Столь трагикомичная история
в знаменитом Доме на набережной
могла бы и вовсе не случиться,
не сверши на старости лет
Юрий Леонидович Шевченко
онтологическую ошибку -
приобщив себя к стану кутейного сословия.
С людьми светскими
советские архиреи предпочитали "не собачиться",
зато в отношении к колокольному люду
деспоты совдепной выучки
никогда не церемонились:
на то ведь они и холопы,
чтоб барину драть с них по три шкуры.
Сколько на моей памяти священников,
не щадя живота своего,
отдавших себя и своё здоровье
на возрождение повапленных
церковных стен.
И что же? Едва храм превращается
в лубочную - с иголочки - картинку,
да ещё отстраивается батюшочком
добротный дом неподалёку,
и что же происходит далее?
"Хорошо строишь, отец,
езжай строить тяперича
ещё чуть далече!" -
и "отец строитель" снова отфутболивается
деспотным сапожком,
скитальчествовать, аки цыган,
по епархиальным углам.
Точно такая же - тютелька в тютельку -
история случилась с парижским отцом Николаем Озолиным,
приехавшим по зову сердца в Россию
возрождать духовную жизнь в Кижах,
а теперь в его доме живет, не тужа,
петрозаводский владыченька,
выпнувший французского романтика восвояси.
Пять лет назад
одна знаменитая богомазная бригада
расписала, по настойчивому приглашению,
тогда ещё митрополита Кирилла Гундяева,
кинигсбергский собор.
И что же? Принимая иконостас, деспота Кирилл
топал на московитых богомазов ногами,
кричал, что он пред этой "мазнею"
молиться не собирается!
И что же далее? А далее освященный иконостас
и доселе продолжает стоять на месте святыни,
а самим господам иконописцам,
из щедрой на посулы
деспотной мошны,
за их шестимесячный неразгибон
не было заплачено ни копейки.
Их просто "кинули" и "развели",
как раз примерно на ту сумму,
какая и вытряхивается нынче
"сестрицей патриарся"
из протопопа Георгия Шевченко...