Герман Александрович Лопатин - народоволец,
18-тилетний Шлиссельбургский сиделец,
и первый переводчик "Капитала" на родную речь,
доживал дни свои в петроградском доме на Карповке
"Об-ва для пособия нуждающимся литераторам",
откуда в голодном 1918-м,
за неприятие большевисткого переворота,
на 73-м году своего одиноко прескорбного бытия,
и был вместе с Верой Ивановной Засулич,
без корочки хлебушка,
выдворен помирать на улице:
"Черный вечер. Белый снег. Ветер, ветер!
На ногах не стоит человек...
А это кто? - Длинные волосы
И говорит вполголоса:
- Предатели!
- Погибла Россия! -
Должно быть, писатель -
Вития..."
http://www.liveinternet.ru/photo/kalakazo/post18801975/
В самом начале 20-х,
раздавив "белогвардейскую гадину",
Владимир Ильич вспомнил вдруг
и о своём "великом учителе" - Георгии Плеханове,
и о других великих покойниках - "предшественниках",
дружным раскачиванием имперской ладьи,
приближавших 1917-й.
Биографии ленинцев оказались слишком скудны
и на героизм и на марксисткую "учёность",
почему лики Плеханова, Засулич, Лопатина -
большевицких "врагов",
нежданно вошли в революционный "канон",
а их имена запестрели по всей эСССРии,
на градских першпективах и улицах,
запечатлелись на университетах и школах,
пионерских и комсомольских "ячейках" -
жуткая, по сути своей, романтизация
нигилизма и государева террора...