Удержаться на пике творческих возможностей – участь  не всех. Есть пределы балансировать на грани, продолжать обман самого себя, жить за счет прошлоло, не заботиться о сегодняшнем и будущем. Если мне кто-то говорит, что автор, исполнитель заслуживает внимание, я отвечаю: а сколько он(а) лет работает? Лучше спросите меня через пятнадцать лет, тогда я вправе буду сказать, по призванию он артист, или просто устроился в жизни в качестве почтеного „динозавра”. Печальная судьба некоторых польских коллективов! Например, „Червоных гитар”. Члены коллектива поссорились с единственным серьёзно талантливым у них музыкантом, Северином Краевским и стали выступать в  националистических сми. Другой пример: группа „Скальды” (Skaldowie) – бывшие завсегдатаи СССР от Норильска по Кишинев.Теперь выступают почти исключительно в костёлах. Правда, держат, как белорусские „Песняры”, художественный, профессиональный уровень.

            Особое место в истории польской песни занимает Эва Демарчик.  О неё  можно сказать, что истребила свой великий талант.  Не выступает, не записывает новых песней. Молчит. Молчанию способствует алкоголь. Трудный характер певицы, на который жалуются композиторы,  нашел верного спутника. Дело в том, что о Эве люди помнят и будут помнить. Она классик, но не динозавр. Всё, что сделала до прощания с творческой активностью настолько завораживает, пленит, что несмотря на сегодняшнее молчание, она  не перестает  существовать в сознании многих людей, как неповторимое явление.

Так о ней писал польский искусствовед, Юзеф Опальский:  Вот мы видим истинный theatrum mundi. Его отчаянные герои лишь изредка балуют себя бледной улыбкой, рассказывают про свои трагедии на разных языках, хотя, чаще всего, говорят про единственную несчастливую любовь... (мой перевод – ЛК).

            Эва Демарчик, дочь скульптора Леонарда, вывускница краковской театральной академии сразу была связана с краковским кабаре „Подвал под Баранами” (Piwnica pod Baranami). Музыку на слова величайших поэтов (между прочим М. Цветаевой, О. Мандельштама, Ю. Тувима, А. Белого, К. Бачинского) писали для неё Зыгмунт Конечный и Анджей Зарицкий. У меня раритет: виниловая пластинка записана Эвой для „Мелодии”. Всё ро-русски. Споёт-ли ещё она? Сомневаюсь. Благодарю за то, что было и не вернется. Можно спеть одну ноту, но тем самим попасть в историю. Но это касается далеко не всех.

И ещё стихотворение автора, которого представил в, одной из предыдущих, записей.

Гетто

Анатолий Головков