навеяло).

Мне тяжело общаться с чистыми эдакими восторженными романтиками, они не то чтобы врут (потому что они верят в это), но они врут. Хочется рассказать им о голодающих детях Сомали или жестоких психологических экспериментах, ну и так далее.. хочется разбудить в них что-то, что притворяется спящим.
А когда у такого вот романтика приступ агрессии, он совершенно теряется в каком-то смысле и уж точно перестает быть романтиком - на время этого приступа. А это снова ложь. Терпеть не могу вранье.
Доля цинизма спасает положение, она дарит способность видеть происходящее. Романтизм - это всего лишь ощущение происходящего, без способности видеть то, что есть.

Я могу ходить по улицам без плеера и долго-долго вслушиваться в звуки, наполняющие город, даже безлюдные ночные улицы. Могу бесконечно восхищаться тем, что вижу или слышу, или чем-то еще. Улыбкой ребенка, пушистым зверьком, красивой девушкой. И цинизм здесь не мешает, а только помогает, он усиливает все это.
Можно сказать так: чистый такой романтик-мечтатель - это человек, который спит и видит сны. Когда добавляется цинизм-реализм - человек будто просыпается и видит, что на самом-то деле все так же, как в тех снах, только настоящее)

"Говно - более сложная теологическая проблема, чем зло" (с) - в этой цитате как раз выражение всего этого
подумайте об этом) истые романтики просто уходят от того, что сложно.