Я наконец-то поняла, за что не люблю читать Снейджер.

Нет, как персонажи мне нравятся и Снейп, и Гермиона - и я даже допускаю, что Грейнджер действительно похожа на Лили Эванс, и на этой основе у них с любимым всеми слизеринцами деканом может получиться роман. По крайней мере, это выглядит куда логичнее и естественнее, чем многие другие популярные пейринги.

Все дело в том, как подобные отношения представлены в фанфиках. И все, вроде бы, начинается хорошо и интересно - и сюжет выбран достойный, и к книгам прочно привязано, и качество повествования не из самых низких... Мне нравится и сострадательная, мягкая Гермиона, у которой в начале обычно с чувством собственного достоинства все в порядке, и холодный и бесчувственный Северус, умудренный несчастливым детством и якшанием с Пожирателями, вследствие чего утративший веру в любовь. Почему бы не довести в таком же духе до конца то, что вы пишете?

Но как только я вижу в фанфике то, что будет представлено ниже, у меня отпадает всякое желание читать дальше. Вот оно:

"- Оставьте меня в покое! Убирайтесь! Я хочу поговорить с Гарри! Ничего лишнего, никаких посещений, просто поговорить! Он беспокоится за меня, как вы не понимаете?! Хотя, - Гермиона презрительно скривилась, - откуда вам понять? Вы ни о ком никогда не беспокоитесь, вы просто кусок железа - бездушный, холодный и... и ржавый!
- Какая познавательная истерика, - Снейп оперся плечом о спинку кресла. - Продолжайте, мисс Грейнджер. Всегда любопытно узнать, что думают о тебе другие.
- Вы... вы... - Гермиона задохнулась. Ей вдруг стало так горько, и одиноко, и невыносимо в этом враждебном доме. Гарри, милый Гарри... Как же ты мне сейчас нужен, как же я хочу тебя увидеть... Хотя бы увидеть! А он сидит напротив и ухмыляется, и глумится, и паясничает. Так бы и стерла эту наглую ухмылочку, так бы и залепила пощечину!
- Вы мерзкая, грязная, уродливая гадина, - прошипела покрасневшая от бешенства Гермиона. - Лучше бы я оставила вас подыхать в том подвале, и не варила вам никаких зелий, и не жалела вас, и не совалась в Лютный переулок, рискуя сломать шею, и не... ненавижу! Как же я вас ненавижу! Вы просто старое, неблагодарное, червивое барахло, вот вы кто! Бессердечный, жестокий... Уходите! Оставьте меня!
Гермиона закрыла лицо ладошками и неожиданно разрыдалась.
Сквозь глухую пелену рыданий услышала, как он поднимается на ноги, и его шаги стихают в коридоре.
- Ненавижу, ненавижу, - всхлипывала Гермиона, вытирая глаза, но слезы набегали снова, и снова, и снова. И бороться с ними не было сил. Слезы отчаяния, безнадежности и глухой, затаенной тоски. И одиночества. Рядом с НИМ одиночество ощущалось так остро, так пронзительно, что хотелось выгнуться дугой и взвыть. Она предала своих, чтобы стать ненужной чужому человеку. Чтобы раз за разом, день за днем он отталкивал ее, напоминая, где ее место. Чтобы мучаться бессонницей, ожидая неминуемого конца. И было трудно понять, что пугало ее больше: арест, Азкабан, дементоры, или то, что дни, проведенные в ЕГО обществе, практически сочтены? Чего она боялась больше: лицом к лицу столкнуться со страшным приговором Министерства и друзей, или уйти, чтобы больше никогда не услышать его бархатного, изумительного, обволакивающего голоса?
Хлюпая носом, Гермиона кое-как поднялась с колен.
Он ушел. Так ей и надо, дуре. Держала бы свои истерики при себе. Она оскорбила его, и теперь это точно конец. Не важно, что и начала не было. Важно, что у нее был шанс заинтересовать его... ну, хотя бы в качестве помощницы? Она еще толком не обдумывала идею, но мысль предложить ему свою помощь в какой-нибудь научной работе у нее уже возникала. А теперь? Куда она теперь? Что она ему наговорила?! Мерлин, как плохо...
Поникшая и измученная горестными мыслями, Гермиона поплелась к бару. Достала открытую бутылку вина, выдернула зубами пробку из горлышка и сделала отчаянный глоток. Огневиски ободрало горло и прокатилось по пищеводу языком пламени. Гермиона закашлялась, слезы снова потекли из глаз. Кое-как отдышавшись, хлебнула снова. По телу разлилась приятная, согревающая истома.
О, нет, она отнюдь не собиралась напиваться. Два глотка - и точка. Зато мысли в голову полезли самые разные. Мозг прояснился, сбросив тонну ненужных сантиментов, и заработал в правильном направлении. Самым правильным было пойти и извиниться. Может, на трезвую голову идея выглядела бы и не очень привлекательно, но сейчас она казалась чертовски удачной. Она дождется утра, как следует подготовится, и все пройдет без сучка, без задоринки. Снейп просто не сможет ее не простить. Он же такой... такой...
Гермиона хлюпнула носом. Ладно. Так она и сделает."

Взято из фанфика Элли "Третьего не дано".

Простите меня, но это идиотизм...