Канва четвёртая.
"Всё тяжелее сердце билось,
И жизненный мой тонус сник...
Но... Чу!.. Тут Женщина явилась.
Она мне подала язык!" - писал берсерк Тартарен в блокноте, когда к нему вломился Труба.
- Одолжи дензнаков! - проблеял Труба. - У меня ломки аццкие. Сейчас сдохну если не вмажусь.
- Ну так сдохни. - ответил Тартарен.
- Ты не понимаешь, - блеял Труба дальше. - Я не торчь, я - поэт, а масть мне нужна для вдохновения.
- Но я пишу стихи и не травлюсь наркотой. - сказал Тартарен. - И все мои друзья пишут стихи без допинга, без наркотиков.
- Так вы - педики? - совершенно искренне, удивлённо спросил Труба, на секунду забыв даже о ломке.
Тартарен не удостоил его ответом, а просто вышвырнул прочь.
Однако Труба разозлил. Сосредоточится вновь не было никакой возможности, и Тартарен позвонил Убийце. Телефонный звонок разбудил Убийцу.
- Представляешь, если ты не порешься в жопу и не употребляешь наркотики, то оказывается и стихи писать не можешь! - возмущённо кричал Тартарен только-только проснувшемуся Убийце.
Убийца сомнамбулически открыл Книгу Жизни и написал строфу 41: "Не употребляй наркотики, не порись в жопу. Пиши стихи".
В колонках играет: Green Day - Waiting

LI 5.09.15