До нашей боли, в большинстве своем, никому дела нет. Есть дело до боли другого только в любви. Настоящей. Когда сердце другого человека бьется с вами в унисон. Он любит вас. Он дорожит вами. Его сердце живо и находится в отклике. Тогда он знает о жизни многое. Он знает о собственной боли, и он знает о вашей боли, но только благодаря своей, прожитой. Он слышит ваше дыхание, и ему больно, если с вами что-то не так – он в унисон с вами, и ему больно. Ваши сердца, как одно – он сплавляет границы, и сердце одно на двоих. Тогда можно говорить о боли. Но тогда уже никто ничего не говорит, потому что говорить не о чем – все слышно.