"Святая Русь крещена, но не просвещена!" -
заглавный нерв творчества
академика Евгения Евстигнеевича Голубинского,
постоянным лейтмотивом
проходящий сквозь его "Историю русской Церкви",
сначала горечливо был повторен Николаем Лесковым,
а затем, пред богоборной русской революцией,
и вовсе позабыт вместе с именем его автора.
Евгения Голубинского, как и его критической методы,
в русской богословской мысли,
как и в русском православии,
никогда не любили,
хотя, именно он первый
на фоне историков-глянцевиков
и возглаголал о порочности,
сложившейся в отечьей церковности традиции -
крестить без евангельского просвещения.
Именно только сие и объясняет
причины многовекового русского "двоеверия",
силу язычной землицы
в ткани национального "христианства",
бытовой жестокости, чиновного произвола
и того, что Николай Павлович Романов
выразил одним токмо монарше сарказным словесе:
"Крадут-с, все крадут-с!".
"Крещение без просвещения" отчасти и изъясняет
богоборную беспощадность
страшного русского бунта октября 1917-го.
Массовое крещение Руси,
без всякого надлежащего просвещения,
снова повторилось в самом начале 1990-х
во вдупель разворованной державе
с ещё большей безответственностью
и наступанием на старые предапокалипсные грабельки...