Ветр на Камерском брегу, несёт опавшие сухие листья -
здесь тоже осень, впрочем больше смахивающая на питерское лето,
а русской речи кругом, как и простите, русского мата,
не становится меньше: колонизировав южный Кипр,
французистую Ривьеру, гишпанскую Марбелью,
русские пятой колонною тихосапно
пробираются и на берег турецкой,
сначала заполонив собою все прибрежные пятизвёздники,
и напористо вытеснив отудова деревенскую немчуру из Швабии,
французиков из Оверни и англичан из Манчестера,
а затем уже принявшись скупать подряд турецкую недвижуху.
Что вы хотите: русская обшина постоянно проживающих
только в Анталии, прилижается к доброй сотне тысяч обывателей.
В Кемере тоже появились русские кварталы,
русские ресторации и русские магазины,
с малосольными огурчиками и чёрным хлебушком,
русские мамочки, гурьбою тягающие коляски
с русскими детками по променадам,
и пухлявые русские битюги,
с златыми цепями на дубе том,
в коротко исподних шортиках
на попах 68-го размеру,
и орливо на всю турко Ивановскую,
управляющие своим "русским бизнесом"
по мобилам, ест-но, на нашем родимом пятиэтажии...