Настроение сейчас - Хорошее

Выглядела Пушистая странно, - взлохмаченная шёрстка, очки съехали на одно ухо, в глазах - лопнувшие сосудики.

Мутным взором оглядев Гостей, она кивнула:

- Здрастье, заходите.

Там же, в холле, подошла к столику, на котором стояли пустые чашки. Взяв одну, отпила из неё непонятно откуда взявшийся кофе. Опрокинула залпом.

- Не обращайте внимания... Мы с шефом разбирали почту.. И вобще, много всякой совершенно ненужной, на первый взгляд, работы, которая вдруг почему-то оказывается безусловно важной. Однако...

Она подошла к неподвижно стоявшему в углу голему по имени Соломон, и, подпрыгнув почти метра на два вверх, хорошенько треснула его чашкой по кумполу.

Чашка разлетелась на мелкие дребезги, которые, однако, моментально пропали, недолетев до пола, а голем очнулся, и непонимающе посмотрел на Кошку.

- Гости у нас, дубина ты стоеросовая. Гос-ти. Нихт ферштейн? Совсем он что-то в последнее время.. Если б он был роботом, я бы подумала, что ему нужно сменить "операционку", - добавила она, уже обращаясь к Гостям и пожимая плечами.

Суставы заскрипели, зажужжали какие-то моторчики, сервоприводы, - кто знает, какая начинка была у голема, и была ли она вообще, - он распрямился, а затем, повернувшись к Гостям, отвесил им глубокий поклон. На голове его замелькал оранжевый маячок, он разогнулся, и жестом указал Гостям на чёрный зев коридора, приглашая их следовать за собой. Однако, не успел он сделать и шагу, как в нём что-то хрустнуло, лязгнуло, маячок застыл и погас, а сам Сол, словно обессилев, застыл, согнувшись. Из суставов потекло нечто вроде масла, а из отверстия на правом плече со свистом вырвалась струя обжигающе-едкого пара. В довершение всего из его рта выпала небольшая глинянная табличка, густо исписанная какими-то иероглифами.

Кошка, казалось, была готова к такому повороту событий. Ничуть не удивившись, она удручённо вздохнула.

- Ну вот, конечно. Теперь он просто сломался. Ох уж мне эта магическая техника, до чего, зараза, непрочная.. Ладно, - она махнула лапой, - пошли, что ли.

С этими словами она подобрала с пола табличку, взяла в другую лапку подсвечник с тусклой свечой, и медленно побрела вглубь коридора...

...Озадаченным Гостям ничего не оставалось, кроме как последовать за ней...

...

Стеллажи с книгами - двери, двери - стеллажи с книгами. Иногда канделябры с потухшими сотни кальп назад свечами. Больше здесь ничего не было. Ну, кроме пыли, разве что.

Кошка изредка оглушительно чихала, каждый раз попутно извиняясь.

- Я вообще не знаю, почему Хозяин ещё не занялся всем этим. В конце-концов, большинство из этих дверей уже давно никуда не ведут, потому что те места, куда они раньше вели, просто перестали существовать. Миры рождаются и гибнут, вы даже себе представить не можете, насколько часто. Бывает, какой-нибудь Демиург забавы ради создаст Мир, поиграется с ним немного, потом он ему надоест, и он его забрасывает. И хорошо, если уничтожит, - бывает, просто бросают. Потрясающая безответственность, как мне кажется...

- ...Шеф в последнее время тоже какой-то не такой. Уж и не знаю, в чём это проявляется, и уж тем более, чем это вызвано, но факт остаётся фактом. Перестал интересоваться многими вещами, без которых не мог жить раньше. Да и наши Потусторонние Друзья тоже как в Ничто канули, уже сколько времени никого не видно.. Даже Кастальский, уж на что частенько тут просто дневал и ночевал, не просыхая, - а тоже, нету его, и всё тут. Пропал, исчез, забыл про нас как будто...Такие, понимаешь, пироги...

Наконец они остановились перед Дверью Тёмного дуба.

- Ну вот, собственно, и пришли, - молвила Кошка, вздохнув.

Покачав головой, как бы сетуя на неизвестную проблему, она просто прошла сквозь дверь, и в коридоре стало темно.

Но - ненадолго. Спустя пару секунд Дверь отворилась, и Кошка, дунув на свечу, пригласила Гостей вовнутрь.

...

Здесь было светло. Свет лился из больших панорамных окон, свет заливал весь кабинет.

Солнце смотрело в окна.

А Он, - Он сидел за письменным столом, заваленным ворохом писем, лохматый, небритый, виновато улыбающийся. В глазах светилась нежная зелень. Белая сорочка была небрежно расстёгнута, и на худой груди болталась, сверкая, старинная китайская монета на грубой верёвке. Тонкие бледные пальцы, увенчанные перстнями, сжимали серебрянный канцелярский ножик.

Он смущённо улыбнулся, встал, попытался кое-как пригладить непослушную шевелюру, - получилось неважно, - и поклонился.

- Добро пожаловать! - сказал Монстр.

- Да-да, уже иду, - пробурчала неизвестно на что растворяющаяся в воздухе Кошка.

Но Монстр не обратил на неё ровно никакого внимания. Он улыбался гостям.

- А мы тут.. Почту разбирали, - он кивнул на конверты, - такая куча её накопилась, почты этой..

Он внимательно посмотрел на Гостей.

- Так, я смотрю, у нас тут и Призраки имеются, и Знакомые Лица! - хитрая улыбка, - Ну да впрочем.. Это уже тонкости.

- ПрИнЦеСсА_ПсИхОв, джордж_который_уизли, microQoSyS, Сладкая_Пирожинка, OnepaTop, inflorescence, thoughtday, душевно рад всех вас видеть в моём Доме! Дом тоже рад, можете не сомневаться! - он озорно подмигнул, - А то, что Сол поломался, - он вдруг жестом фокусника извлёк из рукава ту самую табличку с иероглифами, - так это нестрашно. Не в первый раз, починю его, что поделать.

- Сейчас Ват-У - так зовут Кошку, - принесёт чай. Вы любите чай? Зелёный? А? Я вот люблю. Тем более, что в моих запасах оставался совершенно потрясающий зелёный чай, привезённый, кажется, сто лет назад Кастальским с Цейлона. Ну а вообще, - он развёл руки, словно пытаясь обнять всех Гостей сразу, - я очень надеюсь на то, что вам здесь понравится, что каждый из вас найдёт здесь нечто для себя интересное, и решит задержаться тут чуть дольше, чем навечно, - он снова улыбнулся, - здесь бывает интересно.. И всегда хорошее настроение, и всегда тепло. Здесь вам всегда рады, Друзья! А вот и Ват-У, и чай!

И точно, - из воздуха соткалась Кошка с большим подносом, уставленным пиалами с зелёным чаем.

По кабинету поплыл совершенно потрясающий аромат, сразу заставивиший вспомнить о Поднебесной, о Дворе Императора, о Мудрых Мужах и Прелестных Дамах...

...

Небо за окнами, казалось, стало ещё голубее, чем прежде.