Когда время вдруг остановилось, я все понял. Вокруг все замерло на мгновение, а потом время начало сочиться маленькими капельками. Я видел, как движется ветер. Он озорно смеялся и танцевал, плавно изгибаясь и завиваясь в светлых волнах. Вздымая локоны, он мучительно медленно кружился и целовал их, ласково укладывая на плечи.
Вокруг вихрились белые листы. Не торопитесь, делайте это изящнее. Брызги облаков, и мы опутаны завесой тайны. Отгородили от нас город, и я увидел дыхание. Так спокойно и глубоко. Мерцающий выдох, и мы перемешались с чистой гранью, когда время надломилось. Потерянный полдень, счастливая утрата. Дешевый растворимый черный кофе без сахара, невероятно прозрачной консистенции. И даже не важно, что он был сладкий.
Свет, как искусный фокусник, извлек свои самые потаенные потоки. Блестящие искорки. Яркая вспышка и осколки золота вспыхнули у моего лица. Две половинки малахитовой звезды, в невиданной огранке. Наступил самый прекрасный рассвет в моей жизни. Заливается внутрь зрачков и ласкает что-то хрупкое. Эфемерные бусины наполнили взгляд. Сквозь их неспешное полупрозрачное сияние я все понял. Очи небес излучали теплую весну. Призрачные в отражении белых листов, они были вне этого времени. Словно оно огибало их, не смея замедлять сияния и нежась в нем.
Щекотно и лучисто. Коснулось слуха, и я увидел, как рождается радость. Ветер расступился, и она расплескалась в свете. Мелодичное журчание проникло в мою голову через уши. Никогда, никогда не было в моей голове более текучей и переливающейся, восхитительной льющейся музыки. Я поддался этой мелодии и незаметно для себя, разомкнув губы, начал подпевать. Мой голос перестал существовать, его не могло быть там, где не смог выстоять даже город. Ветер подхватил звуки, которые приснились мне когда-то, сплел их с дивным напевом и мы вместе создали новую песню. То была искренняя радость, мягкая и серебристая. Я уже знал тогда, что ни с кем не смогу этим поделиться, никогда не посмею этим обладать.
Смотреть сквозь, слышать сердцем, дышать голосом, ощущать кожей. Словно последние попытки зимы укрыть собой землю, белые листы опустились на асфальт. И снова город окружил нас, наступая на время, прокручивая его между своими колесиками, заставляя вращаться все быстрее и быстрее. Только сладкий кофе без сахара больше не имел власти над зенитом полуденного солнца. Потому что мой голос по-прежнему был сном, он не обернулся. Только время вернулось к обычному ходу. И я вдруг понял, о чем была наша песня. Переливистый, звонкий смех наполнял мое тело и срывался с губ. Два изумрудных осколка и белая, усыпанная бумагой мостовая. Меня больше не волновали спешащее время, гротескный город и неправильный кофе. Я уже все понял. Ты вошла.