С трудом, но прочитала. Эти сказочки читаются действительно тяжело, и очень небрежный перевод, но впечатления – сильные и яркие. Больше всего впечатлений - от автора. Он яростно пытается изменить мир, которого не просто боится, а от которого он - в ужасе. Причём у Паланика достаточно самоиронии, чтобы не обольщаться по поводу результатов своих усилий. Мне показалось, что это книга написана о нашем мире так, чтобы «наша ненависть к нему стала сильнее самой смерти». Вот, когда это произойдёт, может, в жизни что-нибудь и изменится. «Нужно, чтобы что-то случилось», - твердят герои на протяжении всего повествования. Вот, случилась такая книжка… Тоже своего рода камешек в «полировочный барабан». Хотя, может, это я так напридумывала: не хочется видеть в «Призраках» просто авторскую компиляцию материалов желтой прессы%).
Новеллы подобраны с традиционной психиатрической тщательностью для представления разнообразия фобий (где-то у меня здесь был такой списочек %). Само по себе обрамление, с нарочитой маскарадностью костюмов и символизмом интерьеров даёт передышку (в буквальном смысле, в том числе) между рассказами героев и создаёт атмосферу игры (трикстер такой получается). Именно благодаря обрамлению, читая книгу, всё-таки можно дышать)
Конечно, ассоциаций больше всего ренессансных, барочных. Либидо и мортидо эксплуатировать в литературе научились задолго до Паланика и с гораздо большей фантазией. Но разительное отличие, например, от «Декамерона», где десять человек спасаются от чумы, просто изолировав себя на вилле, в том, что беглецы от мира в «Призраках» приносят «чуму» с собой и … культивируют ее. Именно это и страшно.
Герои – умопомрачительно реальны, автор не выделяет никого. И при подчеркнутой отстраненности от них и «игре в объективность» - в авторских описаниях есть сочувствие, кроме того, они лишены индивидуальности речи и автор «говорит за них».
Интересно, что каждая новелла и «стих», посвящённые тому или иному персонажу, кроме любимого американцами «индивидуального номера», имеют ещё и предмет-метафору. Чего стоит, например, Святой без-Кишок с бледным мотком с оранжевой витаминкой внутри, или Леди Бомж с бриллиантом, сплавленным из кремированных останков любимого человека, а ещё – Графиня Предвидящая с банкой с плавающим внутри пластмассовым пупсом… а еще – Герцог Вандальский с чёными мухами, кружащимися над вазой с фруктами…
Кстати, наверное, Паланик не считает себя американцем (а кем? украинским хлопцем, не иначе))… непонятны его пассажи об американцах… странно читать, что американцы «любую идею могут довести до абсурда», «не умеют выигрывать войны», «глотают наркотики, потому что не знают, как распорядиться своим временем» тд%).
Больше всего понравилась последняя новелла, с упаковочкой таблеток цианида с названием «В добрый путь»). Призрачность, доведенная до абсурда. Гротеск.
Может, неправильно, но кажется, что навязчиво повторяемая фраза про «камеру, скрытую за камерой, скрытой за камерой» как раз и говорит об этой всеобщей для книги «призрачности». Интересно, как это в английском оригинале… И haunted – на самом деле что значит…