В колонках играет - Пикник - Лишь влюблённому вампиру
Настроение сейчас - Немного болит голова..

*Практически "с пылу-с жару", написан ночью, между 1 и 3 часами ночи*


_________________________________________________________________________



День Святого Валентина.

Февраль в том году выдался на редкость холодным. Зима долго опаздывала, но наконец она дошла до маленького города N, обрушившись лавиной полярного холода, пронизывающего до костей ветра, и жёсткого, хлёстко бьющего в лицо снега.

Они были вдвоём: он и Зима.

Улицы городка были пустынны, а в ночном небе бежали тучи, гонимые ветром, словно заблудшие овцы под кнутом Пастыря.

Это была непростая ночь.

Это была ночь с 13 на 14 февраля, и всё живое мирно почивало в ожидании праздника - Дня Святого Валентина, или Дня Всех Влюблённых, как его ещё называют.

Утром все эти люди проснутся, и на их лицах появятся невольные улыбки. Каждый из них вспомнит о том, кто ему дорог.

Они будут дарить цветы, даже сейчас, в разгар зимы. Они будут дарить открытки и подарки.

И будут расцветать, словно диковинные цветы, улыбки тех, кого они так любят.

И они будут веселы, и будут звенеть бокалы с игристым шампанским, и столь же звонко будет звучать девичий смех.

И даже тот старик, который едва наскребает пару сотен рублей из своей скудной пенсии, - даже он купит своей старушке-жене букетик мимозы, и они, прожившие вместе сорок лет, будут счастливы своим тихим стариковским счастьем.

И будут поцелуи. Сто тысяч миллионов поцелуев даже в этом крохотном городке.

Этим утром Счастье и Любовь придут в каждый дом, и осенят его светом своих белоснежных крыл...

В каждый дом...

Нет.

Не в каждый.

Есть на одной из улиц городка N старый, обветшавший от времени и житейских печалей Дом. Ныне он почти пуст: в нём почти никто не живёт. Из всех его жителей только и остались, что старая кошка, которая уже и сама не помнит, что она кошка, да её хозяин...

Молодой ещё человек, двадцати с лишком лет.

Обычно он любит сидеть в своём старом кресле, поглаживая кошку; ведь для каждого из них нет никого ближе друг друга...

Он довольно молод; но, глядя на его скуластое лицо, обросшее недельной щетиной, на седину в волосах, на его лоб, который навеки прорезали глубокие морщины, на его бескровные тонкие губы, и, особенно, на его глаза, - когда-то живые и весёлые, а ныне - старые-старые, выцветшие, на его безразличный ко всему взгляд, трудно сказать, сколько ему лет. Может, 30, может, 40. А может, и 400.

У него никого не осталось. Ни друзей, которых когда-то было так много, ни врагов, которых не было никогда. Родители его давно умерли, и только старая кошка делила с ним время.

Он живёт, не замечая дней. Для него они слились в бесконечную череду мгновений, заполненных пустотой и безмолвием.

Часы на стене давно стоят...

Иногда он говорит с кошкой, чтобы создать хотя бы иллюзию того, что он не одинок, что он ещё жив...

Но часто, очень часто он думает о том, что его жизнь - совершенно бесполезна и бессмысленна, и тем не менее он продолжает жить.

По инерции.

Иногда он слушает старые пластинки, и через скрип иглы и сипение динамиков до него доносятся старые, давно забытые мелодии...

Но завтрашний день изменит всю его жизнь.

Кошке худо, она болеет какой-то странной болезнью, и он не знает, как её лечить. Да и стара она уже; а что он будет делать, когда она умрёт? Как он будет проводить дни и ночи в полном, иссушающем одиночестве?

Поэтому он принял решение...

И вот, ночь.

И он - бредущий по улице. Сигареты сгорают одна за одной, оставляя во рту непреходящий горький привкус.

"Это вкус моей жизни", - думает он.

Он смотрит на Луну, но ей сегодня нет до него дела. Она ещё слишком молода, а он уже стар...Он даже ей не нужен сегодня ночью.

...

Поземка стелется по заснеженной земле, задувает в рукава его старой куртки. Он кутается в неё, тщетно пытаясь сохранить ещё хоть немного тепла.

"Никто не заметит", - думает он.

Там, если свернуть с его улицы на соседнюю, и пройти её до конца, там начинается лес.

Там чёрные, мёртвые стволы тянут свои руки-ветви к безразличному небу, но небо давно не слышит.

Он идёт по улице, и вспоминает...

...

Улыбка.

Полная радости её улыбка. Смеющиеся глаза. Непослушные волосы, которые вечно лезут в рот при поцелуе...

Губы. Такие сладкие-сладкие, тёплые и нежные.

Тонкие кисти рук, их бледная кожа...

Как у Ангелов.

Он так её и называет - Ангел.

Он счастлив.

Он смеётся.

Он шутит, а на сердце так удивительно тепло, так уютно и хорошо!

Что может быть лучше того? Нет, ничего...

Она называет его Мастером, а себя - Маргаритой. Он - смеётся, он не против, хотя и мягко возражает, дескать, до Мастера ему ещё далеко.

Но она и слушать ничего не желает.

Она целует его.

Он моет посуду, а она так тихо подходит сзади, и так нежно обнимает...И целует. А он сетует на то, что у его руки в мыле; но вот он ловко оборачивается, она смеётся, а он обнимает её, крепко-крепко, словно боится, что у него отнимут этот дар, лишат его всего, что у него есть...

Морок спадает.

Он уже около самого леса.

Он смотрит на часы. Без 9 минут полночь.

Через девять минут наступит Новый День.

День...Именно в этот день много лет назад они и познакомились.

Именно тогда и родилось это пьянящее чувство Всепоглощающей Любви.

...

А сегодня...

Через пять минут начнётся Новый День, и этот День в который раз напомнит ему о том, что они расстались.

...

Неважно, как. Важен факт. Это как приговор: расстались.

Обжалованию не подлежит.

...

Нестрашно, думает он. Скоро всё закончится.

Сейчас он подойдёт к забору из стальной арматуры.

Последний раз вздохнёт, подумает о том, что было.

А потом он ляжет прямо на снег.

...

Ночь холодна. Ночь ему поможет.

Он ничего не почувствует.

Только холод. Ну так, он к нему привык уже.

Потом...Потом тело окоченеет. Остановится сердце. Замёрзнет кровь.

И лишь в зрачках останется негатив лунной ночи, ночи с 13 на 14 февраля...

Он подходит к забору, зачем-то опирается на него.

Пальцы чувствуют обжигающий холод металла.

Как вдруг...

- Эй.. - прошептал ему на ухо кто-то неведомый, дохнув теплом, которое он уже начал забывать.

Он обернулся.

Напротив него стоял юноша немного странного вида.

На нём был странного покроя балахон, и оставалось лишь догадываться, почему он не мёрзнет.

Серебрянные, невероятного цвета волосы шелковистыми волнами ниспадали на плечи, стекали по спине.

Лицо - юное, немного бледное, и такое красивое...

У него захватило дыхание.

Огромные голубые глаза смотрели на него тепло, по-доброму. На пушистых ресницах оседали крохотные снежинки, но, казалось, неведомый незнакомец не замечал их.

- Эй, - повторил он, - что ты делаешь здесь?

Молодой человек со старыми глазами изумлённо смотрел на странного юношу, но, услышав вопрос, смешался и опустил взгляд.

- Ничего.

- Ничего?

- Ничего.

- А тебе не холодно? - юноша смотрел на него заботливо.

- Нет...Мне уже не холодно.

Они замолчали. На какой-то момент стало слышно, как высоко в небесах звёзды перезваниваются друг с другом, словно китайские колокольчики, Инь и Ян.

А потом юноша внимательно посмотрел на молодого человека:

- Ты очень печален. Мне кажется, что тебе очень плохо. Может, я могу что-то сделать для тебя?

- Нет, не можешь. Да и вообще, - молодой человек покраснел, - какое тебе дело?! Откуда ты вообще взялся здесь, в эту холодную ночь??

Юноша улыбнулся.

- Какая разница? Это моя ночь.

- Как это - твоя ночь?

- А так. Ты знаешь, какой завтра день?

Молодой человек облизнул пересохшие губы.

- Знаю. И что с того? При чём тут этот день?

- А при том, - юноша улыбнулся, и протянул молодому человеку тонкую, бледную руку, - меня зовут Валентин.

Молодой человек не ответил. Он не знал, что ответить. О лишь аккуратно пожал хрупкую кисть юноши, назвавшегося Валентином.

- Ты мне не веришь, - Валентин немного печально улыбнулся, - как жаль...

- А с чего я должен тебе верить? Да и потом...Даже если тебя так зовут, это ещё ни о чём не говорит. И хотя я и не помню тебя в нашем городке, но это неважно.

- Ещё как важно! - воскликнул Валентин, - но ты...Посмотри на себя. Кем ты стал?..

- Какое тебе дело до этого...

- А вот есть дело! Как же ты стал таким? Ты же никогда таким не был. Ты был весёлым, жизнерадостным, оптимистичным! Ты почти никогда не унывал! А теперь, посмотри на себя! Во что ты превратился...

И по щекам этого странного юноши потекли горькие слёзы..

- Эй...Почему ты плачешь? Слушай, не плачь...Мне становится как-то не по себе...

- По..Почему?

- Потому что я вспоминаю её..Она никогда не плакала, почти. Но иногда лишь крохотные слезинки катились по её щекам, вот совсем как у тебя...И я не мог найти себе места; я готов был сделать что угодно, но я не знал, что мне сделать, чтобы она не плакала, чтобы она улыбалась!

Валентин посмотрел на него глазами, полными слёз, но - улыбнулся.

- Значит, - сказал он, - значит ты ещё не погиб...Но ты хочешь погибнуть! Почему??

- Моя жизнь потеряла смысл. Я никому не нужен. Я никто и ничто. Единственным существом, любившим меня, была моя кошка, но она больна, она умирает...Я остался совсем один. Через полторы минуты начнётся Новый День, но в нём мне нет и не будет места. Поэтому...Я решил..

- Постой! - Валентин взял его за руку; его ладонь была тёплой, несмотря на то, что казалась высеченной из льда, - погоди. Я..Я хочу помочь тебе, хочу...Сделать подарок. Именно в эту ночь я могу сделать тебе подарок. Ты же не откажешься от подарка? - в голубых, как льдинки, глазах мерцала хитринка.

- Хм.. - молодой человек задумался. Чем бы не оказался этот подарок...Ему ведь всё равно больше нечего терять.

- Эм, ну что ж..Я..Я приму твой подарок...

Валентин рассмеялся, - звонко, переливчато.

- Будто ты делаешь мне одолжение! Ну да ладно, что уж с тобой сделаешь, - он улыбнулся, и сказал, - закрой глаза. Ну, давай же!

Молодой человек подчинился.

Тут же он почувствовал, как тёплые ладони опустились на его глаза.

И стало теплей.

- И что, это весь подарок? - спросил он, и осторожно взял в свои руки две тонкие, белокожие ладони...

- А какой бы ты хотел получить?

Голос был до боли знакомым и родным.

"Не может быть!!"

Он обернулся, и теперь во все глаза смотрел на неё.

Она была такой же, как и тогда.

Когда они были вместе.

- Не может быть... - ошарашенно прошептал он, не веря собственным глазам, - это...Ты?? Это правда ты??

- Конечно я! - девушка рассмеялась звонким, мелодичным смехом, - а кого ты ожидал увидеть?

Он не ответил.

Он заключил её в объятья, и шептал, зарывшись в рыжих волосах:

- Я думал...Я боялся...Что я тебя потерял...Что ты не со мной...Я так люблю тебя! Не оставляй меня, прошу!

- Глупый, - прошептала она, - с чего ты это взял? Я никогда не оставлю тебя. Я всегда буду с тобой, ты же мой Мастер! А я - твоя Маргарита, помнишь? Нам суждено быть только вместе, - заключила она, и поцеловала его.

А он потрясённо молчал. Он всё ещё не мог поверить в то, что это происходит на самом деле.

Он вдруг взял её за плечи, и посмотрел в голубую бездну глаз. Она смотрела на него несколько удивлённо.

- Что случилось?

- Это...Это ведь правда ты?? Ты ведь не исчезнешь, ты не пропадёшь?? Никуда???

Она ласково улыбнулась:

- Мой бедный...Что же с тобой произошло? У тебя прибавилось седых волос. Ты держишь меня так, словно боишься, что я пропаду, исчезну. Но я не исчезну, верь мне! Я ведь с тобой. Я всегда буду с тобой, что бы ни произошло. А сегодня - Валентинов День! Помнишь, как мы познакомились?

- Конечно помню! - он радостно рассмеялся, впервые за много лет, - я всё помню! И сцену, и твою смешную "матроску"...И стихи, что ты читала. Это была Цветаева, да? Да, точно. Цветаева. А я смотрел на тебя из осветительской, и чувствовал, что ты тоже смотришь на меня...Я помню всё, хоть иногда мне кажется, что я повредился рассудком.

- Эх ты, "повредился рассудком", уж конечно! - она рассмеялась, и взяла его руку, такую морщинистую и смуглую, тяжёлую руку в свои хрупкие бледные ладони, и прижала её к своей щеке.

- Чувствуешь? Я здесь, я с тобой, и ты со мной. И всё хорошо. Ложись! - она смущённо улыбнулась, и он, улыбнувшись в ответ, лёг на небольшой диванчик. Она легла рядом, прильнув к нему, приобняв его, как ребёнок.

И если где-то существовал мир, и может, даже не один, ему сейчас было абсолютно всё равно. Он снова был счастлив. Он снова был любим. И ничто, ни одно чувство не могло сравниться с тем, что он чувствовал...

Солнце заглядывало в их окно...

...

А на утро...

- Эй, ребята, тут человек лежит!

Четверо крепких ребят в куртках подбежали к своему товарищу:

- Чего ты там?..Ох, твою мать...

- Бля, милицию вызвать надо, что ли...

...

А он лежал у забора, на снегу.

Тело его давно окоченело, стало белым от холода.

Но на замёрзших губах навсегда застыла блаженная улыбка. Улыбка счастливого человека.


А в его светло-голубых глазах отражалось Солнце Нового Дня.

(27.02.2007 © Monster)

Как вам?