл оставался еще ребенком в свои 19 лет, а в чем-то был намного опытнее людей вдвое старше него, поскольку им за всю свою жизнь вряд ли довелось увидеть столько роскоши и столько гнили.
Снаружи послышался шорох шин, затем два коротких гудка. Билл выглянул в окно.BMW X3 глянцевого синего цвета стоял возле дома Тома, дожидаясь своего хозяина. Конечно, для шикарной звезды ходить пешком - убийственно, поэтому обязательно нужно заказывать кортеж из нереально крутых тачек и красную ковровую дорожку даже в ресторан.
Спрыгнув с подоконника, Билл молча направился к двери.
- Когда ты вернешься? - спросил Том, преграждая ему путь.
Билл остановил на нем свои вульгарно накрашенные глаза и сказал:
- Думаю, не сегодня.
Том молча смотрел, как эта богоподобная дива с большими глазами, повергающими мужчин в оторопь, берет сумку и уходит. Он только надеялся, что не навсегда.
В дверях Билл остановился и обернулся. На его лице было написано столько всего - и грусть, и нежность, и эгоизм, и равнодушие, - что Том не выдержал и бросился к Биллу, заключив его в объятия. В тесном слиянии их тел Билл еле слышно прошептал:
- Я вернусь.


6 часть.


"Напои меня страхом,
Напои меня болью.
И мы назовем все это
Любовью.
Подари мне радость,
Подари мне себя.

Трахни меня! Трахни меня!" (с Биопсихоз)

Когда Билла отпустили с фотосессии, он вышел во тьму ночного Берлина и уселся в свой импозантный BMW. Но сказал водителю, чтобы пока не трогал.
Он сидел в дорогой машине, стоявшей на обочине дороги, по которой постоянно проносились мигающие фарами машины. Город начал жить особой жизнью. Ночной жизнью. Небо было окрашено в давяще-черный цвет, и любой ветерок на улице доносил запахи соблазна и искушал, ведя за собой.
Билл сидел, тупо пялясь в темноту за окном автомобиля, думая. Или не думая. Он не пытался думать. Не пытался сделать выбор. Все получилось само собой.
- Трогай, -наконец резко произнес он. - Fucking star.
Водитель коротко кивнул, заводя машину и выезжая на полосу сверкающей ночной дороги навстречу разврату и свободе.
- Извини, Том, - одними губами произнес Билл.

**************

В его клубе его самого же чествовали как героя. Мажоры, телочки, деловые люди, бизнесмены, миллионеры и просто богатые люди облепили его сразу, как только он вошел в свой клуб.
Барабанное цунами било по ушам, а Билл расточал всем сексуальные улыбки, постоянно возбужденно смеясь и попивая коктейль через трубочку.Все едва не смотрели ему в рот. Они его боготворили.Гормоны Билла разбушевались, граница между "можно" и "нельзя" размылась, риск начал пьянить сверкающими искрами, а темнота обещала самые захватывающие приключения.
Он нажрался вдупель, когда к середине веселой ночи перешел на мартини. Обнаглев, сначала он забрался на барную стойку, томно изгибаясь всем телом под водопад аплодисментов и одобрительных выкриков. Затем спрыгнул на пол и опрокинул пару столов с едой и выпивкой. Просто так.Ему было хорошо. Вокруг стоял шум, гам, слышался смех, какие-то стоны. Наверно, ад выглядит так. Или Содом и Гоморра. Город греха. Царство разврата. Колыбель порока.
И король порока - это Билл.
Кто-то сунул ему гашиш и Билл с удовольствием и нетерпением взялся за "дело".
Ему было плевать,что в толпе веселящейся "золотой молодежи" наверняка есть стар-скаутс, то есть наблюдатели за звездами, которые тусуются с ними и сливают потом информацию в прессу. Вот откуда берутся скандальные газетные утки. Вот почему свежие новости так быстро облетают все информационные ленты.Ему было плевать, плевать, плевать.Ну и пусть думают что хотят. Плевать. Плевать. Плевать. У каждого своя война.У каждого свои пороки. Свои долги. Свои ошибки.
И Билл с наслаждением ошибался, валялся в грязи, предавался порокам и был счастлив. Он не вспоминал ничего и никого. Ему было похуй на все.
Слегка огибая клиентов клуба, которые каждую секунду восторженно останавливали его , он пробился к барной стойке и заказал еще мартини, хотя его и так мотало во все стороны.На высоком барном стуле за стойкой сидела девушка, у которой были как-то странно с одной стороны зачесаны волосы.
Билл задержал на ней блудный взгляд. Он удивился, осознав,что, оказывается, еще не всех здесь трахнул.
- Что смотришь, детка? - заплетающимся голосом поинтересовался он. - Кажется, мы незнакомы.
- Хочешь исправить эту ситуацию? - улыбнулась девушка, а Билл, на секундочку пребывая в полностью ясном сознании, вдруг отчетливо увидел,что это парень-андрогин. Его черные длинные волосы спадали, прикрывая половину лица, а с другой стороны, где было зачесано, как показалось Биллу, волосы были выбриты, обнажая черную причудливую татуировку.Одет он был в сетку поверх голого тела, а на плече была еще одна тату - ярко-красный скорпион размером с пачку сигарет.
Ну что ж, каждый нынче гей.А уж метросексуалов вокруг как собак нерезаных. Билл хихикнул. Он сам не лучше.Это бич современности. Мода на унисекс и андро. Молодые организмы раскрепощены до предела, и все теряют голову от огромного выбора партнеров, в какой-то миг осознав, что можно не ограничиваться противоположным полом.
- Д-да, - икнув, сказал Билл. - Иди сюда, детка...
Все поплыло перед глазами - мартини конкретно дало о себе знать.Билл хихикал, флиртуя с мальчиком, тыкая его в татуировки и не только туда. Он наклонялся к нему ближе, облизывая его иногда в щеку и отдергивался, едва не заваливаясь назад благодаря непослушному телу, которому залитый спиртным мозг отдавал весьма не точные приказы и координацией тела уж точно не управлял.Каким-то образом оказался у него на коленках, пьяно тыкаясь ему в шею и забираясь руками под его сетку...
Потом все сместилось. Они с мальчиком оказались в пустой темной комнате, на диване, страшно тесно прижимаясь друг к другу. Билл продолжал тупо хихикать, когда парень зубами стягивал с него боксеры, изображая ручную собачку. Потом они просто трахались - пьяно и быстро, ради траха.Трахались ради траха. Билл был сверху и ему было похуй на собственную задницу, которая завтра точно припомнит ему все его сегодняшние действия. Затем парень подмял его под себя, глухо застонав и Билл задыхался, иногда жалостно вскрикивая, а потом начал громко и безостановочно стонать, упираясь взглядом в жгуче-красного скорпиона на плече, который видел прямо перед собой...
Потом, кажется, пришла Люси - модель, которая разве что не прописалась в его клубе. Он трахал ее уже давно, хотя ему это быстро надоедало. Она вошла в VIP-комнату, с любопытством смотря на двух парней-девушек, которые ебались друг с другом как молодые кролики - быстро и часто.
Билл уже ничего не соображал. Единственная мысль,что пульсировала в его потном теле, эхом отдаваясь в пустой голове - ТРАХНИТЕ МЕНЯ!Кажется, Люси улеглась с ними рядом. Он уже ничего не видел, свесившиеся волосы завешивали его лицо, тело заливал пот, из горла постоянно вырывались гортанные хриплые стоны, мешаясь со стонами других участников этого траходрома.
Вырубился Билл только часа в 4 ночи.
А когда его разбудил невозмутимый ко всему Саки, всегда имеющий доступ к любой вип-комнате в целях безопасности, Билл обнаружил, что заснул на Люси. Странно,что она не просыпалась. Наверно, так и выключилась на полутрахе, не дожидаясь окончания действа.Билл потянулся, со стоном отмечая кошмарную боль в заднице и спереди. Тело было липким от пота и уже засохшей за пару часов спермы.Мальчик с полувыбритым черепом распластался тут же, рядом. На его девчачьем лице даже во сне сохранилось болезненное выражение, брови чуть сдвинуты, рот приоткрыт.Билл хмыкнул. Он не сомневался, что у него все будет болеть точно так же, как и у Билла.
Кряхтя, Билл поднялся и тут же упал на пол. Люси во сне издала полустон и перевернулась на бок. Билл, потирая и так охрененно ноющую задницу, поднялся и чуть хлопнул ее по щеке. Она не шевельнулась.
Вываливаясь в коридор, где его ждал Саки, чтобы отвезти домой, Билл не переставал материться и охать от боли. Саки решительно, но мягко обнял Билла за талию и в весьма быстром темпе для разваливающегося тела Билла довел его до машины.Билл опасливо уселся на задницу. Его мозг с сожалением пробуждался. И начинал охуенно болеть. Блядь, похмелья не хватало!
Саки бесцеремонно втокнул Билла в квартиру, не обращая внимания на стоны и жалобы того.Билл,стащив с ног туфли, метнул их в противоположную стену. Ноги уже охуительно болели. Надо же было заснуть прямо в туфлях!.. Да еще и на шлюхе впридачу.
Пока заботливый Саки набирал ванну горячей водой, Билл критически изучал себя в зеркале в холле квартиры. Да-ааааааааа. Шикарный вид. Уснул на проститутке - так и просится на язык. Что, в принципе, и правда.
Сорвав с себя насквозь пропахшую сигаретным дымом, гашишем и чем-то еще одежду,он залез в ванну и испустил стон наслаждения.Его болеющее тело мягко, но настойчиво окутала жидкая субстанция горячей воды.
Билл откинулся на бортик ванны и закрыл глаза.
Его задница болела. Да и хуй, видать, тоже сверхурочно поработал этой ночью. Пока он ебал Люси, его попкой впритык занялся этот метросексуал. Потом он вместе с ним же отодрал Люси. Оказался подмят снова под него. Отсосал ему. В это время над его членом старательно трудилась эта шлюха. Он был сверху.Он был снизу. Он перепробовал, наверно, все возможные комбинации с ними. Как же у него все болело.Черт.
- Билл, тебе никто не говорил, что твое имя созвучно слову "быдло"?..БыЛЛ - БыДЛО, - звучно сказал Саки, деловито входя в ванную комнату.
В руках он держал пару бутылок с пивом. Билл испустил долгий счастливый стон, увидев пиво.
-Саки,я тебя люблю, - Билл закатил глаза,опускаясь назад и чувствуя, как мозг насквозь прошивает невидимой, но очень острой иглой.
Саки поставил бутылки прямо на бортик и окинув своего подопечного-распиздяя строгим, но скрыто благодушным взглядом, заметил:
- Быстрей трезвей, Билл. Только бутылки не грохни о пол.
- Окей, - сказала звезда, раскрывая усталые глаза.
Саки вышел, мягко затворив за собой дверь, а супер-стар осталась лежать в ванной, подобно разбитому грязному осколку, отлетевшему от некогда чистой драгоценной вазы.

*****************

Башка его ездила потом весь день, каталась на саночках с импровизированных горочек, а иногда отрывалась едва ли не на Американских горках, короче, развлекалась, как могла, а о Билле пока не вспоминала.
Билл спал до самого вечера на своей королевской кровати Versace стоимостью в 30 тысяч евро, однако эти 30 тысяч евро под ним ни хрена не дали ему выспаться.Проснувшись, Билл хрипел и отбрыкивался от всех, кто пытался ему позвонить. После небольшого опохмела пивом он выдул пару литров молока, глуша неприятные ощущения вздувшимся животом. Пошел блевать. Шикарный черный унитаз с автоматическим сливом воды быстро покрылся грязной жидкой мутью. Ему было плохо. Хуже стало, когда вернулась память после стадии блевоты. Он вспомнил Тома. Черт. А Билл обещал вернуться. Обещал. Но не вернулся. И вообще... Не вернулся.
Биллу - он сам не понимал, из-за чего, - было стыдно. Он не хотел показываться Тому на глаза. Тот уже знал о его милых ночных проделках - пусть и не так конкретно и подробно, как завсегдатаи Fucking star, но все же знал. Безбашенные пляски Билла на барной стойке попали во все желтые полосы газет, и Билл даже видел кое-где снимок, где он сидит на коленях у странного парня, похожего на татуированную девчонку. Губы их были в паре миллиметров друг от друга, как будто их засняли перед самым поцелуем. Биллу вдруг стало плохо. Очень плохо. Том это видел. Или нет? Должен был видеть. Скорее всего. Но почему так хочется, чтобы он этого не видел?..


**************

Выздоровел он только через пару дней. Такой крутой тусы у него давно не было, поэтому Билл и отходил долговато.Но сейчас организм выровнял свою работу, мозг вроде тоже заработал и, в общем, все пришло в норму.
Чуть выжив после одной мега-вечеринки, Билл решил отправиться сразу на другую.Только подальше от Берлина. Здесь, блядь, был Том.
Он полетел в город миллионеров - Баден-Баден.Биллу хотелось отдохнуть. Развлечься, забыться, стереть прошлые пороки новыми. Зализать раны. Нанося тут же другие.А главное - выдрать из собственного 19-летнего мозга память о человеке, с которым ему не хотелось иметь ничего не общего.С которым он не хотел никогда пересекаться и все же пересекся. Которого он кинул и теперь жалел об этом.
Заказал роскошный номер в самом престижном отеле города. Отель пробил Саки по интернету и забронировал он же. Билл как раз добирался до места назначения, потягивая воду из бутылки и глядя в раскрытое окно автомобиля, давал ветру слегка ласкать его лицо, скрытое тяжелыми пластиковыми очками, легкими прикосновениями. На этот раз он выбрал Beantley. Раз Баден-Баден, как и Москва, как и Лондон, как и все города миллионеров, славился именно миллионерами, то Билл решил не оригинальничать и выбрал то, что побанальней и подороже. Похуй, что на таких машинах ездят многие - начиная от голливудских старлеток и кончая пожилыми женами олигархов, изменяющих им с длиноногими малолетними шлюхами...Биллу было похуй. В мире денег легко потерять себя.
Еще раз глотнув воды, Билл твердо уяснил для себя, что так нажираться, как в своем клубе, он не будет. А то скоро станет второй Бритни Спирс. Вон папарацци уже нарадоваться не могут на него, зарабатывая себе на хлеб именно на нем.Билл мимолетно подумал о Спирс - мимолетно и с пренебрежением, - вспоминая, что когда-то эта девица царила в мире, управляя масс-медиа и поп-культурой. Поп-принцесса, блядь. Супер-звезда. Идол миллионов. Билл усмехнулся. и кто она сейчас? Жалкое бритое создание, на которое все показывают пальцем...
Его рука, безвольно высунутая в окно и покачивающаяся в ритм езде, внезапно дернулась. Бутылка воды в его руке - французкая минеральная вода Evian Vitel (Билл признавал воду только высшего класса - и в гримерке, и в машине у него всегда была под рукой вода только этой марки) - накренилась в его руке, грозя сорваться и улететь на дорогу. Билл крепко сжал руку и приложил бутылку к губам, позволяя холодным терпким каплям вливаться ему в рот.
Он только что вспомнил, что он тоже. Супер-звезда. Идол-миллионов. Гребаная-псевдо-рок-звезда. Билл всегда угарал, когда его называли глэм-рок-звездой. Ха. И еще раз ха.Скорее, он секс-звезда.Но не в этом сейчас дело.
Что, если он на пути к развалу, как и Спирс когда-то? На грани краха?Когда она, наслаждась всеобщим вниманием и любовью, делала все,что заблагорассудится, не подозревая, что через каких-то несколько лет выйдет за неизвесного танцора, который приберет ее деньги к своим рукам, а потом будет периодически лежать в психушке? Бывший секс-символ Америки. Упавшая звезда. Грохнувшаяся звезда. Не удержавшаяся звезда.
Билл судорожно вздохнул. Он вспомнил Майкла Джексона.Поп-король. Точнее, бывший поп-король. Тоже правил миром, заставляя людей сходить с ума, изгибаясь и извиваясь всем телом, со снисхождением глядя, с каким благоговением они наблюдают за исполнением его легендарной "лунной походки" и восторженно орут, превознося его над всеми людьми.А что потом? Куча комплексов - и его не узнать из-за пластики. Скандалы. Педофилия. Суды. Долги. Разорение.И снова посмешище. Урод. Упавшая звезда. Сумасшедшая звезда. Гребаная звезда.
Билл лихорадочно перебирал в голове имена легендарных знаменитых людей, которые в свое время едва не властвовали всем миром и с ужасом убеждался, что все они повержены. Все упали. Все. Все до единого. Все до одного.Никто не скрылся. Никто не убежал. Все звезды упали.Гитлер, Наполеон,Мэрилин Монро, Курт Кобейн, Кортни Лав... Никто не удержался.Он задрожал всем телом. Должна прийти и его очередь?
Билл не мог выбросить эти навязчивые мысли, даже войдя в номер. Тот, как всегда сооветствовал его бриллиатово-сверкающе-звездному статусу - старинные гравюры, роскошные гобелены, дорогие хрустальные люстры и персидские ковры ручной работы.Стекла из пуленепробиваемого стекла.Билл подошел к окну. Уже вечерело. Он опять вспомнил Тома.Черт. Что этот ублюдок сделал с ним?... Он не хочет о нем думать.
Надо срочно его забыть. Вычеркнуть, слить, стереть,перечеркунуть. Забыть.

**************

Вечер Билл скоротал в знаменитом казино Kurhaus, оформленном во французком стиле и возрожденной рукой Адольфа Гитлера в 20 веке. Он честно не пил, помня обещание самому себе. Лишь потягивал безалкогольный коктейль и иногда уходил подымить Marllboro.В результате Билл проиграл около 20 тысяч евро какому-то фанатичному богатому старику, который явно уже двинулся на игре. Билл покинул казино,чувствуя непонятную дрожь и странные противные ощущения.
Затем он отправился на женский стриптиз.Пытался расслабиться, без интереса глядя на гладкие женские ноги, постоянно мелькающие прямо перед его лицом - он сел специально прямо перед шестом.Но ничто не давало ему успокоиться. К концу всего этого спектакля его уже трясло. Бросив еще один усталый, безразличный взгляд на телку-акробатку, разливающую коньяк по ногам во время трюков, он раздраженно отодвинул стул,который тут же занял какой-то похотливый мужик, счастливый из-за возможности наблюдать все так близко. Билл же стремительно покидал клуб. Увиденное им не вызвало у него ни малейшей реакции, ни одного намека на стояк, на хотя бы возбуждение.
- Подожди, Саки, - глухо попросил Билл, когда Саки, ожидая его на выходе из клуба, тут же решительно взял за плечо, чтобы под охраной своего шкафообразного тела проводить его в машину.
Саки недоуменно посмотрел, но руки убрал. Билл отбежал в кусты и тут же рухнул - ноги будто отрубило.Он пытался проблеваться, но не получалось.Далеко из желудка шли позывы к рвоте, но наружу ничего не выходило. Билл только жалко отплевывался, меланхолично наблюдая, как слюна тянется из его рта в воздухе, не желая приземляться на землю.На своем затылке он почувствовал надежную руку Саки, который мягко, но настойчиво направил его голову вниз. Билл уперся руками в коленки.
- Давай еще раз, - услышал он Саки.
Билл сунул дрожащие пальцы в рот и чуть не подавился им. Просунул их поглубже, коснулся неба над языком и... тут его прорвало. Он блевал долго и обильно (от автора: бля...я тоже хочу =/ ), а Саки терпеливо ждал, крепко держая его волосы в кулаке. Когда Билла отпустило, он вытер рот трясущейся ладонью. Пара дорогих колец остались лежать в образовавшейся луже - во время процесса он впивался пальцами пальцами в землю, и кольца, видать, тогда и соскользнули с них.Билл, не трудясь подобрать их, медленно побрел к машине, поддерживаемый телом Саки.
Усевшись в Beantley, он первым делом набрал заветные цифры на мобильнике. Билл сглатывал неприятное послевкусие и с надеждой вслушивался в гудки. Гудки. И еще раз гудки. Прошла, казалось, целая вечность, а потом что-то щелкнуло и неживой прохладный голос произнес: " Абонент не может быть доступен. Сделайте еще одну попытку позднее."
Билл все слушал и слушал, как страшный роботизированный голос повторяет одно и тоже, словно тот сейчас ему должен был объяснить, что происходит. Его рука застыла, а потом разжалась. Мобильный упал на кожаную обивку сидения. Билл уставился в одну точку. Его взгляд оцепенел.
Том выключил телефон. Том выключил телефон. Том выключил телефон.
Увидев, что звонит Билл, Том оторвался, несомненно, от очень важных дел - это в 3 ночи-то, - и... выключил телефон. Даже не взял трубку, чтобы послать нахуй.
Билл вцепился в обивку под ним, не замечая того,что делает. Он до сих пор смотрел на спинку сидения водителя.Смотрел, не видя ее перед собой.Слезы начали капать сами собой.
Саки, сидящий впереди, оглянулся на него, но не увидев новых блевательных движений, слегка похлопал Билла по коленке, ободряя.
Билл плакал. Искренне и так жгуче, так сильно.Он не плакал уже очень давно. Он забыл, как это делается. Как он мог вспомнить,что такое слезы, Билл не знал. Как незнал и то, почему он позволяет слезам беспрерывно вытекать из глаз. Том выключил телефон.Этого он тоже не знал. Как незнал и того, ПОЧЕМУ он плачет из-за этого.
Билл незнал. Он просто плакал.

7 часть.

Биллу было нелегко. Только лишь осознав, что эти безумные, сумасбродные отношения с непонятным ему человеком затягивают его, заставляя скучать по Тому, как он сразу скис.А иначе как объяснить его ночные слезы в Баден-Бадене?!
Проведя усталую, почти бессонную ночь в отеле, утром Билл первым же рейсом рванул в Берлин. Приехав домой, он первым делом устроил Саки выходные, наказав не сопровождать его хотя бы пару дней.
Вот он и дома... Никаких встреч. Никаких тусовок. Никакого разврата. Осталось только лишь подумать.
По Тому тащились рэпера, трейсеры - психи, прыгающие с крыши на крышу, рискуя в любой момент убиться , руферы - еще одни "дети улиц", залезающие на крыши высоток, чтобы полюбоваться красивой панорамой и много, много, много, очень много гламурных телок, буквально сохнущих по Тому и по тому, что находилось в его безразмерных джинсах.Неужели Билл теперь относился ко всем этим людям?.. Он что, тоже начал сохнуть по какому-то рэперу?..
Факты не убьешь. Факты - они издеваются над человеком, привыкшем жить скорее в плену иллюзий, нежели в суровых реалиях. И Билл, как бы ему ни прискорбно было сознавать этот факт, все же нашел в себе силы. Чтобы сказать. Самому себе.
"Мне нравится Том. Нет, не так. Я хочу Тома. Опять не то. Глубже, сильнее... Мне очень нравится Том. Я очень хочу Тома."
Хотя все это и было правдой, Билл чувствовал, что упускает что-то очень важное из виду. Но что?
Он вошел в свою спальню, в который раз разглядывая огромное фото самого себя, улыбающееся на стене. Почувствовал раздражение.
Комната была погружена во тьму, несмотря на только наступившее утро. Все дело было в окнах, которые всегда были тяжело занавешены. Биллу всегда нравилось это. Находиться в темноте. В искушающей темноте, обещающей немыслимое удовольствие. Сейчас же он почувствовал непонимание.
Единственный свет источала лампа в виде зеркального шара, стоявшая на полу комнаты. Она медленно вращалась, посылая в темноту комнаты слабые, мигающие, неверные блики.
Как пошло. Тьма утром.
Билл подошел к своей кровати. Взобрался по покрытым красным ковром ступенькам возле кровати. Пара ступенек привели его к гигантскому ложу из шелковых простынь.
Он упал замертво на спину, упершись взглядом в тяжелый красный балдахин кровати, по которому блуждали рассеянные отсветы лампы.
Весь мир одинаков - подумал Билл. Асфальт, доллары и Макдоналдс. И только любовь - одна.
Раньше Билл при таких мыслях немедленно приходил в ярость, ведь он ненавидел любовь как явление. Не верил в нее. Сейчас он почувствовал глухое раздражение и... надежду.
Что все это значило, Билл незнал. Мысли ходили по кругу, как игрушечный паровоз, и Билл понимал, что они никогда не сойдут с этого круга, а если и сойдут, то только под откос.
В конце концов он так и уснул с навязчивым образом летящего в пропасть поезда.

*******************
Теперь Билл решил никогда не задвигать шторы, ему начало нравиться просыпаться рано и сидеть на толстом ковре, скрестив ноги и попивая кофе.Так он и сделал, проснувшись после пары часов сна.
Он начал думать. Он реально начал думать.
Билл понимал, что ему слишком дорог этот выстроенный вокруг себя им же самим умопомрачительный персональный мир. Он привык держать всех под своим каблуком, как бы парадоксально это ни звучало. Он питал слабость к зеркалам. Он считал, что быть благопристойным и правильным скучно, а чувственность и роскошь с налетом эротики делали его жизнь ярче и интересней.
Только вот эта роскошь приобрела за последний год у него оттенок порнухи, нежели эротики.
Сверкание хрустальных бокалов и блеск дорогого серебра. Тусовки, приемы, визиты. Пунш и шоколад. Вечеринки для узкого круга.Вся эта роскошь стала непременным атрибутом каждого дня Билла. Он сознательно избрал для себя такую жизнь.
Билл всегда знал, что лучше жить с перебором, чем с недобором. Он не видел смысла в людях, которые прозябали в каких-нибудь подвалах, питаясь хуже крыс и ведя себя не лучше. Он был благодарен судьбе за то, что мог спать на перине и есть подобно гурману. За свое везение. Билл был везунчиком.
В жизни много разных ингредиентов, и не так-то просто состряпать из них достойное блюдо. Чтобы по-настоящему вкусить жизнь, нужно добавить в нее всевозможные приправы и специи.Достоинство необходимо приправить эротикой, а талант - амбициями. Чем Билл усиленно и занимался. Только, похоже, теперь он переперчил, пересолил собственную жизнь...
Теперь в ней ощущалась острая нехватка сахара и хоть чего-то сладкого. Билл привык ощущать только кислый, горький, терпковатый, острый вкус жизни. Вкус приключений. Адреналин, разгоняющийся в венах. Острые ощущения, взрывающиеся в мозгу.
Не хватало мягкости. Заботы. Нежности. Доверия. Простого человеческого общения. Простой человеческой ласки. Любви.Мягкого, приятного, воздушного, тающего вкуса жизни. Вот чего не хватало Биллу.
Уходят в небытие старые знакомые и не хочется никого видеть. Не о ком заботиться, некому готовить виски со льдом, не для кого держать наготове сигареты, не у кого спросить, на какой рейс заказать билеты. Некому потом звонить, находясь в аэропорте. Некого любить. Кроме как о себе, и печься-то больше не о ком.
Раньше Билла устраивало такое положение вещей. Эгоцентризм. Высокомерие. Жизнь ради себя. Сейчас это казалось пустым, очень пустым и бессмысленным. Словно в какой-то миг он потерял опору и сейчас балансировал на краю пропасти, обнаружив, что, оказывается, ходил по краю все это время, но не замечал этого, ибо короли не смотрят вниз. Зато теперь он смотрел туда и у него дыхание захватывало от давящей пустоты, в которую он должен был рано или поздно сверзиться .
Только один человек мог ему помочь. Мог подать руку и избежать черной дыры внизу.

*********************

Странная штука - человеческий мозг. Читая последние сводки новостей, Билл думал об одном и том же человеке. О человеке, вызывавшем у него раньше исключительно неприятные ассоциации. О человеке, вторгшемся в его жизнь подобно восточному ветру в холодную страну. Этот ветер, приходя из пустыни, приносит с собой не только жуткую пыльную бурю, но и первое весеннее тепло, возрождающее все вокруг после долгой спячки.
Он начал ворошить свежие газеты и журналы, надеясь найти хоть что-то про Штартена. И он нашел. У него гулко заколотилось сердце, стоило ему, в очередной раз быстро переворачивая журнал, заметить лицо Тома и его фамилию в заголовке.Из немецкого Bild Билл узнал, что Том полетел вШвейцарию по каким-то делам, в сам Цюрих.
Пару минут Билл судорожно обдумывал. Полететь в Цюрих? Нет - слишком рискованно. Хотя Билл привык рисковать, в отношении Тома он нехотел этого делать.
Надо ждать. Ждать Тома. Выждать пару дней и действовать.Билл принял решение и, взяв журнал с Томом подмышку, направился на кухню.
Как только он приехал, он ничего не ел. Ему не хотелось, кусок в горло не лез. Теперь же живот урчал, требуя внимание к себе, и Биллу ничего не оставалось, кроме как внять его просьбам.
Кухня в его доме была настоящим шедевром. Билл с нескрываемым удовольствием посмотрел на шеренгу канапе и строй серебряных блюд. Оборудована кухня была по последнему слову техники.
Здесь находился здоровенный по размерам бар, заполненный только элитным алкоголем - качественные коньяки, ромы, виски, интересные ликера и громкие вина. Раньше Билл каждое утро начинал с этого бара. Сейчас же он прошел мимо и открыл массивный холодильник, в передней панели которого был плоский экран телека.
Холодильник был напичкан самой разнооразной едой на самый взыскательный вкус - шпроты, французкие горчицы,сушеные артишоки, фуа-гра,итальянские сыры, черные трюфели, гиганстких размеров оливки,тарталетки с козьим сыром, канапе с черной икрой. Билл редко что ел из из всего этого. Все это было скорее для пафоса перед редкими гостями.
Вместо этого Билл порадовал себя шоколадным коктейлем и ванильным мороженым. Нельзя же постоянно держать себя в узде. Так и до невроза недалеко.
Усевшись в кресло с ногами, Билл думал, почему же его так привлек Том. Вот - он ничего не мог с собой поделать! Мысли снова и снова возвращались к Тому.

****************

Наверно, в каждом из нас присутствует такая слабость - желание окружить себя дорогими и красивыми вещами и пользоваться ими, пока они не утратят свою привлекательность, пока не захочется чего-то нового. Жить дорого и вкусно.
Та же история с Томом.
Билл увидел его нежную, какую-то шоколадную красоту, почувствовал его первобытную, гипертрофированную сексуальность, ощутил мягкость и сладкость его губ и... захотел оставить себе.То же самое и с шоппингом - увидел модную вещь - захотел - купил.
Все параллельно. Захотел. Захотел Тома.
Только вот в жизни не все можно получить, введя PIN-код своей кредитной карты.


*****************

Том один из тех людей, на которых хочется долго-долго смотреть, случайно встретившись глазами, а потом еще долго провожать взглядом. И даже все ванильное мороженое в мире не сделает Билла счастливее, чем одно заветное имя на дисплее его мобильного телефона.


******************

После нескольких дней тупой лежки, во время которой Билл скорее напоминал вареного омара, нежели сверкающую звезду, он передумал немало.
Он решил поехать к Тому.
В утро, которое должно было стать решающим, у него никак не получалось одеться. Пальцы не слушались, молнии не застегивались, тело сотрясалось мелкой дрожью. Мозг непрерывно пульсировал боязнью.Ему хотелось продолжать малодушно отсиживаться дома, но Билл понимал, что этим ничего не решится.
Он словно собирался на казнь.
Промучавшись с макияжем полтора часа, Билл решил не запариваться с волосами и просто выпрямил их, слегка сбрызнув лаком для фиксации. Для встречи с Томом он выбрал белую обтягивающую футболку с черепом, черные джинсы и куртку в стиле немецкого флага.
Нацепив патриотическую куртку перед самым выходом, Билл посмотрел на свой маникюр - идеальный. Как всегда. Надев пару тяжелых колец - без этого он никак не мог, пальцы казались "голыми", - он вышел из дома, усевшись в BMW.
Он был рад задержаться хоть на чуть-чуть, поэтому облегченно вздыхал, останавливаясь в общем потоке машин на светофорах, пропуская пешеходов через дорогу.Однако время не резиновое. Пространство тоже. Оно всегда где-то кончается. И Билл вскоре достиг окраины Берлина, какие бы пробки его не задерживали на пути.
Поднявшись на 7 этаж, Билл замер, незная, как уговорить себя нажать на кнопку звонка.
Пересилив себя, он все же сделал это. Короткий резкий звук и тишина.... Затем послышалась какая-то возня из квартиры, неясный шум и, наконец, легкие шаги.
Сердце Билла подпрыгнуло в груди. Дверь открылась.
- Вы ошиблись?
На пороге стояла девушка в коротенькой маечке и трусиках.Ее светлая рваная стрижка завешивала половину лица, на глазах - черные стрелки, в носу блестит капелька пирсинга.
- Нет, - сказал Билл. - Не ошибся.
Девчонка пригляделась к нему получше и сказала:
- Черт, меня обманывают глаза? Неужели Fucking star?
Билл устало смотрел на нее.А на что он надеялся? Пока Билл трахался под кайфом с геем, Том нашел себе вот эту фифу.
Послышались еще шаги.
- Китти, ну кто там еще?
Появился Том. На нем были только джинсы, спущенные так низко, что у Билла сердце затрепыхалось, стоило ему увидеть плоский, мускулистый, накачанный живот Тома во всей своей сумасшедшей наготе. Билл завороженно глядел на него, на его мужественный торс, на его загорелые плечи, на распущенные дреды, на пухлые губы. Не смотрел только в глаза. Не было сил. Он проглотил зависть к Китти.
Сама она стояла, скрестив руки и прислонившись к косяку открытой двери, уставившись при этом на Билла.
Билл поднял глаза и встретился с глазами Тома. Там было...равнодушие. Такое равнодушие, какое бывает, например, во взгляде бизнесмена, спешащего ранним утром на совет директоров и мельком кинувшего взгляд на безнадежно замерзающего на улице, голодного, недавно родившегося котенка. Равнодушие. Полнейшее.
- Ты что-то хотел? - безразлично спросил Том.
Билл почувствовал, как в горле непривычно запершило, а где-то в глубине глаз начинает жечь. Нестерпимо жечь.
- Поговорим наедине, - кое-как сказал Билл, даже не глядя на Китти.
- А почему это не при мне? - возмутилась та.
Том пару секунд разглядывал лицо Билла, затем посмотрел на Китти и вновь перевел взгляд на Билла.
- Оставь нас, Китти. Уверяю, это ненадолго. Я скоро вернусь.
Китти гордо развернулась и, умышленно громко топая босыми ногами, ушлепала в глубь квартиры.
Том вышел в подъезд, прикрыв дверь.Затем стал подниматься по лестнице на этаж выше.Отстав от Тома на пару шагов, Билл влюбленными глазами разглядывал его. И как раньше он не замечал эту легкую, вызывающую, размашистую походку?
Том подошел к окну - полуобнаженный, с распущенными дредами, в домашних тапочках - и достал сигареты.
- Будешь?
- Буду.
Том сделал крепкую тягу и выдохнув облако дыма, посмотрел сквозь него на Билла.
- Ну?
- Что ну?
- Что тебе нужно?
- Том... не надо...
- Чего не надо?
- Этого... ты же знаешь...
- Что я знаю?
- Заканчивай свой спектакль...
- Подожди, Билл. Подожди. Я тебя не очень-то понимаю. Это ТЫ разыгрываешь тут какой-то спектакль. Извини, зрителей нет. Денег тебе за это тоже не заплатят. И если даже он только для меня, то, простите уж, мне он не интересен.
- Зачем ты так?
- А как я?
- Мне больно...
- Странно. Глупо.
- Это ты так думаешь.
- Билл. Зачем ты пришел сюда? Тебе так нравится этот пентхаус? Спешу обрадовать, пентхаус в Берлине можно взять в аренду всего-то за 200 евро в неделю. Устраивает тебя это? Не обеднеешь?
-Том, успокойся.
- Это ты успокойся, Билл. Я тебя незнаю, а ты незнаешь меня. Ты все понял?
-Нет, Том, я только хотел...
- Билл. Мне смешно. Ты что, не понимаешь? Мне неинтересно, что ты хочешь.Мне неинтересно, что ты скажешь. Совсем не интересно.Мне не интересно, что ты говоришь ВООБЩЕ. Когда ты раскрываешь рот, мне сразу становится неинтересно.
-Том...
- Я все сказал. Спасибо за внимание.
Бросив докуренную сигарету, Том начал спускаться по лестнице, сунув руки в карманы. Он аккуратно вошел в квартиру, даже не оглянувшись на Билла.
Билл остался у окна, понимая, что его догорающая душа тлеет точно так же, как и выброшенная Томом сигарета на полу...

8 часть.

На следующий день Билл был практически в нокауте, когда увидел, как Том в своем новом клипе поет с каким-то мальчиком эмо-направления. Винс - кажется так его назвал ведущий программы.
РЕВНОСТЬ. Вот что поглотило Билла с головой. После того несодержательного разговора в подъезде с Томом у него просто не осталось сил ревновать его даже к той девке, которая была в его квартире. Зато утром силы вернулись сполна. Когда он включил телевизор и увидел Тома, читающего рэп под аккомпанемент сладкого голоса смазливого мальчика. Билла чуть с кровью не выблевало. Он просто вырубил телевизор.

Билл сам незнал, что с ним случилось. Его жизнь превратилась в ад. И все благодаря одному-единственному человеку. Он был бы рад вернуть все назад, но где та точка отсчета, с которой все началось? Его мозгом владела змея оцепенения. Он не соображал, что делал и что думал. Его сердце глодало одно лишь чувство, испепелившее все лишнее в пепел. РЕВНОСТЬ.

Гже же тот крикливо-шикарный, беспардонный, вульгарно-яркий Билл Каулитц, где человек-бог, где сияющая, недостижимая, холодная суперзвезда? Билл всегда был котом, который гулял сам по себе. Почему он превратился в обиженного мальчика, в хнычущего ребенка, не жаждущего ничего, кроме объятий и ласк другого человека? Что с ним стало? Этого Билл незнал. Он не понимал, что с ним происходит. Это была одержимость. Самая настоящая одержимость другим человеком. Зацикленность на одном и том же человеке.

Как Биллу отчаянно, дико хотелось быть с Томом! Сердце его непривычно начинало болеть при мысли, что он уже никогда не будет сидеть с ним рядом в гамаке. Они больше никогда не будут играть и флиртовать вместе. Том больше никогда не возьмет его на руки, а Билл никогда больше не прижмется щекой к его груди, чтобы услышать биение его сердца.

Билл вспомнил улыбку Тома. Глаза его заблестели. Том... он такой... Какой же он находчивый...обаятельный... и очень красивый. Какое высокомерие. И наглость. Лицо наглеца, но наглеца не без чувства юмора. Таких мало осталось - подумалось Биллу. Никто вокруг не смог пройти кастинг Билла. Никто. Кроме Тома.

У него больше ничего не осталось. Только его бордель для высшего общества. Ярмарка ублюдков. А более - ничего.

*********************

Том тебя ненавидит!
Билл недоуменно поднял брови, холодно посмотрев на девушку, остановившуюся перед ним.
- Ничего личного, - процедила Китти, понизив голос. - Просто он совершенно не интересуется красивыми шлюхами мужского пола.
- А ты не шлюха? - спокойно поинтересовался Билл, отпивая кроваво-красный коктейль через трубочку. - Я отличаюсь властью и деньгами, а чего добилась ты? Ко всему прочему у тебя нет даже красоты, которой у меня в избытке. Завидно, девочка? Завидуешь, что я намного красивее тебя, хоть я и парень? Ты-то только с водкой потянешь. А может, еще и банально ревнуешь Тома?
- Зачем он мне нужен, твой Том? - выдохнула побледневшая после тирады Билла Китти. - Я же не мазохистка, гнусная ты сволочь. Не сходя с места, убила бы.
Она передернула плечами и отошла, напоследок послав уничтожающий взгляд, который Билл вернул ей с процентами.
Он находился на закрытой вечеринке после церемонии вручения наград Comet 2008. Он в этот вечер взял кучу наград, одна из которых значилась как "Звезда среди звезд", что в очередной раз потешило его самолюбие и подтвердило его неимоверно-звездный статус во всем мире.
Том тоже присутствовал на этой вечеринке, и Билл каждую секунду вытягивал шею, чтобы высмотреть его в толпе. Именно в такой момент к нему и подошла Китти - расфуфыренная девушка, которая постоянно светилась на подтанцовках в клипах различных рэперов, как выяснил Билл.
Он пожал плечами. Шлюха. Шлюха для черных рэперов. Просто слегка изменила себе, предпочтя на одну ночь - как надеялся Билл - белого.
Том пришел на церемонию вместе с тем пацаном из своего клипа. Билла чуть не разорвало от злости, когда он увидел их вместе.
Профиль Тома. Ресницы. Длинные и изящные - они показались Биллу кукольными. Билл едва не расплавился от нежности, внезапно увидев профиль Тома среди остальных селебрити. Но когда рядом с ним показался этот мальчик, который сотрудничал с Тимбалэндем, как и многие звезды, желающие коммерческого успеха, Билл чуть не умер от злости. Он понимал, что у Тома ничего не может быть с этим щенком, но... Как же он РЕВНОВАЛ! Ведь с Томом постоянно находился ДРУГОЙ парень! А это для Билла было невыносимо.
Куря рядом с каким-то нереально важным продюссером, Билл исподтишка наблюдал за этим Винсом. Его бесило абсолютно все в этом парне. Черное кольцо в носу и такая же черная пирса, пробивающая губу насквозь посередине. Черная курьерская сумка, черный ремень с громадным черепом и шикарная черная бандана с белыми черепами, повязанная вокруг шеи. Абсолютно белые волосы с черной прядью в челке. Милые девчоночьи глаза. Билла бесила даже его манера при разговоре наклонять голову набок, подобно любопытной птичке или маленькой девочке, внимательно слушающей своего папу.
Билл понимал, что встреть он Винса где угодно, только не с Томом, он бы сам позарился на такого мальчика и, по возможности, трахнул.
Но кровь вскипала в его жилах, а жар приливал к лицу, стоило ему подумать, что Том может делать с ним в студии наедине... Ему было плохо. Ведь Билл сам понравился Тому. Почему бы, черт возьми, этот Винс не может понравиться Тому?!
Внезапно ему надоел этот вечер. Этот смак, этот дым, эти лица вокруг. Лица, которые не видели в нем ничего, кроме мальчика-красавчика и дамского любимчика. Ему надоело. Биллу надоело.
Том, видимо,наоборот, получал истинное удовольствие от вечеринки. Дикие, горящие глаза, не видящие ничего, кроме какого-то облака, в котором все предстает в другом свете; немного сумасшедшая, но такая развратная улыбка, неунывающая активность, оптимизм, хаотические движения и мгновенные смены настроения. Он постоянно разговаривал с Винсом и ни разу не посмотрел в сторону Билла. Он ходил и все взгляды останавливались на нем. С восхищением и с тайным или же открытым желанием. Все его жесты, мимика, горящие огромные глаза — от него решительно невозможно было оторвать взгляд, равно как и пропустить хоть одно его слово или движение. В походке Тома чувствовалась затаенная чувственность.Та, которая обещает, что ночью с обладателем этой походки бывает очень жарко. И Билл отворачивался, чтобы никто не увидел его румянца, внезапно приливающего к щекам при одних только воспоминаниях о ночах с Томом.
Сказать, что Билла никто не замечал - значит, сказать ложь. Он тоже был в этот вечер персоной, отнюдь не лишенной всеобщего внимания. За ним ходили толпы в 20 человек - все сплошь знаменитые певцы, певицы и деятели шоу-бизнеса. Его новый имидж с уклонением в глэм-рок не смог оставить равнодушным абсолютно никого. Кроме одного человека.
Тому было абсолютно похуй на то, что Билл отошел от своего старого манга-образа, закрасив белые пряди и надев шнурованные лакированные сапоги на каблуке.Глаза собравшихся горели восхищением и возбуждением, но глаза Тома как будто напрочь утратили функцию видеть Билла ВООБЩЕ. Это было до такой степени обидно, что Биллу хотелось разреветься, как какой-нибудь девчонке. Забить на всех и дать волю слезам. Но вместо этого Билл позировал с сигаретой в руке, посылая пошло-обещающие взгляды в камеры и недвусмысленно улыбаясь старым похотливым менеджерам и фотографам.
Билл играл в секс, и публика охотно включалась в его игру. Невольные зрители кожей чувствовали секс-ауру Билла, и это лишний раз доказывало, что слово "работа" для Билла - не пустой звук. Он идеально работал. Он на самом деле любил свою работу. Работу, которая в свою очередь любила его, так как приносила ему деньги.
И работа Билла заключалась именно в сексе. Правда, секс был скрытый, но он был во всем - в походке, в движениях губ, в малейших взглядах, в легких прикосновениях, в словах, произнесенных хрипловатым, влажным тембром.
Билл задавался вопросом - может, снова пойти с горя с кем-нибудь трахнуться? По средствам слепой лотереи, так сказать. Ведь похоть может быть только слепой. Как взыграет, как приспичит - слов этому множество. Но он понимал,что сейчас его тело будет терзаться, абсолютно не откликаясь на другого человека, желая только одного.
Он пошел нетвердой походкой в туалет. Обольстительно и причем весьма лицемерно улыбнувшись какому-то человеку, окликнувшего его по имени, Билл помахал рукой и пошел, пробиваясь через толпу к туалету. Как же его все достало.
Плеснул ледяной воды в лицо. Посмотрел в зеркало. Поправил пряди, в этот вечер мягко и нежно обрамляющие лицо. Тушь не потекла, впрочем, он этого и не ожидал - она была супер-водостойкой. Опираясь о раковину руками, Билл смотрел прямо на себя, задумчиво не видя ничего. Да и что там нового можно увидеть? Те же сексуальные пустые глаза, та же кукольная, словно нарисованная фломастером на бумаге улыбка для каждой встречной камеры.Тот же неестественно молочный цвет кожи, те же запрятанные глубоко внутрь себя комплексы и внутренняя дисгармония, тоже сумасшедшее желание шокировать публику... и быть любимым. Да, быть любимым. Билл невидящим взором продолжал смотреть на себя. Он хочет быть любимым. Смешно, он же и так любим. Он желанный. Он любимый. Миллионы людей любят его. Но ему нужна любовь только одного человека.
Билл вконец перестал понимать себя.Кто он? Что он? Зачем он?
Он сам - это смесь различных эмоций, очень противоречивый и необыкновенный образ. Ребенок с замашками злобного тирана, или черный клоун, решивший поиграть жизнями других людей?.. Что ж, теперь играют им. Он попался на этом. Билл попался на этом.
С виду он вполне оправдывает свою гениальность и статус суперзвезды, ведя себя довольно странно и одеваясь весьма необычно. Но значит ли это, что он не может испытывать вполне человеческие чувства - обиду, злость, ревность... любовь?

****************

Выпив напроследок немного бренди Launcelot, Билл решил ехать домой. Что ему делать здесь, на этом празднике жизни, оставаясь карикатурой на звезду среди именитых персон?
Он решил выйти через служебный вход. Толпы фанаток, похотливых уродов и прочих обожателей ему были ни к чему. Выйдя в черный коридор, оглушивший его своей внезапной тишиной после шумного гула и пьяного гомона, Билл двинулся в конец коридора. Не было ни души.
Пробираясь к черному входу, Билл шел, скрестив руки на груди и завесившись волосами. Его едва не хватил удар, когда чья-та сильная рука вернула его из мира его мыслей в реальный мир, прижав к стене в темноте коридора.
- Решила сбежать от меня, детка? - жаркий шепот на ухо и жаркое дыхание на лице Билла - близко-близко.У Билла сердце чуть не остановилось, когда он понял, кому принадлежит ЭТОТ голос.
От осознания того, что его держат ЭТИ руки, у Билла закружилась голова.
- А что, решил трахнуть меня напоследок? - поддато прошептал он в ответ.
В коридоре было пусто и темно. Служебный вход был совсем недалеко, а отголоски вечеринки слышались далеко внизу.
Влажное прикосновение языка к щеке. Рука Тома, дерзко сжавшая его член через джинсы.
- Угадал, - уловил Билл сквозь прерывистое дыхание. У Билла дрожь пошла по телу.
- Так давай же, - Билл раскинул руки, распластав их по стене. - Отымей меня.
Он подался вперед, в тело Тома и начал сильно, страстно толкаться в него бедрами, желая, безумно желая. Том прижал его к стене одним мощным движением, кусая за щеку.
- Моей девочке не терпится? - услышал Билл.
- Твоей девочке жутко хочется, чтобы ей поскорее вставили, - горячо зашептал Билл. Выпитое отзывалось в его голове, в мозгах зудело, а в джинсах кое-кто проснулся. - Глубоко и сильно. Очень сильно и очень глубоко.
- Хочешь задохнуться? - спросил Том. - Хочешь задохнуться, когда я в тебя вставлю так сильно и так глубоко, как ты и в любой порнухе не видел? Как ты не пробовал ни с кем из твоих шлюх и блядей любого пола?
- Хочу, - Билл лизнул его по губам, невероятно возбуждаясь от их грубого разговора шепотом. - Порви меня, как свою гребаную шлюху. Засунь в меня, как никому раньше. Сделай это, Том.
- Сучка, - упоминание его имени словно завел в Томе постепенно разогревающийся мотор. Он одним рывком растегнул джинсы Билла и стащил их с него до колен. -Я этого не хотел, но ты меня нереально возбуждаешь. Я умру, если не трахну тебя. Сама напросилась, девочка моя. Теперь старайся.
Билл расставил свои ноги в сапожках пошире, притягивая Тома за бедра. Том возился со своей пряжкой секунды три, а затем Билл не успел что-то понять или о чем-то подумать - в следущее мгновение он уже трепыхался в руках Тома и, обнимая его, целовал его со всей отчаянностью и дикой страстью.
Все произошло настолько внезапно, что у Билла не было и сотой доли секунды подумать. Том не слишком нежно - совсем не нежно, а даже грубо распластал его по стене, удерживая рукой и резко вошел в него. Билл же, вцепившись ему в плечи, впиваясь ногтями в его тело, обхватил его талию ногами, отдаваясь ему целиком.
Быстрыми, бешеными, сумасшедшими толчками они рвались навстречу друг другу, и тела их, залитые потом, впиваясь одно в другое, поднимались и опускались одновременно. Билл насаживался на Тома, забыв обо всем на свете, ощущая лишь любимую плоть. Том сжимал длинными пальцами его ягодицы, ловя губами хриплые полузадушенные стоны Билла, которые тот с грехом пополам пытался контролировать. Билл царапался, кусался, тянул его к себе, вжимался, рвал кожу Тома своими ногтями.
В последний момент Том полностью вышел из Билл и вошел в него так глубоко, что в глазах у Билла потемнело, а тело его напряглось в последнем пароксизме страсти - что-то выкрикнув, он обмяк и напряжение его отпустило. Секундой позже кончил и Том, опустив Билла при этом.
Он грохнулся на пол, ничего не видя и тем более ничего не соображая. Пустой черный коридор заполнило их сдвоенное прерывистое дыхание.
- Не забудь застегнуть ширинку, - не отдышавшись,насмешливо сказал Том и Билл услышал визг ширинки Тома.
Билл лежал кучей возле стены, словно использованная сломанная кукла, когда шаги Тома и шорох его широких джинс затихали вдали.

9 часть.

Билл проснулся резко, как от хлопка. Свет солнца мерно заливал комнату, непривычно пробиваясь через шторку, отделяющую ложе Билла от остального мира.
Он находился в своей кровати, в собственной квартире. Неуклюже сев в постели, Билл заправил падающие на лицо волосы за уши. Кое-как продираясь через воспоминания о том, как он добрался вчера до дома, едва не въехав в идущий впереди трейлер - причем не будучи даже пьяным! - Билл зевнул и отодвинул шторку.
И насторожился.
Бросив недоумевающий взгляд на часы, Билл офигел. Пиздец. Десять утра. Это же безумная рань для него!
Он неспроста проснулся так рано. Как чувствовал. В доме кто-то был.
Кто-то, помимо него.
Взломщики. Хотя навряд ли это они. Билл не слышал сработавшей сигнализации.Значит, кто-то посторонний вошел тихо и по-хозяйски, не создавая лишнего шума. А таким образом можно попасть только, воспользовавшись ключом.Но кто это?
Не сводя пугливого взгляда с двери, Билл аккуратно спустился по лесенкам со своего царского постамента.Он невольно зажмурился - солнце слепило не по-детски прямо в глаза. Подошел к жалюзи, намереваясь хоть чуть-чуть занавесить окна.
И тут дверь распахнулась. Билл стремительно обернулся.
Сердце пропустило один удар.
А затем понеслось вскачь галопом, эхом отстукивая быстрый темп ударов в клетке ребер.
В дверном проеме стоял никто иной, как сам Том Штартен. Стоял, одетый во все белое, придерживая дверь рукой, и солнечный свет высвечивал всю его фигуру, еще больше подчеркивая белый фактор. Билл в каком-то оцепенении разглядывал светлые дреды, струящиеся по плечам, колечко пирсинга, блестевшее на солнце, большие черные очки в пол лица.
Билла совсем не интересовало, как он проник в тщательно охраняемую квартиру.Его волновало только одно - к нему пришел, причем САМ пришел человек, которого Билл столь страстно хотел увидеть, и скоторым он вчера не менее страстно трахался возле черного входа.
Он сделал только шаг в его сторону, и Том вошел в комнату. Он снял очки, и Биллу почудилось, что в его глазах восхищение, но Билл сморгнул, и секунду спустя глаза Тома обрели уже другое выражение. Спокойное, умиротворенное.
- Извини.
Это настолько абсурдно прозвучало ослепительным солнечным утром, что Билл не сразу догнал смысл этих слов.
- Как вчера доехал? - спросил Том, заботливо глядя на Билла.
- Я... - замялся Билл. Он вдруг вспомнил, как он сейчас выглядит. Сонный, помятый, с "никаким" лицом, со встрепанными волосами. И в одних боксерах.Он начал неизбежно краснеть. - Нормально, - выдавил он из себя. - Ширинку застегнул. Все окей.
При последних словах Том резко отвел взгляд, впрочем, тут же снова испытующе глядя на Билла.
- Извини меня за эту грубость с моей стороны, - произнес Том, и видно было, что он действительно сожалеет. - Я пришел извиниться.
-За что? - вырвалось у Билла. Он реально не очень понимал, в чем провинился Том.
-За то... за то,что набросился на тебя вчера. - Тому явно было не в кайф это вспоминать.В руках он нервно теребил свои солнечные очки. Лучше бы он его потеребил в руках - мелькнуло в голове Билла...
Уголки губ Билла слегка поднялись при этих воспоминаниях, а затем его губы расцвели полноценной улыбкой.
- Брось, - просто ответил он. - Я умирал там со скуки. И тут появляешься ты...
Хитрая улыбка Билла была, видимо, заразительной, потому что Том внезапно тоже улыбнулся.
- Мне показалось, это было как-то безнравственно по отношению к тебе.
- Ну не скажи, - ехидно протянул Билл. - Мне давно не было так хорошо.
Том пару секунда сканировал взглядом глаза Билла, пытаясь уловить там ложь или что-то подобное. Не нашел.
- Правда? - потеплевшим голосом спросил он.
Билл ограничился лаконичным кивком.
- Я весь вечер сдерживался, даже не подходил к тебе, -Тома вдруг словно прорвало - говорил он теперь легче и охотней. - Но когда я увидел,что ты уходишь.... я ... во мне будто что-то переклинило... в голове точно замкнуло и я пошел за тобой.
Билл провел рукой по жалюзи, возле которых он до сих пор стоял, пытаясь скрыть беспричинную улыбку, которая никак не желала сходить с его губ. Ну еще бы - к нему пришел Том! Хотелось кричать от радости и прыгать, но Билл сдерживался.
- Почаще бы тебя так замыкало, - ласково пробормотал Билл и направился в ванну.
Том несколько смущенно провел рукой по щеке, но вдруг, словно что-то вспомнив, успел остановить Билла,схватив того за плечо.
-Билл...
- Что? - повернулся Билл и... потонул в глубине густо-темных зрачков Тома.
Том, не отрываясь, в каком-то ступоре, молча кусая губы, смотрел на губы Билла. В глазах его что-то тихо вспыхивало, словно отголоски желания.
-Том? - окликнул его Билл.
Том встрепенулся и заглянул Биллу прямо в глаза. Тот снова растворился в его глазищах, млея от одного только осознания того, что это Том смотрит на него...
- Не делай сейчас макияж.
Оцепенение мигом улетучилось.Биллу показалось, что он ослышался, отвлекшись на глаза Тома.
-Не делать мне... - переспросил он.
- Да, макияж, - терпеливо подсказал Том, по прежнему держа свою руку на его плече.
- Зачем? - не понял Билл. Его это несколько покоробило, ведь именно этим ему и хотелось сейчас заняться. Ему было непривычно, мягко говоря, находиться перед Томом в первозданном виде, без красивого макияжа.
- Я ...так хочу, - это был не приказ, совсем нет. Это была просьба с умоляющими нотками в глазах. Билл сумел разглядеть их и невольно призадумался...
- Ты прекрасен, - вырвалось между тем у Тома. - В жизни ты намного красивее. Пожалуйста, Билл, сегодня...
Билл кивнул, все равно немного озадаченный и приятно удивленный словами Тома, что он прекрасен.
- Хорошо, - сказал он, мягко ступая босыми ногами к ванне. - Завари пока кофе, хорошо?
Войдя в ванну и присев на край ванны-джакузи перед зеркалом, Билл потер глаза и внимательно посмотрел на себя. Так странно - впервые за многие годы он не будет делать утренний мейк-ап. Непривычно.
Сонное, опухшее лицо, со следами от подушки, с всклокоченными волосами. Том издевался,что ли? Билл слегка нахмурил брови, прикусив губу. Лично он ничего в себе прекрасного не видел. Разве что ресницы у него ничего - так красиво обрамляют глаза.А в остальном - ребенок ребенком. Билла раздражало, что у него такое детское лицо, и он поэтому, видать, и тщательно маскировался под взрослую Диву. Ну что ж, все же это Том его попросил. Значит, сегодня скажем косметике нет! Встав, Билл начал чистить зубы.

******************

Такой тоненький и вытянутый, точно эльф.
Том замер, когда на кухню вошел Билл.
Чистый взгляд без намека на мейк выдавал в Билле глубоко захороненного им же самим, но все еще живого ребенка. Сейчас Билл был мил, как пятнистый щеночек. Очень мягкая, нежная красота.
- В жизни ты намного красивее, чем на обложках журналов.
Билл удивленно поднял брови.
- Если честно, я всегда считал наоборот, - признался он после секундной паузы.
- А что ты делаешь со своей красотой? - спросил Том внезапно.
- С чем? - растерялся Билл.
Том повторил тем же серьезным тоном:
- Со своей красотой. Что ты делаешь? Я не говорю сейчас о килограммах косметики.
- Увлажняю, - сказал Билл. - Кожа... сухая...
Том помолчал, а потом сказал:
- Такая красота - это не просто удача. Это нечто, данное тебе свыше. Такая красота - это талант, что-то вроде игры на фортепиано или рисования. Ты очень талантлив... своей красотой.
Том склонил голову набок.
- Когда я тебя впервые увидел, меня сбила с толку твоя красота.
- Поэтому я тебе понравился? - пряча улыбку, спросил Билл.
Том несколько секунд молчал, а потом лукаво спросил:
- А какого ответа ты ждешь?
Билл сделал вид, что не услышал этих слов.
- Ты мне тоже нравишься, - терпеливо сказал он Тому, как маленькому, и усмехнулся.
Усевшись за стол, он подул на свой кофе, затем поднялся и налил себе молока.
- Ко мне вчера подошла твоя милая подружка, - промурлыкал Билл настолько ядовито, насколько вообще можно ядовито мурлыкать.
Черты лица Тома заострились и он молчал так долго, что Билл засомневался, а услышал ли его Том?
- Китти - омерзительная капризная девчонка, у которой слишком много времени и связей, - наконец сказал Том.
- Да? - выгнул бровь Билл. - Что же она делала в таком случае в твоей квартире?
- Она работает, как ты и сам знаешь, в бригаде Тимбалэнда.Светится у всех рэперов, набивает себе цену.
- В одних трусах, да? - холодно осведомился Билл.
-Она постоянно ко всем лезет, - огрызнулся Том.
А затем виновато посмотрел на Билла.
-Разве я виноват, что я был один, а она принялась лезть тут со своими повадками давалки?Я заснул, а когда проснулся, увидел,что она разделась. И тут приходишь ты... - оправдывающимся тоном спросил он.
Билл смягчился. Он вспомнил, что таких девушек, как Китти, он сотни раз видел в своем клубе. Им только дай повод - разденутся со скоростью света. Могут даже и без повода.
- Ну ладно, - сказал он. - Тебе не надо оправдываться.
- Зато тебе надо.
Билл замолчал и начал помешивать ложечкой кофе.
-Молчишь? Нечего сказать?
Билл поднял глаза и встретил наполненный болью взгляд Тома.
- Том..я... я незнаю,что сказать.Ты прав.
Оба сейчас говорили о том случае, когда Билл трахнулся с каким-то геем в своем клубе, и об этом узнала вся Германия.
-Я только надеюсь... что ты меня простишь, - наконец выдавил Билл после минутного молчания.
- У тебя есть глаза, Каулитц? - спокойно спросил Том.
Билл вскинул глаза на Тома, не понимая.
- Если бы я тебя не простил, меня бы здесь не было, -объяснил Том. - Раз я здесь, то...ты прощен.
Билл облегченно выдохнул.
-Но это не значит, что я все забыл, - слова Тома повисли в воздухе тяжелой паузой.
- В смысле? - пробормотал Билл.
- В том смысле, что я не хочу с тобой общаться, как раньше, - непреклонно заявил Том.
Билл попернулся кофе и очень серьезно заглянул в глаза Тому. Взгляд Тома стал какой-то застекленевший.
- Ты имеешь в виду... - осторожно начал Билл, не сводя глаз с Тома.
- Я имею в виду, что мы будем просто по-дружески общаться, - лениво пожевывая сандвич, спокойно заметил Том.
Билл в трансе уставился на свои колени, постепенно осознавая смысл этих слов. Значит, Том его все-таки не простил...
- Никаких поцелуев. Никаких объятий. Никакого секса.
Билл по-прежнему сидел, уставившись в свои колени.
- Ты.. - наконец хрипло произнес он, затем прочистил горло и сказал. - Ты хочешь быть мне просто другом?Между нами все кончено?
- Тебя это так беспокоит? - проницательно сказал Том.
-Нет....я просто...
-Кого ты хочешь обмануть, Билл? У тебя такое лицо сейчас, будто ты наблюдал восход солнца над Фудзиямой, - торжествующе заметил Том, отправив в рот последний кусочек сандвича.
Билл молчал, так как боялся, что стоит ему открыть рот и попытаться что-нибудь ответить на такие хладнокровные слова Тома, как слезы хлынут ручьем.
- Билл.
Билл почувствовал, как Том присел рядом на корточки и взял его руку в свои.
-Послушай, Билл. Это вовсе не означает, что ты мне больше не нравишься. Просто... не обижайся, Билл... но Я тебе скажу вот что...Секс для тебя - просто способ общения.Ты слишком много занимался им с незнакомыми людьми. И ты потерял его ценность. Для меня же секс - способ любви. Проявление любви. Но ты этого не ценишь. Ты слишком привык к нему. Мы с тобой будем просто тупо общаться, занимаясь сексом. А я хочу, чтобы мы любили друг друга во время секса. Чтобы каждый раз у нас был как первый. Незабываемо, волнующе, не оставляющее слов, а одни впечатления. Чтобы ты это понял, тебе надо исключить секс на некоторое время. Нам надо. Уверен, человек, который не занимался с тобой сексом, не общался с тобой продолжительно. Так?
Билл кивнул, ошарашенный словами Тома.
-Значит, таким человеком в твоей жизни стану я. Я запомнюсь тебе не сексом. Он у нас будет потом. Когда я пойму, что ты понял. Тебя это устраивает?
Билл снова кивнул, не в силах говорить, чувствуя, как несчастливый узел в груди расправляется с каждой секундой.

******************

- Мы похожи друг на друга как Бивис и Батхед, - иронично сказал Билл.
- То есть никак? - усмехнулся Том.
Они лежали в огромной гостиной Билла перед домашним кинотеатром и смотрели кино, хотя чаще они общались друг с другом, нежели смотрели на экран.
- Ну ... по интеллекту я немного опережаю, - притворно поразмыслив, выдал Билл.
- Эй, даже так? - Том, лежащий спиной на груди Билла, внезапно повернулся всем телом к нему и проникновенно посмотрел в глаза.
Билл хотел было что-то ответить, но вдруг забыл все слова. Он не ожидал от себя такой реакции - во всяком случае, не этого острого импульса, возникшего где-то в глубине, в области бедер, и пронзившего его всего.
В глазах Тома сразу засияли огоньки, словно кто-то зажег там две маленькие свечки. Их прошлые отношения возвращались по капле, медленно, но железобетонно верно.
Билл прикрыл глаза, судорожно сглатывая и вновь посмотрел на Тома из-под ресниц.
- А ты ... не хочешь рассказать о своих романтических похождениях? - внезапно вырвалось у него.
Том, казалось, совсем не удивился.Он покачал головой и улыбнулся.
- Ни одно не стоит ломаного гроша. Ни единое. Истинная романтика в моей жизни началась с тебя.
- Ни одно?А ты не переигрываешь? - почему-то волнуясь, спросил Билл.
- А я и не играю, - мягко ответил Том.
- Ни одно?- тихо переспросил Билл. В голосе Тома он хорошо почувствовал искренность. Билл мог бы предположить в нем присутствие особо изощренного притворства, но сердце вопреки предостережениям разума отозвалось и затрепетало.
Когда их взгляды снова встретились, Биллу почудилось, будто сладость теплого меда заполнила его вены и разошлась по телу.
Том приблизился на расстояние вздоха. Тепло, исходящее от его тела, окутало Билла как коконом.
Том провел большими пальцем по скуле Билла. И тот понял - так прикасаться может только влюбленный.
Билл погладил золотистые дреды Тома, шелковистые на ощупь.Том, закрыв глаза, потянулся, словно большой кот.
Они не целовались. Не делали попыток обняться друг с другом. Просто прикасались - осторожно, очень нежно и с тщательно сдерживаемой страстью.
- Пошли в кино? - вдруг предложил Том, разряжаю густоту молчания вокруг.
Билл встрепенулся.
- Я не против, - заметил он.
Правда, Тому пришлось иметь терпение, пока он ожидал Билла, который наводил красоту в ванной. Зато когда Билл показался наконец-то оттуда, Том впал в ступор.Билл был похож на фарфоровую статуэтку, застывшую в грациозной позе. Куда-то делась детская непосредственность. Исчез мягкий свет глаз, сменившись их стальным сверканием в обрамлении обильного мейк-апа. Безупречный облик Билла излучал завидное самообладание и невозмутимость.
Сглотнув ком в горле, Том севшим голосом произнес, пронзая Билла дьявольским взглядом:
- Пожалуй, мне стоит нацепить какую-нибудь шпагу, чтобы сразу протыкать насквозь тех, кто будет покушаться на твое прекрасное тело.
Билл подарил ему ослепительную улыбку.
Однако на улице Билл уже был уже не в таком радужном настроении.Когда он садился в Кадиллак Тома, он недовольно глазел на косые штрихи дождя на стекле.
- Фак!
- Ты не любишь дождь? - спросил Том, выезжая на дорогу.
- Я ненавижу сидеть в машине во время дождя.Я просто не могу вынести замкнутого пространства, пока по крыше стучат капли, - Билл нервно хихикнул, словно упомянул о какой-то мелочи.
Это было его слабостью, в которой ему было ненавистно признаваться, однако он почему-то это делал.И признавался он именно Тому.
- Звучит глупо, - Билл скорчил милую гримасу, - но стены машины словно надвигаются на меня, и я чувствую себя в ловушке.
Том положил ему руку на колено и ободряюще посмотрел.
- Я и не знал, что у тебя есть такие милые странности.
Билл в оцепенении сидел пару секунд а потом заявил:
- Том, ну я же человек. Конечно, у меня есть свои странности.Например, я люблю откусывать сыр. Не резать его, а именно кусать.А еще я люблю слизывать йогурт с крышечки.
Том странно засмеялся, и Билл, готовый обидеться, уставился на него и замер - на лице Тома была такая нежная улыбка, в ней было столько чувственности и любви, что Билл по неволе сам расплылся в радостной лыбе.
Они отправились на вечерний сеанс, держась за руки, как парочка влюбленных.Том взял запеченные сосиски, жаренную кукурузу, кока-колу и два ведра с попкорном. Помня о неумном аппетите Тома, Билл посмеивался, но сам поклевывал только попкорн, и то изредка.
- Заботишься о фигуре? - улучив момент, Том приблизился, опаляя дыханием его шею. Это была опасная игра - игра на близость. Им было запрещено приближаться друг к другу. Запрещено им же самими. Но они хитро обходили собственные правила, однако, до сих пор не нарушая их.
- А ты хочешь, чтобы моя попка стала толстой? - глядя на губы Тома, оказавшиеся в такой экстраординарной близости, улыбнулся Билл.Свет погас и экран зажегся начальными титрами. Если Билл и заметил это боковым зрением, то Том, похоже, ничего не заметил.
Том слегка лизнул его в щеку, чуть сжав колено Билла сильными пальцами.
- Ты мне не разонравился бы и таким, - шепотом заверил он Билла, преданно глядя ему в глаза.
Затем отстранился и будничным тоном с примесью насмешки сказал:
- Ах да, все рок-звезды же дохлые, как вешалки! И как я это забыл?
Билл рассмеялся и погрозил Тому пальцем.
Они весело провели время в кинотеатре, постоянно смеясь и иногда поддаваясь искушению погладить коленку или поцеловать в шею друг друга.Сюжет фильма до них не очень дошел, чему они совсем не удивились, когда выйдя из зала, пытались вспомнить, что же они, собственно, там видели.

Эмоциональная связь с Томом была для Билла подобна прыжку с самолета без парашюта.
Безумие. Экстремальное безумие. Восхитительное, опьяняющее и бросающее вызов нормам и цензуре.
Бросающее вызов собственным чувствам.


10 часть.

Том спал отдельно от Билла, в гостиной на диване. Билл встал рано утром, так как ему нужно было срочно выехать в собственное модельное агентство.
Он собрался в рекордный срок - всего за полчаса. Кожаная куртка, наглухо застегнутая до воротника, простые джинсы, очки, кепка - обычный набор "скромной версии" Билла Каулитца.
Собрав сумку с необходимой одеждой и украшениями, Билл спустился вниз. В гостиной он задержался, чтобы впервые в жизни посмотреть на спящего Тома.
Том лежал в одних боксерах на животе. Руки его обхватывали подушку, голова лежала на ней, и комната оглашалась его мерным дыханием.
Билл стоял и рассматривал его, чисто визуально наслаждаясь открывавшимся видом загорелого тела.Гибкая спина, мускулистые плечи, дреды, собранные в хвост сзади и переброшенные через плечо, ресницы, иногда подрагивающие,нежная линия скул, твердый подбородок.
Билл не решался подойти поближе, хотя ему очень хотелось рассмотреть Тома вблизи. Он просто не доверял себе. Кто знает, вдруг он сорвется и начнет осыпать Тома поцелуями?.. Вдруг он забьет на работу и ляжет с ним рядом?.. По крайней мере, он точно захочет провести ладонью по этой гладкой, загорелой коже...
Билл встрепенулся и заторопился к выходу.
Ему надо работать.

***********************


Том проснулся двумя часами позднее.Встал, потянулся. Плеснул холодной воды в лицо. Пролил немного на грудь. Тряхнул дредами. Поднялся по лестнице. Зашел в комнату Билла.
Кровать с балдахином была пуста. Комната была залита золотистым светом солнца.
Том недоуменно спустился вниз. Зашел на кухню. Достал из холодильника сок. Сделал пару долгих, прохладных глотков. Разлепил глаза и увидел записку, прикрепленную к холодильнику.
Мелким, размашистым почерком с гигантскими заглавными буквами было выведено:
"Том, сегодня я выполняю свои обязанности дизайнера и модели. Вернусь часам к пяти. Не скучай без меня. Целую. Билл."
Том хмыкнул. Билл опять ушел в мир моды. Его фэшн-бизнес процветал, но любой успех требует дальнейших усилий.
Том вернулся в гостиную, полежал немного. Потом ему что-то ударило в голову, и он пошел в спальню Билла. Лег в кровать Билла, с благоговением ощущая его слабый запах , исходящий от подушки и простынь. Он по привычке сжал подушку в руках и с силой вдохнул аромат. Аромат ребенка. Немного мяты, лак для волос, шампунь и ... сам Билл. Его кожа... Том протяжно выдохнул. Он помнил его кожу. Черт...Лучше сейчас не начинать. Кровать Билла точно не выиграет, если Том начнет на ней дрочить.
Понемногу в наплыве мечтательных мыслей Тома разморило и он задремал. Проснулся он уже в час дня. Хотелось есть. Почесывая голову, Том отправился на кухню.
Позавтракав,Том плюхнулся на диван. Начал щелкать каналами. Лень победила. Лень смотреть ящик. Вздохнув, Том направился к полке, где выстроились в ряд DVD-диски. Может, найдется что-нибудь интересное?..
Так, "Лабиринт", "Молчание ягнят", "Парфюмер"... Том рассматривал картинку на диске, читал название и небрежно отбрасывал один диск за другим. Ну и вкусы у Билла! Неужели нет какой-нибудь заводной комедии?.. Отчаявшись вытаскивать фильмы по одному и разочаровываться в каждом, Том ухватил руками целую стопку и вытащил ее из полки. В образовавшейся нише что-то валялось. Том сначала не придал этому значение, но потом все же повернулся и достал эту вещь.
Это был блокнот. Обычный девчачий блокнот.Некогда он был, видать, едкого голубого цвета, но со временем выцвел и стал блеклым. Том озадаченно вертел его в руках, не понимая, как такая ерунда, больше соответствующая шестикласснице, помешанной на анкетах, а не суперзвезде, могла попасть в эту пафосную квартиру.
Открыл. Это был...Нет, не дневник. Просто зарисовки. Зарисовки мыслей.
"Моя первая сигарета" - прочитал Том.
Почерк был явно Билла, особенно если сравнить эту запись в блокноте и записку на холодильнике.
Забыв про диски, Том уселся на полу и начал вчитываться в буквы.
"Моя первая сигарета. Мне 11 лет. Дядя дал попробовать,решил пошутить, а потом испугался, когда увидел, как глубоко я затянулся и сразу закашлялся. Ну что ж, сам виноват!"
"Мой первый поцелуй. Мне 10, ей, наверно, тоже. Мне не понравилось. Она постоянно боялась, что нас увидят взрослые. Как будто меня это беспокоит!"
" Мой первый секс. Мне 14. Он давно на меня запал. И я это знал. На переменах постоянно пялился, как будто больше не на кого. Как бы там ни было, я сам ему это разрешил..."
Том, ошарашенный давними записями ребенка, поднял голову и уставился в окно.

****************

Билл негласно говорил и все внимали. Они повторяли за ним. Билл всегда считал, что одежду с написанными на ней названиями брендов ОЧЕНЬ крупными буквами можно носить, только если этот бренд платит вам за это деньги. Все остальные случаи - безвкусица плюс бесплатная реклама.Билл считал, что очертания трусиков, какими бы сексуальными они не были, не должны проглядываться через брюки. Вязаные свитеры с рисунками в виде оленей допустимы только на Рождество в кругу семьи. Преступлением Билл считал также жировые складки, выпирающие над заниженной талией джинсов, слишком крупные серьги и бессмысленно-позолоченные сумки в стиле RnB, попсовый блестящий макияж, штампованная и однообразная одежда эмо-кидов, рисунки на огромных акриловых ногтях.
Билл диктовал собственный стиль. Причем не навязывал его, а преподносил на себе любимом.
Вскоре должен был состояться показ мод в его дизайнерском доме "Kaulitz". Работа шла полным ходом уже целый месяц. Билл советовался с профессионалами, когда сомневался насчет выбора цвета или фасона. Его вещи представляли собою изделия из кожи и кружев. Никаких маленьких золотых пуговок и тому подобное ерунды! Вещи были преимущественно черного и белого цветов. Без вычурности. Без излишеств. И одновременно - словно с другой планеты.Это были вещи как для девушек, так и для парней. Причем Билл не разделял эти вещи. Он считал, что носить его вещи вправе и девушки, и парни.
Билл не любил слово "унисекс", но ему нравилось сочетать в себе женственность и мужественность. Дива снаружи, парень внутри. Идеальный вариант для афтер-пати - мужская кожаная гоночная куртка, нежная гламурная рубашка, подчеркнуто женственная прическа и мозговыносящий макияж. Этого же принципа он придерживался, когда присутствовал на кастингах моделей, желающих попасть на его подиумы. Билл сам отбирал девушек и парней, которые, по его мнению, готовы были представить его одежду. Это были высокие, худые, темноволосые модели, у парней обязательно были длинные волосы. И, разумеется, все они были очень красивыми.
Билл считал, что модные идеи размножаются, плодятся по закону вирусов. Власть моды в обществе возможна потому, что мы живем в мире, основанном на эпидемиях. Вирус моды все быстрее мутирует. Билл прекрасно понимал механизм этих мутаций, вот почему его стиль был необыкновенным, необычным, но именно его "подхватывали" намного чаще остальных.У Билла было особое видение будущего в мире моды. Особая интуиция. К примеру, он совсем не удивился, когда кроссовки недавно перешли в категорию "люкс", трансформировавшись в тапы. Апокалипсис наших дней, основанный на глобальной культуре вообще и на моде в частности. Символика манекенов в светящихся витринах. Секс-фантазии дизайнеров. Клонированность цивилизации.Culture jam. Культурная пробка. Этой самой пробкой стал Билл, сломав все стереотипы, перевернув все представления, став намного популярнее инкубаторских, жидковолосых, белобрысых и некогда sexy-girl своей потрясающей воображение, пышной прической и неповторимым, смелым, кричащим имиджем.
Появился новый идеал - нечеловечески высокий, анорексично худой, с лохматой стоячей прической и с очень красивым лицом. Идеальный матричный объект. Идеальный секс-робот. Некий пришелец из будущего. Или вообще представитель иноземной цивилизации. Ходячая приманка для денег.Своим появлением на мировой сцене Билл вмиг разбил, разрушил, уничтожил статус женщины как объект желания, спровоцировав небывалый всплеск гомосексуализма и педофилии во всем мире.Парафраз из Евангелия: "Кто любит меня, следует за мной."
Сегодня ему требовалось побывать на промо-фотосессии будущего показа. Фотографии он уже заранее продал лидирующим глянцевым журналам.
Приехав, он сначала уселся в пустом зале, где репетировали дефиле пара его моделей, напряженно вглядываясь в изгибы их тел, чтобы уловить хоть малейшую ошибку. Все здесь равнялись на него. Если хоть кого-то нельзя было принять со спины за него, такой модели нечего было делать в его агентстве. Поэтому целая армия стилистов, визажистов, хореографов строго следили, чтобы все были клонами Билла.
Публичное внимание зависит от дозы личного безумства. У Билла, похоже, уже была передозировка, например, он мог без зазрения совести натягивать на концертах стринги на микрофоны. Но ведь если пускать пыль в глаза, то почему бы не сразу звездную?.. Его поклонники размножались ежечасно, словно под прессом ксерокса. Копии друг друга. Снятые с таких же копий. И эта его идея - модели, куклы, идеальные клоны его самого - ему дико нравилась. Культ Билла Каулитца. Поклонение одному-единственному человеку. В эти минуты он любил себя, как никто другой.
Сделав пару замечаний одной сутулой девушке и похвалив остальных, Билл поднялся и пошел наводить красоту. Начинался тяжелый рабочий день.
Сначала ему очень тщательно загримировали тональником лицо и нанесли на глаза карандаш. Затем Билл полчаса отдыхал, рассматривая свои эскизы еще неготовых моделей одежды. Затем ему красили ресницы примерно в течение часа. В результате им позавидовали бы любые куклы - настолько длинными, тщательно загнутыми, идеально разделенными их сделали.
Следущие полчаса были слегка болезненные - ему выщипывали брови. Билл мужественно все стерпел, и пару раз даже посмеялся - когда его визажист Дин проворчал, что для таких бровей тебуется газонокосилка, а не пинцет.Следующий шаг был прост - растушевывание линий, легкие штрихи, тени.
Потом пришла пора маникюра. Пока занимались его ноготками, несколько парикмахеров озабоченно приводили его голову в порядок. Щипцы, начес,воск, немного геля, фиксация лаком. Волосы сегодня были выпрямленыи и распущены.
Билл умудрялся отвечать на звонки,пока его ногти превращали в целое произведение искусства, а волосы в инопланетный разум.Он послал пару раз организаторов концертов, накричал на клипмейкера и проинформировал пару важных человек, еще не знавших о его скором показе. Хотел уже набрать номер Тома, потом передумал. Зачем себя травить, если ты в ловушке работы еще на много часов?

*****************


Том читал уже более поздние записи, когда от слов веяло ушедшим детством.

"Когда попадаешь на какое-то шоу или церемонию, ощущение - будто быстро-быстро влезаешь на колесницу. Она лихо несется вперед, а твоя задача - запрыгнуть и удержаться, а между тем все на ней толкаются локтями. Здесь выигрывает сильнейший. Выживает самый лучший. И всем наплевать, что у тебя температура или просто очень плохо. Ты должен. Ты обязан. Ты всем им обязан."

Том усмехнулся.Он понимал это ПРЕКРАСНО. Следущая запись его насторожила.


"Что такое наивность? Жестокость? Несправедливость? Я сразу ассоциирую это с такими явлениями, как, например история несчастной зверушки, покинутой даже Гринписом или никем не понятого мальчика, которого все подставляют. История Золушки. Я не верю во все это, и более того, я презираю все это.Потому что в конце у них обычно хэппи-энд. Такой заезженный, банальный, по-американскому тупой хэппи-энд.А у меня его нет. Хотя никто и не знает, что я - тот самый мальчик, которого все подставляют. Для всех я звезда. И этим все сказано. Они сами отгораживаются от меня этими словами, считая, что мой свет так далек,что не может их осветить.Они думают, что я умею только трахаться. Захлебнитесь, уроды!"

*********************

В три часа стали готовить свет для фотосессии в специально отведенном для этого павильоне. Билл расхаживал в одном халатике на голое тело, уже при полном параде - тщательно накрашенный, с красиво уложенными прямыми волосами, со сверкающим маникюром и в черных очках. Ему было плевать,что он находился в помещении и был накрашен. Он все равно надел их, чтобы пока его оставили в покое.Билл как истинная звезда, не снимал очки даже ночью. Во-первых, глаза отдыхают от ежесекундных бесконечных вспышек объективов надоедливых папарацци, во-вторых - за очками легко прятать свою реакцию: никто не прочитает ничего в глазах, надежно укрытых громадными стеклами.Ну и 3-я причина банальна - очень просто нацепить очки и выйти в свет, будучи далеко не в форме.
Наденьте очки, отвернитесь от мира - и мир начнет следить за вами с удвоенной силой.
Недавно прибывший фотограф - а это был знаменитый профессионал Майкл Кордова - стоял, небрежно положив руку на дорогую камеру, и с нескрываемым удовольствием наблюдал за перемещениями Билла, даже забыв о прилипшей к губе сигарете, на что сам Билл не обращал внимания.
Билл нервно постукивал ногтями по мобильнику, который держал в руке. Ровно в 3.30 дверь распахнулась и в студию вошли двое крупных мужчин. Они были в в футболках без рукавов и несли змею размером с Билла. У Кордовы выпала сигарета изо рта.
Это была громадная змея, от одного взгляда на которую пробирала жуткая дрожь. У Билла резко вспотели ладони.
- Мне, пожалуйста, пятьдесят фотографий, - сказал один из рабочих, принесших змею, подмигнув Биллу.
В другой раз Билл, возможно, и поставил бы нахала на место.Сейчас же он просто отвернулся и поморщился. Он боялся. Боялся этой змеи. Но ничего не поделаешь - это его идея, и его показ, черт возьми. Он готов ради этого сделать что угодно. Пусть даже оказаться в объятиях этой змеюки. Тяжела жизнь звезды!
Змея лежала на полу, прямо под светом, мягко рассеивающимся в воздухе,и никто не приближался к ней на расстояние 20 метров. Билл с трудом сглотнул. Это его прерогатива.
-Билл, - позвал Кордова.
Билл покосился на него.
- Готов?
Он кивнул.
Теперь предстояло раздеться. У него никогда не было раньше порно-фотосессий, но сейчас происходило что-то подобное, пусть это была несколько ошеломляющая, мягко говоря, съемка.
Одно дело - раздеться перед фотографом и его ассистентами, которые смотрят на него глазами профессионалов, а другое - перед этими потными мужиками, которые не придумают ничего лучше, чем потом в темноте хорошенько "подружить" со своей правой рукой.
Билл, вздохнув, развязал халат, все еще не решаясь его снять, и внезапно улыбнулся. Он представил, что раздевается для Тома.
Билл скинул халат, повернулся и посмотрел на огромную зеленую змею.
-Ну, давайте начнем, - сказал он.

********************************

А Том в это время все больше углублялся в обрывки мыслей Билла. Он не мог понять этого человека.

" Иногда мне хочется сломать член. Или просто убиться. Я не могу уже просто трахаться. Мне это опротивело. Но я продолжаю это делать, потому что иначе никак. Я боюсь... чувств. Потому что в моей жизни их никогда не было. Я боюсь поверить в любовь. Мне очень страшно в нее верить. Обламываться о пустые обещания лживые взгляды... зачем это? Но зачем мне и этот бесмыссленный секс? Я потерял точку опоры. Я хотел бы верить. Но не могу. "

А внутри Билл - чистый динамит, подумалось Тому. Не может верить? Что ж, это можно исправить...


*********************************


Билл приехал домой не в пять, как обещал, а в шесть. Он кое-что не рассчитал, и не только время, но и свои нервы. Чтобы заставить себя улечься с холодной страшной змеей на полу абсолютно обнаженным, Биллу пришлось сделать немало попыток. В конце второго часа съемок наконец начали получаться удачные кадры - Билл перестал быть зажатым, когда он немного привык к змее и мог терпеть ее скользкие прикосновения. В итоге вся съемочная группа была в шоке от полученных снимков - Билл лежал на боку,его волосы спадали на плечи и грудь, змея обвивала его, лежа вдоль его тела, а взгляд Билла убивал.Снимки были настолько пропитаны эротикой, чувственностью обнаженного тела Билла наряду с шокирующей плотью змеи, что это надолго врезалось в память. Билл нарочито надувал губы, посылал томные взгляды в камеру, устраивался прямо на змее, прогибая спинку, нарочито небрежно встряхивал волосами и чуть закидывал голову, вызывающе глядя в объектив.
Том встретил Билла странным взглядом.
-Я устал.
- Ты и выглядишь усталым, - ответил Том и похлопал по покрывалу рядом с собой. Он сидел на диване в гостиной, закинув одну ногу в широких джинсах на подлокотник дивана и выглядел отчаянным раздолбаем.
Глядя на него в зеркало, Билл почувствовал себя Евой, котрой змей-искуситель предлагает отведать яблоко. Черт, опять он о змеях! Это уже становится манией.Параноей.Но искушение настолько же сильное. И не менее опасное.
Но им нельзя.
Если Билл сделает сейчас несколько шагов, то не выдержит и убьет его поцелуями.Они обязательно займутся сексом, и в результате Билл окажется в том же тупике, где уже побывал.
- Скажи, а на тебе сегодня есть белье? - внезапно спросил Том.
Билл резко повернулся. На миг у него мелькнула фантастическая мысль, что Том способен видеть сквозь одежду.
После фотосессии Билл натянул джинсы на голое тело.
- Да, - недрогнувшим голосом сказал Билл.
Том сверкнул зубами в понимающей улыбке.
- Понимаю. Его нет.
- Есть!
- Докажи.
- И не подумаю.
Том засмеялся. Билл поспешно ретировался в ванную. Еще немного, и Том бы увидел, как он улыбается в ответ.
- Что ты делаешь? - крикнул ему вслед Том.
- Переодеваюсь.
-Но это же глупо, не находишь?
- Что именно? Переодеваться?
-Прятаться от меня в ванной.
Билл расстегнул на себе джинсы, находясь в ванной, снял их и, улыбаясь, натянул боксеры. Вновь надел джинсы.
Сняв с себя футболку, в одних джинсах он вернулся в гостиную.
- Очаровательно, - нахально протянул Том.
Билл, якобы не реагируя на него, направился к двери. Когда он проходил мимо дивана, Том вдруг совершил бросок и поймал его сзади за пояс джинсов. Билл взвизгнул от неожиданности, но, не успев вырваться, тут же оказался брошенным поперек дивана. Он не понял, как это произошло, но уже через мгновение Том лежал на нем, не давая пошевелиться, и победно усмехался.
- Дай встать, Том.
- Ага, сейчас, разбежался. Мне нравится этот блеск в твоих глазах, - выдохнул Том в шею Билла. - Это значит, что тебе тоже нравится.Я ведь знаю - дай тебе палец, и ты отхватишь всю руку. - Он потерся носом об ухо Билла. - Только я хочу дать тебе кое-что побольше,чем палец.
Билл еле слышно застонал и от прикосновений Тома, и от его пошлых слов.Их губы едва не встретились, но, с трудом пересилив себя,они встретились просто глазами. И тут... Билла внезапно затопила сумасшедшая нежность. Он незнал,ч т о с ним происходит, в его душе, но видел, что это взаимно, видел, как э т о отражалось в глазах Тома.
-Останешься со мной сегодня? - тихо спросил Билл.
- Останусь, - так же тихо выдохнул Том.
-Мы же не будем..?.. - неуверенно спросил Билл. - Это все таки твои правила.Ты сам их установил.
-Не будем, - твердо сказал Том. - Я просто по тебе соскучился.
- Да, позволь нам быть вместе.
- Позволяю.
- Я хочу уснуть в твоих объятиях.
- Я тоже.

11 часть.

-У меня нет силиконовой груди. Мне не надо оголяться по максимуму,чтобы привлечь к себе внимание. Я иду нетрадиционным путем.У меня нет продюссеров, которые могли бы меня ограничивать. Я сочиняю песни сам. Не так, как диктуют аранжировщики, подчиняясь модным тенденциям и мировым штампам. Я делаю то, что хочу. То,что подсказывает мне внутренний голос. Все остальное - шелуха, - услышал Том на утро.
Том случайно увидел выпавший снимок из сумки Билла.Подняв его с пола, он опешил.
Затем оглянулся на философски курящего Билла.Тот еще пребывал под некоторым влиянием своих недавно сказанных слов, словно продолжая говорить об этом сам с собой.
- Билл.. что...что это?? - спросил Том.
Билл выгнул бровь и выпустил целый сноп дыма.
- Догадайся, -сказал он.
На фотографии был изображен Билл, абсолютно нагой лежащий на змее. Его попка была выпячена, он сам опирался на локти, а мягкие прямые волосы красиво обрамляли лицо.Пухлые губы были призывно раскрыты.
- Охуеть, - сказал Том.
- Тенденции диктуют аналитики фэшн-бизнеса, владельцы шоу-румов и дизайнеры глянцевых журналов, - сказал Билл. - А я диктую собственный стиль. Но не будем об этом.
Он спрыгнул с подоконника, на котором курил и подошел к Тому. Заглянул ему через плечо в снимок, удовлетворенно улыбнулся, а затем выхватил фото и положил на стол.
- Ты будешь гвоздем сезона, - заметил Том, все еще бросая шокированные взгляды на стол, где теперь лежало фото.
- Я и так постоянно им являюсь, - терпеливо заметил Билл, пытаясь отвлечь внимание Тома от фотографии на себя любимого. - Ты меня так и не поцеловал, как проснулся.
Том сразу очухался и укоризненно посмотрел на Билла.
- Билл, мы же договорились.Извини меня вчера, не смог сдержаться. Но сегодня со мной все в порядке, и я до тебя не дотронусь.И хватит шутить об этом.
Билл смотрел с какой-то странной полуулыбкой, закусив уголок нижней губы.
- А я и не шучу.

****************************

Весь день стал для Тома настоящей пыткой.Билл постоянно пристраивался к нему сзади, касаясь его всем своим красивым телом. Он, как угорь, скользил по квартире, следя за передвижениями Тома, и в точности повторял его движения, в который раз нарочно задевая бедром или якобы случайно прижимаясь попой.
Передышка для Тома наступила, когда Биллу кто-то позвонил, причем кто-то очень важный, так как Билл разговаривал по телефону не меньше получаса, договариваясь о каком-то своем показе. Том в сумбуре собственных мыслей поспешил уйти на кухню. Там он нервно проглотил немного коньяка, проведя перед этим небольшую ревизию бара.Полегчало.
Том не заметил, как Билл подошел сзади. Он только почувствовал дыхание на своей шее, опалившее все его тело до мельчайшего нерва.
Раздалась мелодия звонка. Какой-то прикол из популярных рингтонов. Звонили уже Тому. Он взял трубку, по прежнему не поворачиваясь к Биллу.
- Алло?
Одновременно Том ощутил, как Билл начал медленно гладить его живот через футболку. Потом его руки добрались до груди, и он начал слегка массировать тело Тома. Наконец Билл задрал футболку и начал выписывать на животе Тома какие-то немыслимые узоры.Том еле сдержал рвущийся из груди стон и закусил губу.
-Э...что... да, верно, в студии я буду 20-го...нет?
Дальше говорить что-то связное и логическое стало совсем тяжело, потому что Билл начинает целовать живот.Когда он успел спуститься вниз? Билл посасывал кожу на животе Тома, чуть пониже пупка, лизал ее, слегка покусывал. Терпеть это не было сил.
-Мм...Тим...давай я тебе перезвоню? Ага...Ну давай...Ок...
Едва Том отсоединился, он тут же оттолкнул от себя Билла, который, не ожидая этого, упал на пол, оперевшись на руки сзади.
- Что....ты делаешь?! - глухо прошептал Том и кинулся из комнаты, обуреваемый желанием кинуться на Билла.

**************************

Часом позже Том уже смотрел фильм, который откопал в обширной фильмотеке Билла. "Реквием по мечте". Сюжет его устраивал, несмотря на свою драматичность.Главный герой, несмотря на смазливость, не раздражал - они с Джаредом познакомились на какой-то вечеринке и с тех пор были хорошими знакомыми. Том, удобно устроившись в кресле, напряженно вникал в суть фильма. Уже в самом конце, когда герою Джареда Лето отрубили руку, испорченную кокаином, в комнату вошел Билл.
Он слегка замер на пороге комнаты, всматриваясь в экран, затем плавной походкой подошел - точнее, проскользил, - к креслу Тома и остановился за ним. Тому было теперь куда сложнее сосредоточиться на заключительных кадрах фильма, улавливая слухом такую потрясающую партию скрипок, что от безысходности повеситься хотелось.Том чувствовал, что Билл прожигает его горящим взглядом.
И вот - когда пошли титры - Билл обошел кресло и сел Тому на колени, устроившись поудобнее и тесно прижавшись спиной к груди Тома. Том вцепился в подлокотники кресла от неожиданности. А Билл, упираясь руками в ноги Тома, начал активно ерзать попой по его члену. Против воли у Тома начало вставать. Билл явно получал удовольствие от своих действий - он откинул голову на плечо Тому, продолжая тереться попой о все больше растущий стояк. Том едва не застонал, настолько сильный кайф он получал от действий Билла.Он схватился за его бедра, и движения Билла стали быстрее, имитируя половой акт. Билл шумно задышал. Том вдруг опомнился и, резко отдернув руки от бедер Билла, резко снял его с себя.Билл, не сумев удержаться на ногах, осел на пол.
- Ты забываешься, - выдохнул он.
Том ничего не ответил, лишь кое-как сказав:
- Билл...я не могу...ты же знаешь...нам нельзя...
Билл смотрел с таким нескрываемым желанием,что Том задохнулся, не договорив.
Внезапно Билл дернулся вперед так резко, что всего за пару секунд Том успел понять, что Билл уже кусает его мочку уха.Том вдохнул его любимый аромат, исходящий от Билла - запах самого Билла.
Билл начал мять член Тома через джинсовую ткань. Том испытывал страшное по силе желание.Но нельзя... Это все было так завораживающе, но более всего распаляло обещание в глазах Билла. Обещание райского наслаждения…
Билл подобрался к уху Тома и горячо прошептал:
- Хочешь, я у тебя отсосу?
Том вцепился руками в его ягодицы, прижимая к себе все крепче.Он мало что соображал.
Билл в это время покусывал его губы, оттягивая их все яростней. Затем взял одну руку Тома и начал сосать ему пальцы, чувствуя попой результат своих действий.
И в тот момент, когда Том готов был плюнуть на любые правила, которые он сам же и придумал, Билл неожиданно легко соскользнул с Тома и отскочил в сторону. Том поднялся и бросился за ним. Билл остановился, повернулся и положил руку на грудь Тома, останавливая его.
- Не надо, Том. Я понял, что нам нельзя. Нельзя, слышишь?..
В его голосе послышалось что-то задорное.
Том застонал и опрометью кинулся в туалет, тут же заперев за собой дверь и даже не потрудившись включить свет.

****************************

Рано утром Билл проснулся от того,что Том расхаживал по комнате с трубкой возле уха и о чем-то радостно и громко говорил.
- Да, я понимаю. Конечно, ты не беспокойся. Надеюсь, такие гости, как мы , тебя не сильно потревожат.О чем вопрос? Конечно!
В очередной раз поворачиваясь, чтобы начать идти в другой угол комнаты, Том увидел, что Билл проснулся.
Он сказал в трубку:
- Ладно, Джа,я тебе еще перезвоню....да, да... встретимся уже там!
И отключился.
Том подошел к кровати Билла, с улыбкой всматриваясь в него.
Его черные волосы разметались по подушке, взгляд был очаровательно-сонный, но в нем светилось что-то еще - обаятельное и нежное.Едва Том сел в постели, Билл потянулся и обнял его.
- Только не нуди, Томми, - сонно пробормотал Билл, уткнувшись ему куда-то в шею. - Я же не сделал ничего непозволительного. Я не разрываю на тебе одежду. И не насилую тебя на глазах меня любимого.
Том фыркнул и прижался к Биллу еще крепче.
- Я и не собирался тебе ничего говорить, Билл.
- Кто такой Джа?
-А чей я вчера смотрел фильм? - хитро спросил Том, слегка отстраняясь - посмотреть на реакцию Билла.
Билл ахнул, выпустив Тома из объятий.
- Ты знаком с Лето?
- Ну да, - сказал Том. - А ты не знал? Кстати, что здесь такого?
- Ничего, я сам давно хотел с ним познакомиться. Сугубо в творческих целях, - прибавил Билл, увидев выражение лица Тома.
Том встал с кровати и подошел к окну.
- Можешь собирать вещи, - весело заявил он.- Мы отправляемся в Шотландию.
- Что??!
Билл вскочил с постели.
- Том, что ты сказал?!
- Что ты слышал.
-Там твой Джаред, что ли?
- Во -первых, не кричи, во-вторых, он свой собственный, - как маленького ребенка, поучал Том Билла. - Да, ему родственники оставили там замок в наследство. Представь себе - настоящий замок! Древний, старый и все такое прочее.
- Но он же в Штатах жил, - нахмурил лобик Билл.
- Он и живет там, - терпеливо объяснил Том. - Но иногда выбирается в этот замок.Кстати, он называется Клисвен.
- Замок?
- Ага. Джа любезно пригласил меня погостить, а узнав, что я буду с тобой, еще больше обрадовался, похоже.
- Замок в Шотландии... - мечтательно протянул Билл.
- Так что давай, собирайся. У него, кстати, уже один гость есть.Он не сказал, кто это, но умолял, чтобы мы побыстрее выбрались к нему, так как его там, видите ли, морально уничтожают.
Билл рассмеялся и запустил в Тома подушкой.
-Ну что, Штартен, поможем загадочному гостю морально уничтожить Джареда Лето?
Том пустил подушку в обратный полет.
- Собирайся! Шотландия ждет!

Оуууу!! Я чувствую Джа буит соблазнять Билла! Ну или наоборот=)))) Супер-супер-пупер! Ну когда будет продолжение?=) ( кто о чем, а лысый о расческе)

вау,вау,вау!!!наверное продолжение будет очень горячим!!!!класссссссс!!!!!!!ну билл и садист,возбудил тома и убежал!не хорошо!

оу е.............жду жду жду сиквиел СИКВИЕЛ СИКВИЕЛ!!! *сканирую*

спасибо, что выложи все целиком) очень жду дальше)

я фики сама не пишу,но прочла их довольно много.
идея твоего фика мне нравится, даже учитывая то,что Том и Билл в ней не являются братьями.
ты просила критики,позволь сказать о тех ошибках,которые ты допустила,на мой взгляд,конечно.
1- описание секса. да,описание некоторых сцен очень горячо и заставляет "хотеть",но во-первых,описание поз,в которых они занимаются сексом или находятся,целуясь,убивают. настолько непонятно пишешь,обрати на это внимание.
во-вторых, некоторые фразы, которые якобы должны быть сексуальными, читаются просто как из галимой порнухи,без обид."ты хочешь,чтобы я тебя трахнул?- да,выеби меня!" ну грубо,..если уж у них любовь,то думаю даже в порыве страсти как-то нежнее нужно что ли.
2- образы героев. ты смешала очень много черт характеров в Томе и Билле, порой это не совсем хорошо удалось, либо ты плохо раскрыла какие-то важные ньюансы.
и вот по поводу той сцены,на комете,когда Том трахнул Билла у черного выхода,честно,не один человек,даже такой как Билл не смог бы отнестись к тому,что сделал Том так просто и сказать,что ему это понравилось. Согласись, Билл любит Тома, Том любит Билла, и тут Том тупо трахает Билла,кидая в итоге его на пол. как бы ты себя чувствовала после этого?
и конечно, я понимаю,Что любой фик будет интересным,если там есть Джа и Билл) но умоляю,не надо делать так,чтобы они занялись сексом, это уже поднадоело.
и еще,я не знаю как ты хочешь закончить фик, но в любом случае,по ходу его написания не надо добавлять много новых персонажей.
спасибо,буду ждать проду))

The_thoughT, прода уже есть...

Эл_Бэлла, да,уже прочитала...мнение написала.