Я видел девочку, возвращавшуюся изз цирка. У нее был клоун с собой - марионетка в радужно-фиолетовом домино. Клоун улыбался и подпрыгивал на коленях девочки, а меня не отпускало ощущение, что он живой. Я присмотрелся - нитки от перектрещенных палочек были не привязаны к запястьям его маленьких ручек. Он сжимал их в кулачках. И улыбался.
"Кто же кого держит?" - думал я и понимал, что никто и никого. Они просто вместе возвращались из цирка. Потому что у девочки были живые глаза, хоть я и напугал, кажется, ее свом пристальным вниманием. Она спрятала клоуна, и я отвернулся.
С девочкой ехала сестра и две женщины. У сестры тоже был клоун - желто-зеленый, которому она дала в руки оранжевую хризантему. Клоун не взял - он держался за ниточки, и вообще был мертвый. И сестра тоже была мертвая, поэтому она скоро отдала клоуна мертвой женщине, и та скомкала его на коленях. Мертвое и мертвое, оказывается, вызывают друг у друга скуку.