На мне пиджак и брюки, на мне белая блузка, на мне дорогие туфли, у меня в руках сумка, в сумке лежат документы и плеер, в плеере играет IFK:

Торчать в коридорах ночных ресторанов

Хранить чистоту городских туалетов

Давить тараканов в прокуренной кухне

Прослыть королевой лестничных клеток

Мечтать о свободе и стать проституткой

Любить в подворотнях и грязных подвалах

Метаться по койке в родильной горячке

Являя на свет бесконечных уродов

Стать гладиатором уличной свалки

Бродить по бульварам в тяжёлом похмелье

Стучать сапогами на выженном плаце

Ставить кресты крушить стадионы

Болтать с потаскухой о тайнах вселенной

 Лечить первый триппер на частной квартире

Проснуться от боли на потной постели

Взорвать свои вены иглой наркомана

 

 Я еду на работу. Я спускаюсь в метро. Во рту гадко от выкуренных сигарет, язык и нёбо словно наждак, и так хочется сплюнуть. Мне неудобно в туфлях, мне жарко в пиджаке, мне плохо среди толпы в метро, мне хочется выйти наверх и снова закурить.

 Oua subway is so beautiful inside But it's almost dangerous, good for suicide

Я помню, как мы с тогда ещё будущим мужем сидели на подоконнике 2-ого этажа недостроенного санатория в Переделкино, пили портвейн и расписывали стены пьяными пророчествами. Был апрель: было светло и прохладно. Я была в джинсах и кедах, я была в старой куртке и мой длинный шарф почти волочился по полу, усыпанному строительным мусором, осколками бутылок и окурками. Мне было хорошо, весело и пусто, пустота внутри щекотала меня по ребрам, и я часто смеялась. Борманн был в натовском "комке" и мартинсах, он тогда неудачно проколол свою третью дырку в ухе, оно было красным, горячим и болело.... Я целовала его прохладные губы своими горящими губами, он грел мои замерзшие пальцы в своих теплых ладонях. Было солнечно и прохладно, пусто и свободно...

Я чуть не проехала свою станцию. Я вырываюсь из вагона с боем, с усилием, словно он не хочет меня выпускать из своих железных внутренностей, забитых людьми. Людьми читающим, людьми, разгадывающими кроссворды, людьми слушающим музыку, людьми разговаривающим, мясо, мясо, мясо........ Жутко.

Я хочу отыскать в пене хаоса смысл,

Я ищу в груде мусора след красоты

И повторяю слова Заратустры: "Остерегайся не грязной, а мелкой воды"

Падает тень.

Скоро вечер

Я жду

Кто-то из нас исчез опять

Кто-то исчез опять

Мир без меня не пропадет

Еще одна душа на галерах небытия

Время для слез еще придет

Вечная зима

Пепел индульгенций моя вина

 

Я выхожу на улицу. От метро до работы 5 минут пешком. Время для сигареты. Налево, налево, направо, стеклянные двери, КПП, турникеты, кивок охранникам, стук каблуков по плиткам ещё пустого холла, лифт, 3-ий этаж, направо, писк узнавшего мой магнитный пропуск считывающего устройства, Марина - "девушка-на-ресепшн", обмен приветствиями: кивок, улыбка, кивок, улыбка, офис, рабочий стол, включить компьютер, сделать кофе, фигачить.

Я качусь мимо глаз и банальных фраз,

Улыбаюсь в лицо пустоте.

Эта грязь не дает мне смотреть вперед,

И в кармане звенят пятаки надежд.

Я хотел бы проснуться, коснуться чего-то снаружи,

Мне нужно взять себя в... рукопожатия, симпатия

И слова, и слова, и слова... нет!

Все равно платить придется, даже если ты не жил

Все равно мы убиваем тех, кем дорожим

Все равно я не стану самим собой,

Сними с меня спокойное лицо.

Шесть часов. Через пол часа рабочий день будет закончен. Постепенно сходит на нет поток звонков и сигналов приходящей почты, затухают разговоры, аськи закрываются, сохраняться данные, убираются в папки бумаги, наши офисные девушки красят губы, пудрят носики, брызгают на себя духи.

6:12...

6:27...

Муж встречает меня у метро. Он закончил раньше. Он идет навстречу, продираясь сквозь толпу, дружно в ногу шагающую к входу в метро. - Как я соскучился, крякозябра моя! Он в натовском "комке" и в мартинсах, у него прохладные губы, у него теплые ладони, в которые он берет мои озябшие руки, и теперь 4 сережки в ухе...

Они говорят, у нас нет будущего - не верь, не верь!

Они говорят, мы никуда не придем - не верь, не верь!

А ты не верь, не верь, там наверху есть дверь

А ты не верь, не верь, там наверху есть дверь

В зеленый коридор, где мы найдем любовь!