Года тридцатые двадцатого века. Город Пшемысль на юге Польши. К моим дедушкам и маме на традиционного бриджа пришли гости. Пан Гротовски с женой и двумя сыновьями...Моя мама, девочка-подросток не обращает внимания на младших мальчиков. Другое дело, если бы они были постарше. Конечно, мама тогда не знает, что один из них, Казимеж, станет учёным, профессором физики (с практикой в Институте Йоффе) Ягеллонского университета а второй, Ежи (выпускник ГИТИС-а), гением современного театра...Мои дедушки не так просто были знакомыми Гротовских, но и там были какие-то семейные связи. Первая жена брата моего дедушки была родственницей  матери Ежи и Казимежа. Брат моей бабушки серьёзно ухаживал за другой родственницей Гротовских))))) После войны, пани Эмилия Гротовска приезжала в подкраковскую Бохню к моим дедушкам в то время, когда её муж был уже в Аргентине...И всё равно, никакого значения этому в семье не придавалось, как и многому другому...Только теперь мне всё это кажется важным, хотелось бы связаться с Казимежом Гротовским, который живёт в Кракове, но даже не знаю, как это сделать...Женская линия генеалогии Гротовского связана с фамилией Йоссе (Josse). Один из предков бы часовщиком короля Людовика XIV, они потом эммигрировали в окрестности Кракова. На бохенском кладбище есть их могилы. Мать великого реформатора театра была незаурядной женщиной. В 1976 году совершила с ним путешествие в Индию,  побывала, между прочим, у подножья горы Аруначала, над которой после смерти, которой 10-годовщину мир отмечает в этом году, был рассыпан прах Гротовского. Его брат, Казимеж, написал воспоминание о судьбе семьи (пожалуй, нет, пока, русского перевода), где опровергает слухи о том, что мама гениального режиссёра стала буддисткой. Тем не менее, интерес пани Мили к тому, чем питался сын, был очевиден...

Аруначала - сила и вдохновение