Стрижи внезапно улетели,
Из озера торчит острожина,
С Ильи все краски потускнели,
Рассвета молоко створожено.
И нехотя с любого ракурса
Встают измученные виды,
И звездный дождь сырого августа
Свербит, как прошлые обиды.
И не царицей — самозванкою
Грядет, и путь ее несносен,
Бунтуя пестрядью цыганскою,
Несогревающая осень.
2
Опять трагедия нагрянула
И выплеснулась из глубин
Распятиями рощ багряными,
Кровавой жертвою рябин.
С холмов сентябрьских, что с голгоф своих,
Омытые косым дождем,
Растерзанно древа безмолвствуют,
Лишь обнажаясь с каждым днем
Все благостней, все несказаннее.
Немного, и придет она
За утренников помазанием,
Целительница-тишина.
В свои смиренные обители
Прими, о тайная краса,
Которой песнословят зрители
И рукоплещут небеса!