В колонках играет - Би-2 - СчастьеНастроение сейчас - Окейное...очень тихо вокруг. Хрустит только под ногами снег, да звёзды над Домом Монстра перезваниваются друг с другом, как Инь и Ян, как китайские колокольчики...
...Дом бесшумно распахнул двери перед Гостьей, и зажёг маленькую свечку на столике у окна. Тут же, открыв крохотную дверцу в стене, вышла Кошка. Одета она была в тулупчик без рукавов, и в лапке она сжимала ещё одну свечку в бронзовом канделябре.
- Здравствуйте, - Кошка кивнула Гостье, - заходите, заходите, у нас тут, правда, немного прохладно..Хотите, я вам шаль дам? Ничего, пойдёмте, там у Хозяина и очаг, и пунш я приготовлю, обогреетесь...
И они отправились по тёмному коридору к двери тёмного дуба...Кошка освещала дорогу; огонёк свечи выхватывал из темноты стен очертания странных картин в старинных рамах, книжных шкафов с сотнями старинных фолиантов..
Но вот и она - дверь. И Кошка не успела даже занести лапку, чтобы постучать, как дверь открылась.
На пороге стоял сам Монстр. На плечи он накинул дублёнку, - в комнате было прохладно, несмотря на горевший в очаге огонь.
- О, приветствую тебя,
Sleepygirl, в моём Доме! Рад тебя видеть здесь! - он укащал на кресло у очага, - прошу тебя, присаживайся к огню, здесь хоть немного, но теплее, - он сел в кресло, и подкинул ещё дров в очаг, - а всё Ветер, зараза...И главное, сильное заклятие наложил, даже Кошка снять не может. Так что перешли мы вроде как на зиму окончательно.
Ну чтож, - он хлопнул в ладоши, и явилась Кошка с подносом, на котором дымились чашки с пуншем, - поставь на стол, ага, спасибо, можешь идти, - Кошка откланялась, и исчезла, а Монстр продолжил:
- Ну чтож, я надеюсь, что ты не пожалеешь о том, что заглянула ко мне на огонёк! Пей пунш, а то остынет. Я думаю, что Ветер не будет настолько нагл, и заклятье снимет. В конце концов, я слишком много для него сделал...Ну-с, это ничего, пройдёт, и снова станет тепло...Ну а там и до весны недалеко..
Я надеюсь, что тебе здесь понравится, и ты не заскучаешь. И, найдя здесь для себя нечто интересное, быть может, ты останешься здесь чуть дольше, чем навечно...
И, - он поднял стакан с пуншем, - моё почтение!