Венчание в соборе новой генерации
Наркисс Наркисычей и Кукол Барби
наблюдать с близиру - весьма печальственно жалкое назирание:
не ведают, как в храме и шагу ступить,
зато все знают, что на растеленное у аналоя
белое полотенце
надобно ступить самой первой:
кто из молодоженов ступит первым,
тот и будет первенствовать и в доме, и в семье.
"Жена да убоится мужа своего!" - окончание апостольского чтения
восприемлется всеми с кривой усмешкой:
"Ещё чего, этого пай-мальчега, да и мужа объевшегося груш ещё и бояться?"
Молитвы, читаемые священником: "Венчай их в плоть едину!"
и имеющие отношение к добрачному целомудрию,
абсолютно не к месту - добрая треть барышень в фатах
и туго утянутым пузом
уже на сносях и весьма близки к разрешению.
"Живота просиша у Него, и дал еси им!" - вот уж точно.
Однако самая церковная "веселуха"
починается когда (то ли от волнения,
то ли от близости срока)
под невестой образуется лужица: отходящие воды,
ниспадающая в обморок мамзель,
и никто из родителей и дружек
не ведает куды бечь - то ли за скорой,
то ли за доктором...