Он прошел сквозь стену и плюхнулся в кресло
у меня, в антресолях, напротив камина,
а я на окне сидел, скрестив лапы,
как Гаутама под деревом бодхи.
Он достал сигару, а я - свою трубку,
мы курили молча, слушали ветер,
трещали поленья и пахло березой
и вкусным дымом, и теплым глинтвейном.
шуршали в углах осторожные тени,
в окно стучались летучие мыши,
под креслом возились какие-то звери,
гимн Брунен Джи доносился из шкафа...
А он придумывал странные сказки,
что не имели конца и начала,
под нос себе напевал то и дело,
лениво струны перебирая...
Я пускал кольцами дым в окошко,
и смотрел, как снег заметает деревья.