Настроение сейчас - апатияБыло впечатление, что сюда они попали случайно.
Да и вряд ли каждый мог точно сказать, где это "сюда" находится, и находится ли вообще.
Каждый видел странную, размытую картинку. Словно привычный Мир - это разноцветная акварель, на которую вдруг кто-то капнул водой.
Всё вокруг плыло, резкость утратилась раз и навсегда, от когда-то Солнца остался только тусклый, простывший свет.
И было странное ощущение, будто ничего уже не имеет значения, будто всё случилось, и плёнка, на которую записывалась жизнь, закончилась, и осталось белёсое бельмо экрана, и ощущение конца фильма.
Голоса они услышали внезапно. В сущности, эти звуки сначала было сложно как-то идентифицировать, но потом стали понятны обрывки фраз.
"Точка.. Сместило.. Куда-куда?.. Да я-то тут причём?.."
Через безликий свет экрана вдруг проросли странные корни, бесконечно ветвистые, толстые и тонкие, они росли, но почему-то вверх, они становились чем-то другим, и каждый из Пришедших понимал, что это не корни, а ветви, ветви огромного дерева, ставшего неотъемлемой частью Безмирья...
-
Этим липам больше ста лет, между прочим, - произнёс незнакомый голос с немного менторским тоном, - хотя это, конечно, роли не играет, да..
Воздух вдруг стал мерзлым и сухим, и в лицо сразу дунуло холодом.
- М-да.. - протянул тот же голос, - Люди. Интересно, откуда? И как они сюда попали? Всё чудесатее и чудесатее, да..
Кто-то открыл глаза, - а мало ли? - и увидел странную Кошку, примерно в половину человеческого роста, очень изящную. Она была белой, и стояла на задних лапках.
На Кошке были брючки в клеточку, свитер крупной вязки цвета морской волны, и шапочка. На лапках у неё были японские гэта, а на носу красовалось пенсне. Довершал картину японский же зонтик, который она сжимала в передних (верхних?) лапках.
Взгляд у Кошки был любопытствующий. Глаза у Кошки были голубые и очень-очень большие.
Заметив некое оживление среди Пришедших, эта Странная Особа поклонилась, и представилась:
- Ват-У, Белая Королевская Кошка, Первая Каста, Хранитель.
Она поправила слезшее было пенсне, и, пожав плечиками, сказала:
- Ну, идёмте к Дому, что ли.
А Пришедшие вдруг обратили внимание на то, что где-то за Кошкой был большой Дом, мрачная громада неясных очертаний. Окна слепо смотрели во взявшийся невесть откуда облетевший сад, а дикий виноград краснел листьями на стене.
- О-о-сень, да, - протянула Кошка, - сразу так печально тут стало... В сущности, я понимаю ваше положение. Ваше странное положение. Видите ли, раньше это было в порядке вещей. Кто-то приходил, кто-то уходил.. Но потом вдруг всё изменилось. Обессмыслилось всё. Даже психолог, мать его ети, куда-то рассосался отсюда.. А Он.. Ну, тот к кому вы шли.. Наверное.. С ним вообще неладно. Он будто в коме. Не ест, не пьёт, не спит.. Будто медитирует беспрерывно, не меняя позы. Это, знаете, как тот лама, Итигелов. Хотя лама-то официально вроде как помер, а Он ничего официального не объявлял нам. Просто сидит, и всё. День сидит, два сидит. Три сидит. Неделю сидит, две недели.. Потом уже всё равно стало, сколько. Времени-то всё равно нет, а он как сидел, так и сидит. И ведь психолог, скотина, ни словом не обмолвился, просто тихо слился, а ведь мог бы, я думаю, многое прояснить. Психолог, он хоть и зараза распоследняя, но башковитый. Эхх, моя головушка ушастая.. Мангитные бури. - сказала Кошка, - Вы как, реагируете? Нет? Повезло..
Фонтанчик её слов иссяк, когда они подошли к Дверям.
Там стоял странный молодой.. Ну, теоретически, человек. Хотя стоял-то как - будто статуя. А ветер не шевелил даже его волосы. Восковая фигра, практически.
Однако как только Пришедшие подошли к Дверям, фигура взглянула на них пристальным взглядом немигающих чёрных глаз, и тут же согнулась в поклоне, а Двери распахнулись.
- Да ладно тебе, Сол, - махнула лапкой Кошка, и объяснила, - это Соломон, бывший голем. Он когда-то был из дерева и металла сделан, а теперь вот обрёл плоть и кровь, да-с. И сделался довольно симпатичным, куда приятнее, чем прежде. И не такая жердь, как раньше.
Экс-голем разогнулся, и жестом предложил Пришедшим войти вовнутрь.
- О. - сказала Кошка, - Важный момент... Был когда-то. Просто суть к тому сводилась, что перешагнуть через Порог - это, в некотором смысле, ответственность. Потому что никому практически доподлинно неизвестно, что может случиться за этим порогом. Но, сейчас это не играет особой роли. В крайнем случае, никто из вас не сможет выйти из этого Дома, делов-то. - Кошка хихикнула, прикрывшись рукавом, - Шучу я. Хотя, как известно, в каждой шутке есть доля шутки, а остальное - чистая правда...
Пришедшие переглянулись.
- Да не стойте там, не стойте, - сказала Кошка через плечо, - ничего страшного тут нет.. Вот раньше.. Бывало, да...
Она зажмурилась, видимо, предаваясь воспоминаниям.
- Даа.. Были времена. Когда тут Смерть часто бывала... И Друг наш Потусторонний, Вертиго, Дьявол младший. Они втроём с Сергеичем такую гоп-компанию составляли, что мама не горюй... Я, бывало, с ними.. Пили, гуляли.. Веселились.
Она вздохнула.
- А теперь тоска... И нет никого...
Они шли теперь по длинному коридору, - Кошка, голем Соломон, и Пришедшие, - такая процессия.
Коридор был тёмен, хотя где-то тут и там горели свечи в бронзовых подсвечниках по стенам. Там же, вдоль стен, стояли книжные шкафы, забитые старыми, покрытыми тысячелетней пылью книгами. Названий было не разобрать - если учитывать, что они вообще были...
И Двери. Между шкафами кое-где попадались Двери, такие же заброшенные, как и шкафы, многие наглухо забитые досками, с навсегда утерянными ключами к бесчисленным замкам...
Вдруг Кошка резко остановилась. Голем тоже встал.
- Пришли.
Голос Кошки звучал хрипло. Она словно всхлипнула, тяжело вздохнула, и сказала:
- Вот. Дверь Тёмного Дуба. Вот. За ней - Кабинет. Да.. - она как-то потерялась, - хотя, мне сложно себе представить, что вы будете там делать. Он же как неживой.. И психолога, Германа Сергеича Кастальского, нету. Он бы хоть повеселил вас, что ли. Он вообще весёлый.. Был..
Голос её дрогнул. Она шмыгнула носом, и открыла Дверь без стука.
...
Внутри было прибрано, но очень холодно.
- Ну да.. - прошептала Кошка, - в Очаге-то пусто, огонь не горит. А зачем Ему огонь, с другой-то стороны?
Она подошла к Очагу, и дунула на кучку золы. Тотчас же вспыхнул, играя, небольшой язычок пламени.
В комнате сразу потеплело.
- Ну вот, вот, так получше.. - бормотала Кошка, возясь с Очагом. Голем Соломон беззвучно стоял у Двери. Блики пламени плясали в его зрачках.
- Садитесь вот сюда, на Диван Бесконечности, - произнесла Кошка, - вы, возможно, даже что-нибудь слышали о нём... Хотя это неважно. Уместитесь все, и ещё место останется..
Пришедшие взглянули на старый диван, с виду небольшой, обитый красной, растрескавшейся кожей. Присели.
А недалеко, возле окна, стоял большой, массивный стол, и кресло за ним.
А в кресле...
...
Сухая фигура его больше напоминала мумию в саркофаге из собственных волос. Худой, неподвижный, равнодушный.
Монстр, Хозяин Дома.
Пришедшие смотрели на него. А он, наверное, смотрел на них. Остекленевшими глазами.
Кошка сглотнула.
- Ну я это, принесу чего-нибудь.. Выпить.. Согреться..
Тут же она будто схватилась за пыльный свет от окна, и ушла в параллель.
Голем вышел, и захлопнул за собой дверь.
"..."
- Ну-ну, не стоит так на меня смотреть, я всё-таки ещё не умер, - раздался немного скрипучий голос.
И Пришедшие увидели, что
труп Монстр ожил. Он внимательно смотрел серыми, выцветшими глазами на Гостей.
- Сейчас, только пыль стряхну. - пошутил он.
Но встать не смог.
Кажется, это его раздосадовало. Впрочем, досада его была секундной.
Он слегка вздохнул.
- Ну что ж..
nikkini,
SHYNING,
Делитант,
натюрморда,
Танцуя_на_битом_стекле,
-чучундра-, я рад приветствовать вас всех в этот странный день... Мне, право, несколько неловко за себя.. Но увы.. Со всеми нами иногда происходят вещи.. Нежелательные.. Вот и со мной.. Случилось.. - проговорил он.
- Я прошу прощения. Но я надеюсь, впрочем, что вас не отвратит от меня этот случай.. А в Доме много всего.. Интересного.. И как знать.. Быть может, перешагнув порог, вы найдёте для себя что-нибудь интересное... И захотите остаться.. Чуть дольше.. Чем навечно..
Он умолк. Гости молчали. Незаметно появившаяся Кошка бесшумно поставила перед ними поднос, на котором исходили сладким паром чашки с грогом.
Они молчали.
И молчание обещало длиться Вечность...
...