В марте 84-го в отдаленном московском районе Бескудниково милиция провела показательную акцию по ликвидации «несанкционированных» рок-концертов, арестовав музыкантов группы «Браво». Операция разрабатывалась на Петровке, 38, а поводом послужили изготовление и продажа местными комсомольцами 400 (!) фальшивых билетов на концерт популярной группы. Но в итоге устроители концерта отделались легким испугом, пострадали только музыканты: за нарушение паспортного режима Жанна Агузарова была водворена в ИТК, где провела долгие девять месяцев. В это время группа пыталась выступать без солистки, но это не имело продолжения, не удалось полностью сохранить и старый состав.

Александр Агеев рассказывает: «Я тоже там был, когда винтили «Браво». Меня привезли вместе с музыкантами в ту ментовку в Бескудниково, куда всех свозили. Меня почему-то засосали в последний вагон, где замерзшая Жанна тряслась от холода, где все ребятки-музыканты были. Нас привезли туда почему-то после зрителей. А задействованы были страшные силы! Там были люди не только из ментуры, но и из КГБ - но это того не стоило. В ментовке я видел школьную доску, на которой было написано «План операции «Концерт» и был начертан план зала.

Какие-то стрелки вели от входов к выходу... Но вообще на концерте была не очень хорошая обстановка. Сам концерт был очень хорошим. «Браво» прогнало два раза свою программу, потому что у них было всего семь песен, то есть менты разрешили отыграть программу, но второй концерт, естественно, не состоялся. Там ведь должен был быть еще второй концерт и они свозили пипл и со второго концерта. Но действительно в зале в открытую пили много портвейна и это дало ментам козырей, потому что они говорили: «Ну вы же видели, что прямо при вас пили?! И даже не только из стакана, но и прямо из горла...» Крыть, честно говоря, было нечем. Раньше мы тоже пили, но в туалете, потихонечку, или, как в Америке, из какого-нибудь пакета! А тут просто народ разыгрался! И это было, конечно, на руку ментам. И получилось такое культовое, можно сказать, событие. В отрицательном плане, конечно...

И потом еще аналогичный случай был в ДК имени Русакова. Тогда продали билеты на «Аквариум», сказали, что будет два концерта, но пел Градский: он как бы их заменил. Есть даже знаменитая фотография, на которой изображен ДК имени Русакова и на его стене висит афиша, сообщающая, что концерт отменяется в связи с неявкой группы. И на фоне этой афиши стоит весь «Аквариум».

То есть концерт все же состоялся, но все уже были обломанные и Градского слушать было не в кайф, хотя он клево тогда спел. Он, кстати, спел одну очень классную песню про то, как обезьяна торгует гнилыми бананами - по тем временам это было очень круто, за такие тексты могли и Градского замести. Но он уже был членом Союза композиторов и его трудно было взять. А «Аквариум» легко. Это концерт мне запомнился тем, что он шел по той же схеме: первый концерт был проведен и по его итогам были какие-то действия проведены, а второй концерт был запрещен, и тоже пытались собрать показания с публики...»

Лидер «Рубиновой Атаки» Владимир Рацкевич вспоминал, как его группа однажды выступала в Подмосковье и организаторы концерта сначала продавали билеты на два концерта, но потом решили объединить оба концерта в один. Туда набилась куча людей и ясно было, что добра от этого ждать не приходилось. Разумеется, вскоре там появился участковый: «Тут выступает «Рубиновая Атака»? - «Нет!» - смело отвечает Рацкевич, группа которого тогда называлась «Цитадель». – «А что это у вас на барабане написано? «Цитадель»? – спрашивает участковый. Но Рацкевич и тут нашелся: «А это - фирма, которая делает барабаны. Есть барабаны марки «Премьер», есть «Тама», есть «Энгельс», а это вот «Цитадель», это такая фирма музыкальных инструментов. А вообще у нас просто устный журнал...» - «Ну, ладно!» - проворчал милиционер он и повернулся, чтобы уйти со сцены, но в туда с совершенно обалдевшими глазами влетает светорежиссер и кричит: «Ребята! Атас! Менты в зале!» Участковый никак не реагирует на эти слова, только холодным голосом говорит: «Не паясничай!» - и уходит. Потом он, конечно, вдруг понял, что происходит что-то не то, но в итоге он заставил Рацкевича отыграть отделение:. «Чтобы беспорядков здесь не было! А потом сразу уезжайте!»

Фрагмент из книги Владимира Марочкина и Андрея Игнатьева «Хроноскоп русского рока»