На протяжении двадцати лет "никодимовщина" из Церкви
выжигалось калённым железом,
никодимовских ставленников старались задвинуть
в страну Макара и его телят.
Никодимовец - ведь это же непременно
"выскочка" и честолюбный "каръерист",
на каком и печать то ставить уже некуда,
к тому же ещё и "обновленец" и "тайный католик",
"чекист в рясе" и "фармазон".
Никодимовщиной , словно бубонной чумою
оставался заражённым Ленинград,
ленинградкие духовные школы,
о коих в стане московитов
с ужасом свидетельствовали
как о разлагающей всё и вся
помеси борделя с рюмочной.
О никодимитской партии
ходили упорные слухи, как о "голубятне",
загоном для них оставался ОВЦС,
о коем невыездное духовенство,
тоже отзывалось с нескрываемой брезгливостью.
И ныне бодрствующий ещё владыка N,
в самом начале 90-х,
повторив присловье Василия Аксёнова,
про то что разложенные изнутри комсомольцы - добровольцы,
и оказались "могильщиками СССР",
прибавил:"А ведь знаешь - тоже самое может случиться и с Церковью,
стань у её кормила кто - нибудь
из Никодимовых птенцов..."