У нас что ни день, то новый сборник анекдотов. Имхо, прекрасно. Смех продлевает жизнь.

То, как мы добирались до Свиблово, это отдальная песня. Да еще какая горланистая!

Насколько проще все делать самой, настолько интереснее с бабулей.

Ежели мне, к примеру, надо добраться до метро, что я сделаю? Я пойду спокойно в сторону метро. Если случайно подошел автобус, а у меня есть проездной, и не гложет совесть за сидячий образ жизни, я доезжаю до метро за 3 минуты. А пешком дохожу за 10.

С бабулей все хитрее. Во-первых, она любит ездить на трех-четырех азных видах транспорта за один присест.
А это означает, что мы должны дождаться 111, но ехать на нем не до "Ленинского проспекта", а до "Ул. академика Петровского" или "Больницы святителя Алексия", пересесть на троллейбус, докатить до "Октябрьской" и сесть на метро.

К останоке бодро подкатил 119 автобус. Он нам тоже великолепно подходит, только ехать надо без пересадки на троллейбус. Бабуля скривила нос: "Да ну, не люблю я этот 119. Давай дождемся 111".
Мне-то что? Я гуляю. Как скажешь, бабуль.

Но 111 проехал мимо остановки. С ними иногда бывает. Бабуля твердо решила, что он был "неправильный", и мы ждем нормальный. Через 10 минут у бабули лопнуло терпение, хотя 10 минут опоздания для автобуса зимой - это пустяки.

И все же, она решила, что надо нам теперь идти на другую остановку и не надеяться более на 111. Что и говорить, пока мы шли на остановку, наш 111 мирно рпокатил мимо нас.

Еще минут 15 мы топтались у ДК. Но идти пешком с бабулей до метро я отказалась. Наконец, пришел 661, и мы все-таки поехали на метро с пересадкой.

Вот за это я и люблю ездить с бабулей. Не соскучишься! :)

Когда мы прибыли на место после длительных закупок в "самом дешевом магазине" утеплять окна, я осознала, что больше всего хочу упасть и заснуть. Однако пришлось резать поролон.
Кто резал поролон ножницами, меня хорошо поймет.
На мое счастье был на кухне острый нож.

Но рука отвалилась все равно.

Я сразу обнаружила очередную брешь в познаниях русского языка. Я на знала, как пишется поролон.
Мы даже поспорили. Вернее, это бабуля захотела поспорить на интерес, а я просто решила, что первым же делом дома посмотрю, как оно на самом деле пишется.
Я считала, что пороллон, а бабуля - что паралон. Мы обе были далеки от истины.

По возвращении домой с меня стребовали блины: "Приготовь мне два и себе один". Я удивленно переспросила: "Испечь три блина?", - "Ну или больше, вот только не делай ведро".
Я всегда говорю с бабулей абсолютно серьезным тоном.
"Не делать ведро блинов?"
"Уж пожалуйста. А то их съесть некому"
"Хорошо, бабуля, я не стану печь ведро блинов", - невозмутимо ответила я.

Блины, конечно, оказались слишком подгорелыми и толстыми, хотя и рвались из-за прозрачности, но, как ни странно, при всем при этом были признаны съедобными, что не могло не радовать.

А еще бабуля пообщала когда-нибцдь сильно потом научить меня печь блины.