Хеллоу пипал, я..новенькая)типа)Короч, захотела выставить один фик...незнаю как вам, но мне он оч понра.Гдета штота есть.Он дописан до конца, но я выставлю пока тока первые 2 главы.Хев а найс ридинг!
АВТОР: Killa_Hilz
НАЗВАНИЕ: ОТДАЛСЯ
БЕТА: нет
СТАТУС: закончено
КАТЕГОРИЯ/ЖАНР: Slash/Angst
РЕЙТИНГ: R
ПЕРСОНАЖИ: Билл/Том/Манни, Папа


Часть 1.
В клубе было сильно накурено и как обычно достаточно темно.

Он здесь. Как же все предсказуемо в жизни. Даже в его жизни – того человека, которому многое открыто и позволено. Узкие, немного приподнятые плечи и из-за этого втянутая шея; темные волосы, как обычно безупречно уложенные стилистом. Он сидел на черном кожаном диване, и сзади не было видно, что на нем сегодня одето. Хотя совершенно понятно, что он в серой майке с красными принтами, синих джинсах и кедах.

Манни подошел вплотную к спинке дивана и положил руки на плечи Биллу. Тот от неожиданности вздрогнул и обернулся, чуть подняв голову вверх.

- В чем дело? – резко спросил он.

Манни смотрел Биллу в глаза и все так же продолжал держать свои руки на его плечах, сжимая их чуть сильнее. Он чувствовал своими ладонями, какой же Билл худой, какими тонкими и хрупкими были его плечи.

- Эй, ты что, не слышишь? Отвали! – Билл повысил голос и попытался высвободиться из рук Манни.

Тут же появился охранник:

- Билл, все нормально?

Билл был немного встревожен и растерян. Манни сильно сжал плечи Билла и резко убрал свои руки.

- Билл, я Манни. Мы договаривались о встрече, не помнишь? Йост разве ничего не говорил?

- Саки, все нормально. Можешь идти, - сказал Билл охраннику. Потом обратился к Манни, - Йост ничего не говорил.

Манни улыбнулся, показав свои белоснежные зубы. Затем обошел диван и сел рядом. Только теперь Билл смог разглядеть его: совершенная кожа, гладкая и сияющая, зеленые глаза, длинные черные ресницы, широкие скулы, прямой нос и чуть пухлые губы, резкий, какой-то странно и необычно манящий подбородок. Светлые волосы, чуть ниже ушей, зачесанные набок были гладкими, ровными и блестящими. Он был одет во все черное: майка, куртка, брюки. На ногах были лаковые ботинки, которые очень сильно блестели и переливались даже в темноте клуба.

Манни заметил, как Билл остановил свой взгляд на его ботинках:

- Prada. Коллекция выйдет в продажу только через пару недель.

- Мне нравится, - Билл улыбнулся. В Манни он заметил какую-то еле уловимую притягательность, несвойственную мужчинам.

- Я работаю одной из главных моделей у них. Поэтому…

- Поэтому ты очарователен, - перебил его Билл. Манни удивленно поднял брови и словно ждал объяснений. Билл, похоже, сам не ожидал, что скажет эти слова, поэтому теперь немного смущенно опустил глаза, улыбнулся и, не сдержавшись, засмеялся.

- Извини, как-то вырвалось. Я не подумав, ляпнул. Извини, - сказал Билл.

- Я не думал, что ты окажешься таким честным и прямым. Но это очень приятно, - сказал Манни. – Меня зовут Манни.

- Билл, очень приятно, - ответил Билл, улыбаясь.

Манни кивнул в ответ. Он положил руку на спинку дивана и повернулся к Биллу, оказавшись прямо напротив. Билл тоже повернулся к Манни и хотел положить и свою руку на спинку, но одернулся, так как это показалось ему лишним: ведь перед ним не сексуальная девушка, которую он может обнять, прижать, взять ее за руку или что-то еще сделать, а парень, который пристально смотрел на него, но именно так как это делали все девушки. Билл чувствовал сильное смущение, что в принципе было довольно странно: он за последние пару лет обрел сильную уверенность в себе, став солистом успешнейшей группы в Европе и идолом для миллионов поклонников.

- Ты действительно похож на ангела, - сказал Манни.

- В каком смысле? – переспросил Билл.

- На твоей майке написано: падший ангел.
- А-а, ты об этом. Я бы не придавал этому сильного значения, - сказал Билл.

Манни стал смотреть на красные буквы на серой майке: п а д ш и й а н г е л. Да, действительно синие джинсы и белые кеды. Мани знал это и оказался прав.

- Не поверю, что ты выбираешь одежду, не вкладывая в нее определенный смысл, - сказал Мани.

Билл немножко сощурил глаза.

- Одежда зачастую не имеет значения.

- Да, когда лежишь в кровати и ловишь оргазм с любимым человеком. Когда его руки на твоей груди, когда ты гладишь его нежную кожу и извиваешься на уже мятых простынях как змея. А когда ты здесь, в клубе, то внешний вид имеет грандиозное значение, тем более твой вид. И ты это прекрасно осознаешь, - Манни приложил указательный палец к виску. – Я бы сказал, ты этим прекрасно спекулируешь. Иначе, зачем ты красишь свои и без того бесподобные глаза или укладываешь волосы, делаешь маникюр и ходишь на эпиляцию?
Услышав последние слова, Билл почувствовал, как кровь прилила к его щекам. Манни конечно этого не заметил, потому что было достаточно темно.

- К чему этот разговор? Ты говорил, что Йост устроил нам встречу.

Прекрасно, он сам отдается, он сам говорит то, чего нет и не было. Он сам придумывает эту историю.

- Йост? Да, он славный, - сказал Манни.

- Со своим дерьмом, но действительно славный, - ответил Билл.

- Может, ты хочешь выпить? – спросил Манни. Все это время с его губ не сходила блуждающая, хитрая ухмылка. Он, словно, каждую минуту наслаждался своей неповторимостью и особенной красотой.

- Может, и хочу, - сказал Билл. Он начинал игру, которая потом принесет ему много необъяснимых и убивающих воспоминаний. Билл не мог понять, что с ним происходит, что заставляет улыбаться человеку, который сидит перед ним. Что разжигает в его груди пожар, который охватывает его щеки, покрывая плотным румянцем, тем самым, выдавая и предавая его.

- Я схожу в бар, возьму нам выпить, - сказал Манни, встав с дивана.

- Мне мартини, - сказал Билл.

- Сухой, я знаю, - ответил Манни и ушел.

Билл взял со столика сигарету и подкурил ее. Дым приятно защекотал горло, заставив Билла улыбнуться. В его воображении возник Манни, лежащий на кровати и он сам рядом с ним, извивающийся как змея. Ему казалось, он чувствовал материал мятых простыней своей спиной, а ладонями чувствовал гладкую, словно мраморную кожу Манни.

- Что это за парень? – спросил Том, плюхнувшись рядом с Биллом. Билл чуть нахмурился, когда эти эфемерные чувства исчезли из его воображения.

- Это друг Йоста, - ответил Билл. – Он модель у Prada.

- Вы тут так ворковали.

- Иди к черту, засранец. У тебя только об одном мысли, - засмеялся Билл.

- Да шучу я, не волнуйся. Ладно, я не буду вам мешать, пойду дальше развлекать свою необыкновенную Анну, вроде бы так ее зовут, - ухмыльнулся Том и ушел.

Билл снова представил кровать, кожу, запах…

Он курил, делая жадные затяжки, и постоянно улыбался, словно кто-то шептал ему на ухо какие-то очень пошло-смешные шутки.

Вдруг он почувствовал руку на левом плече. Это снова был Манни: в одной руке он умудрялся держать два стакана с мартини, а другой – плечо Билла. О боже, эти тонкие кости, нежная кожа, длинная шея – ты сводишь с ума.

- Бери стакан, - сказал Манни и сел на спинку дивана сзади, оказавшись высоко над Биллом. Билл взял стакан своими тонкими длинными пальцами и поднял голову вверх. Он смотрел на Манни снизу вверх, как потом еще будет смотреть не раз, но теперь-то он, еще несовершеннолетний мальчик об этом и подумать не мог.
- Давай за наше знакомство выпьем, - сказал Билл.

- Давай. За все, что только хочешь, - сказал Манни.

Они чокнулись стаканами и выпили.

- Послушай, вот мой номер, - Манни протянул Биллу глянцевую ярко бирюзовую визитку. – Я очень давно искал такого человека, как ты. У меня есть одно дело, которое тебя заинтересует. Будет свободный вечер, звони. Я думаю, это будет в четверг, да?

Билл нахмурился. Сегодня вторник, почти уже среда. Завтра они едут в Лейпциг, в четверг вечером концерт.

- Нет, четверг не получится. Я буду в другом городе и у нас там концерт, - сказал Билл.

- Поверь мне, ты позвонишь в четверг и… - Манни резко замолчал, словно его кто-то одернул. – Ладно, мне надо уходить. Ты…ты улыбнись мне сейчас…

Билл улыбнулся, опять смутившись. Ох уж это смущение, это детское непритворное смущение.

Манни встал, снова положив руки на плечи Биллу:

- Пока, - сказал он.

- Пока, - повторил Билл. Манни убрал руки и, развернувшись, ушел, растворившись среди людей, толпящихся в клубе.

Билл чувствовал какое-то странное опустошение, но в то же время приятное необычное тепло в животе. Он посмотрел на бирюзовую карточку в своих руках и от неожиданности помотал головой. Потом опять посмотрел на карточку, перевернул ее и как-то растерялся: на карточке не было ничего, ни имени, ни номера, просто яркая глянцевая картонка. Билл резко обернулся в сторону, куда ушел Манни, вскочил с дивана, чтобы попытаться увидеть его, но конечно, не смог разглядеть его в толпе людей. Он снова сел на диван и, глубоко вздохнув и положив карточку в карман джинсов, закурил сигарету.

Манни, выйдя из клуба, достал телефон и, набрав номер, приложил его к уху:

- Все в порядке. Все получилось как нельзя лучше…. Спасибо…. Нет, что ты. Он даже одуматься не успел. Он для этого слишком непосредственен и абсолютно неподозрителен…. Я знаю, знаю…. Он наш, я гарантирую…. Прощай…. Да, я тоже твой.

Манни положил телефон в карман и сел в подъехавшую черную машину с водителем.

- Ко мне. Как можно скорее, я сегодня слишком устал, - сказал Манни, и машина мгновенно растворилась в темноте ночных улиц Берлина.

Часть 2.
Билл проснулся от сильного стука в дверь. Голова раскалывалась, хотя вчера Билл не напивался и ничего кроме табака не курил.

- Кто? – крикнул Билл.

- Я. Бля, кто еще может быть? – ответил Том.

- Сейчас, - прокричал Билл. Собравшись с силами, Билл встал с кровати, подошел к двери и открыл ее. Том протолкнул Билла в комнату и вошел сам.

- Жизнь все же справедливая штука. Ты охренеешь от новостей, - сказал Том, сев на кровать Билла и подтянув свои широченные джинсы.
Билл стал напротив Тома, положив руки на талию и выгнув грудь вперед.

«Он должен был родиться девкой. Я только и могу представить как его прет сзади какой-нибудь жеребец. Догги стайл. Фу, о чем я думаю. Охренел совсем.» - думал Том.

- Что за новости?

- Лейпциг накрылся. Концерт отменен, потому что там какая-то жесть случилась: объявлен траур. Газ взорвался на стадионе, где мы должны были выступать, погибло 62 человека.

- Что за дерьмо? – опешил Билл. – Что за дерьмо, я спрашиваю?

- Билл, ты чего? Бля, всякое в жизни бывает.

- И что Йост сказал? Мы остаемся здесь? – Билл очень занервничал, и стал тереть ладони друг о друга.

- Да, до вторника. Там уезжаем куда-то, не помню куда, - сказал Том.

Билл попытался обдумать сказанное Томом, но его переполняло волнение, сердце колотилось как у до смерти испуганной мыши, увидевшей прямо перед собой жирную хитрую кошку, тянущую к нему свои лапы с острыми когтями.

- Так я к чему сказал, что жизнь справедлива. Анна оказалась такой хорошенькой. Идеальная куколка. И ночь, которую мы провели с ней, незабываема. Я очень рад, что сегодня смогу с ней встретиться снова. Кто же только ее так трахаться научил...- Том ухмыльнулся своей убийственной улыбочкой.

Билл попытался улыбнуться Тому.

- Ну, классно, что тебе повезло. Я в душ пойду, - сказал Билл.

Том шлепнул Билла по заду, который в принципе отсутствовал и вышел из номера.

Билл зашел в душ, включил воду и стал под струю ледяной воды. Он несколько секунд стоял под водой, ничего не чувствуя, и только потом резко отскочил в сторону и какой-то визг или крик вырвался у него из горла. Вода была ледяная, обжигала своим холодом нежную кожу Билла.
«Чего я веду себя как псих. Том прав, всякое может в жизни произойти. Мало ли случайностей бывает. Ну сказал Манни, что я не уеду в Лейпциг, ну и что? К тому же чего я нервничаю, если номера его не знаю, и звонить не буду. Мы с ним вряд ли увидимся еще».

Билл посмотрел в зеркало: у него очень красивые глаза, как же трогательно и обезоруживающе он облизывает и закусывает свои медовые губки. Да, прекрасен. Прекрасен без сомнения. Билл улыбнулся.