Гуд бай, Америка, о,
Где я не был никогда!

Одни из самых туманных и всенародно любимых строк советского рока, в своих туманности и любимости опережающие даже

Я сажаю алюминиевые огурцы
На брезентовом поле

«Кино». В народе песня так и называется: «Гуд бай, Америка!», хотя официальное ее название: «Последнее письмо». Подразумевается, что были и другие письма.

Реалии эпохи:

— «Полевая почта „Юности”». Радиопередача, где зачитывались письма и передавались по заказу песни для служащих в армии;

— звуковое письмо. Гибкая грампластинка, на которую можно было наговорить приветственный текст, а главное — записать какой-нибудь классный песняк, часто в официально разрешенном виде недоступный. Собственно, «Гуд бай, Америка!» и есть такое письмо: безвестного поклонника, фаната — звезде, не подозревающей о его существовании.

1985 год. Очередной кремлевский дядя что-то трындит в телевизоре о необходимости перемен, но его никто не слушает (разве что академик Сахаров), а если и слушает, то ему не верит. Быстро выяснится, однако, что лед подмороженной России тронулся и те, кто будет требовать:


Перемен, мы ждем перемен!
(«Кино». Хочу перемен!)

получат их по полной программе. Пока же Америка — совершенный, недостижимый фантазм, советский град Китеж, где со дна Гудзона смотрят на завороженного фантазера небоскребы и гудит синтезатором, стучит драм-машиной неземная музыка. Идеальное направление для неподвижного путешествия.

Фантазм не только зрительный, но и звуковой: джаз и рок в СССР разбираются и переизобретаются, как заморские диковины с инструкциями на непонятном языке. Решающую роль в создании «Последнего письма» сыграло случайное нажатие кнопки на японской «Ямахе». Колоссальность американского фантазма и магическое воздействие гудбайамерики засвидетельствованы Вячеславом Бутусовым в одном из интервью:


Я начинаю играть концерт, мне уже кричат: «„Гуд бай Америку” давай!» В принципе, можно было бы выйти и полтора часа исполнять одну эту песню.

— Не раздражает?

— Я смирился. А что делать? Кричать со сцены о том, как они мне надоели вместе с этой песней? Лучше повернуться лицом к народу и получать от этого такое же удовольствие, как они («Молодой коммунар», 23 мая 2001).


Исполнение песни на концертах группы — обязательно в конце, под занавес — станет коллективным сеансом музотерапии, в ходе которого пациенты смогут без боли выразить, подпевая, то, что в обычном состоянии ума сделать будет тяжко.


Андрей Лебедев - ЖИВИ БЫСТРО, УМРИ СТАРЫМ! Песенки, 1962 – 2016
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2019_1/Content/Publication6_7086/Default.aspx

https://avvas.livejournal.com/7807174.html