Пока на Захидной Украине
православие рушилось,
точно колосс на глиняных ногах,
новый патриарсь Алексий,
являл себя в столице московитов,
во всём блеске "административной грации":
прежде всего он привёз из Ленинграда,
с собою в Москву
свою верную пёсу - Епифаниху:
"Когда мы говорим - владыка Арсений Епифанов,
то подразумеваем конечно же Святейшего,
да и сам наш горячо любимый
самых последних времён патриарх
озвучивает порой сокровенные мысли
своей теневой стац - секретарши.
Именно "Епифаниху",
не желая бросать тень на Святейшего,
московиты корят,
а порой и гневно объвиняют,
достигшей в Москве неслыханных размеров,
в разнузданой симонии и торговле приходами,
в разгроме и выдавливании дельных церковных общин.
Именно на "Епифаниху" возлагают вину
в общей клирикализации Церкви,
и в продвижении в неё
новой епископской генерации,
так называемого "голубого лобби".
Чтож порой и сам Святейший
сердился на владыку Арсения,
и говаривал ему прямо в глаза:
"При таком диагнозе лечиться надобно!"
А ведь всё таки и Петра Ильича Чайковского
мы любим ведь "не только за это"...!
Что греха таить, и я когда то написал
про "архирейски бабье" в нашей церковности:
"Таже "сыновняя" умиленность,
"со слезами на глазах",
собачья благодарность,
пожизненный девиз - "Без лести преданный!"
(бес, лести преданный!).
Та же иммитация кухонного активизма, -
"не разгибая спины",
"не покладая рук" -
"рубка леса" -
верчение маховика "мясорубки" -
"всю ночь напролет, в его кабинете горел свет",
и все это -
ради "семьи",
"святейшего",
"владычиньки",
"во благо государства и Церкви".
Та же гремучая смесь,
как в "слезе комсомолки" -
вальяжной барыни,
железной Маргарет Тетчер,
преуспевающей "businesswoman",
идеальной хозяйственницы на "скотном дворе",
как и свойственно председательнице колхоза -
с обязательным матерком...
Тот же кухаркин вечный страх,
что "вытолкают взашей",
что "отольются волку коровьи слезы",
и потому - та же кухаркина набожность в духе:
"Святая блаженная Матроно, моли Бога о нас!""
http://kalakazo.livejournal.com/355313.html