Называется он "Дочь Дождя".

Написан только что.

?      

                                                 Дочь Дождя

 Дождь шёл уже шестой день, почти без перерывов, лишь иногда отвлекаясь, и уходя куда-то за горизонт.

 Она выглянула из-за тучки, и озорно улыбнулась.

 Рыжие волосы её намокли, они всегда были такими, - но от этого становились ещё более пушистыми, с прихотливыми завитками у висков. Глаза цвета изумрудной травы сияли, словно роса на в лучах Солнца.

 В следующее мгновение она уже летела вниз, падала вместе с дождевыми каплями. Дождь словно баюкал её, ласкал, гладил. Он заботливо укрывал её от своенравных Ветров и посторонних глаз.

 Впрочем, здесь давно никого не было...

 А она уже вовсю скакала по траве - босая, долгоногая, рыжая, прекрасная в своём безумстве. Кувыркалась, делала "колесо", и радостно смеялась, самозабвенно упиваясь струями воды, люьщей с Неба. Дождь был для неё всем, - без Него её существование было бы невозможным.

 Она не любила Солнце и жаркую погоду. Ей всегда было плохо в такие дни. Жара давила на неё, ослабляла, плавила её нежную, белую кожу.

 "И ещё эти дурацкие веснушки!"

 Но Вода наполняла её силой. Она сама становилась частью Воды, она сама поила землю, растения и животных живой влагой. Она была - Спасение, она была - Надежда.

 Она пела, странные песни на никому не знакомом языке, песни, похожие то на журчание воды в горных речушках, то на мерный вал её в океане. Голос её то взлетал ввысь, задерживаясь на самой высокой ноте, звенящей, как тетива натянутого лука, то падал вниз, как обвал водопада.

 Она наслаждалась каждым мигом своей жизни. Она хотела дарить Радость всему, что живёт здесь, внизу...

 Она не знала рождения, как не знала и смерти, она, Дочь Дождя...

 И она летела, стремительная, обгоняя быстрокрылых стрижей, летела над огромной Землей, больше которой было только безбрежное Небо...

 Но вот - она спустилась вниз, на опушку леса.

 Взгляд её устремился туда, где стояли, покрытые мхами и лианами, древние эстакады и громады мостов Старого Города.

 ...

 Патрульный 737, Иван Савостьянов, и его напарник, 651, Алексей Тищенко, переглянулись.

 - Мамой клянусь, я опять что-то слышал, - сказал Алёшка. Иван усмехнулся - его всегда забавляла эта алёшкина клятва "мамой". Он ещё раз окинул вооружённым тепловизором взглядом открывающуюся степь.

 - Да нет тут никого. Ты сам подумай, Алёш. Кто тут может жить, после Взрыва-то?
 
 - Дыж кто его знает. Мало ли. Люди говорят...

 - А ты больше слушай! - сердито оборвал друга Иван, - тебе эти кумушки твои и не того напоют. У нас есть что? У нас есть официальная версия. Из-за взрывов на Солнце в декабре 2035 года земное население было практически уничтожено. Спаслись только те, кто укрылся под Куполами Городов. Всё! И кто здесь, в этой пустыне, жить может? Здесь ведь даже растений нет, здесь только камни оплавившиеся. И всё. За пределами Кольцевой дороги никого и ничего в живых не осталось.. Так что ты, Алёш, всю эту чепуху из головы вбрось.

 Воцарилось молчание. Они шли вдоль Периметра, поглядывая по сторонам.

 "Выжить-то никто не выжил", думал Иван, "Только зачем тогда за Периметр патрули посылают, если здесь нет никого? И ещё ладно, когда с техником, если где неполадка открылась. А вот так, вдвоём, обычные патрульные - зачем? Непонятно..."

 Внезапно Алёшка встал, как вкопанный, и неслушающейся рукой стал дёргать Ивана за рукав защитного костюма.

 - Ты чего?
 
 - Смотри, смотри, вон там, за эстакадой! - Алёшка был крайне возбуждён, голос его дрожал.

 Иван посмотрел на эстакаду, оценил расстояние до неё, проверил на наличие Живых Форм.

 Пусто. Никого.

 Он с досадой посмотрел на Алёшку.

 - Что ты там увидал? Там нет ничего.

 - Да как же нет?? Как же это - нет?? Когда я вижу!!

 - Что - видишь?

 - А вон, за эстакадой, видишь, за опорой, - человек!

 Иван сморщился. Тепловизор молчал, радар не засёк ни одного объекта.

 - Я ничего не вижу. Электорника молчит.

 - Да чёрт с ней, с электроникой!! Ты так посмотри!! Как она смотрит!..

 Иван раскрыл шлем. В лицо сразу дунуло обжигающим ветром с песком пополам. Он сощурился, и посмотрел туда, куда указывал Алёшка.

 Никого и ничего. Полуразрушенная опора эстакады, барханы красного песка, бурунчики песчаных микросмерчей.

 И всё.

 Алёшка меж тем не успокаивался. Он вдруг развернулся, и схватился за шнур энерговоздушного обеспечения, укреплённый на модуле Периметра. Эти модули были основой их жизней.

 Иван не успел даже крикнуть, как Алёшка выдернул свой шнур, удерживающий его около Периметра, и побежал, спотыкаясь и увязая в песке, к эстакаде.

 Ивана на секунду охватила паника. На поверхности, за Периметром, атмосфера была абсолютно непригодна для жизни. И кислорода всего 3 процента от нормы...

 Затем он мобилизовался, и нажал на тумблер экстренной ситуации. Ярко-красный маяк замигал, и в Штаб начали поступать сигналы SOS.

 А Иван закричал в рацию:

 - Алёшка! Стой! Стой, погибнешь же там!

 Но тот не отвечал. Его фигура удалялась всё дальше и дальше от Периметра...

 "Чёрт. А если робот не успеет?"

 ...

 Она смотрела на этого паренька, и понимала, что сделала что-то такое, что не должна была делать. Но как он увидел её? Ведь он - человек, а она Дух...

 Стыдясь, вспомнила она и строгий запрет Отца подходить к людям ближе, чем это вообще возможно без опасности для неё.

 А паренёк подбежал, в который раз спотыкнувшись о кочку, но тут же встал, и уставился на неё во все глаза. На его лице сияла безумная улыбка.

 - Нус тукнум, нус дси-нефреб тукнум!

 Она ничего не поняла из его слов. Но она чувствовала, что он без памяти рад, потому что ему удалось доказать самому себе, что здесь ещё кто-то живёт.

 Однако она понимала, что его жизненность походит к концу так же быстро, как и его речь. Скоро он перестанет двигаться, и его лицо навсегда застынет страшной маской.

 Она помнила таких. Она помнила, как Второе Солнце погибло, и мириады людских Существ вдруг замерли навсегда.

 Она не знала, как помочь им. Она не знала, как спасти это человека.

 - Ллиль иллель, имма ллиль йолле хейлей ли, сказал она, что означало "прости, но я не могу помочь тебе".

 Он, наверное, ничего не понял, но кажется, и не стремился понимать. Она видела - он слабел. Улыбка ослабла, глаза закрывались.

 Вдруг что-то скользнуло по её щеке.

 "Я плачу? Конечно. Ведь я же Дочь Дождя."

 ...

 Из барокамеры Периметра вылетел небольшой робот-спасатель. Хотя он был больше похож на шар с тремя камерами внизу и передающей антенной на макушке. А уж что там пряталось ещё, в его внутренностях, - Разум весть.

 Его радары засекли наличие трёх Существ.

 Первое Существо было человеком. Это был Патрульный 737. Он послал сигнал SOS.

 Второе Существо лежало у эстакады. Это был Патрульный 651. Его состояние робот оценил на 25% жизненности. Значит, он и есть Цель.

 Но третье Существо... Робот фиксировал показатели:

 ....гуманойд

 ....женщина
 
 ....человек?

 Нет, не человек. Показатель жизненности у него был на нуле, или его не было вообще. Робот? Тоже нет. Из опторецепторов Существа выделялась влага, возможно, смазка.

 Робот подключил шнур энергообеспечения 651 к себе. Теперь Человек с вероятностью в 47% мог выжить.

 Относительно Неидентифицированного Существа у робота не было указаний. Поэтому он просто занёс в реестр памяти его параметры, и, подхватив 651, направился к Периметру. 737 ждал его там.

 ...

 Иван облегчённо вздохнул. Кажется, Алёшка всё-таки отделался незначительными повреждениями. Жить будет.

 Но что (или кого?) он там увидел?

 Иван не знал. Пора было следовать за роботом в барокамеру - без напарника Патрульные не ходили.

 Тем более, метеодатчики показывали, что надвигается сильная буря.

 Дождь, подумал он. Самое страшное явление здесь.

 Дождь, убивающий. Его состав изменялся каждый раз, и Патрульные не знали, к чему им нужно быть готовым в следующий раз. Поэтому во время дождя патрулирование не проводилось.

 Он шагнул в зев барокамеры, и защита Периметра вновь стала гладкой, будто стеклянной.

 ...

 А она сидела на камне, и рыдала. Отец знает, он уже на подходе. Он очень сердит на неё.

 А она опять осталась одна.

 Бесшумно поднявшись, она вошла в налетевший Дождь, и пропала, будто бы и не существовала никогда.

 И только лились, как её слёзы, капли Дождя на обожжённую Землю.

 ...

 © monster 2008