Видимо, тут уже ни для кого не серкет, что я подсел на браузерную игрушку Time Zero.
Но мне искренне нравится тот мир. Он глубоко проработан и он живой. Он меняется. Строятся и разрушаются города, экономика полностью зависит от игроков, идут войны, есть внешний враг, мобилизуются добровольцы, отчаянные наёмники, сталкеры и корсары меряют пустыни и снега постъядерного мира сапогами и не стесняясь в средствах выясняют, кто кого должен обходить.
Я приживаюсь там. Со скрипом, как всегда проходя испытания на изломоустойчивость и стойкость.

И вот представляю вашему вниманию серию рассказов.
Это дневник моего персонажа ТЗ. Его путевые заметки. Его наблюдения.

Рассказ "Благословение Святого Рандома. Проклятая шахта." Первая часть.

Я нашёл её! Легендарную самоцветную шахту Горячих Песков, куда забрёл случайно, пройдя по тоннелю, когда спасался от мародёра-убийцы.
Господи, Случай, как ты коварен...
Сколько недель я шёл по пескам-и уже отчаялся. Но когда в бинокль увидел знакомый тысячелетний бархан...
Вода на исходе. Еды нет. Очень надеюсь, что дотяну до шахты. А там навялю крысятины и найду источник воды.
Да благословит меня Святой Рандом...

Какая нелепая смерть меня ожидает! Но по порядку...
Я нашёл её. Ах, да, я говорил. Шахта Горячих Песков, легендарная самоцветная шахта...
Я нашёл её. Я побывал там. Шахта Горячих Песков-постине золотое дно. Самоцветы и золото-как из рога изобилия. Источника воды я так и не нашёл-но конденсат на стенах штолен... Я задержался в шахте надолго. Я охотился на крыс и вялил их мясо. Нет ничего приятнее, чем нежное мясо крысы-мутаната с кровью после недель пути по пустыне, кишащей вжиками и стичами.
В шахте были уасные условия. Подземный газ в некоторых штольнях вызывал галюцинации, а у меня не было даже противогаза. Респиратор шлема не справлялся. Но я продолжал работать как заведённый. Мысль о том, что скоро мне хватит денег на тот комплект сервоброни, на который я облизывался уже три месяца, подогревала меня и я снова и снова уходил в забой.
Я добыл в шахте алмазов, яшмы и рубинов на сотни монет. На тысячи монет! Я был богат, как никогда. Помятуя слова моего старого учителя Хенра, оставшегося так далеко-в Воулте, я не стал набивать рюкзак под завяку и расстреливать последние боеприпасы. Я бережно съэкономил все выстрелы к гранатомёту, захваченному на всякий непредвиденный случай. Ах, если бы я собрал из них камулятивный резак-сколько бы ещё драгоценного сырья удалось бы добыть... Но нет. Я отправился назад. В Оазис. По дороге пригодился гранатомёт. Я добрым словом помянул старого шахтёра Хенра. Гранатомёт дал мне шанс против кошмарного монстра. Он двигался под землёй и я едва успел отскочить, когда пасть, полная зубов, разверзлась прямо под моими сапогами! Но три выстрела из гранатомёта прикончили мутаната...
А черех два дня меня нагнал джип. Я пытался бежать-но джип ехал быстрее. Я пытался спрятаться. Но в шлеме мародёра был, видимо, встроен детектор жизнеформ. И когда я, обессиленный и отчаявшийся, упал на песок и потянулся к грантомёту с последним выстрелом в тубусе, меткий выстрел мародёра отшвырнул шайтан-трубу. Как не детонировал выстрел-ума не приложу.
А до города оставались всего сутки ходу.
Последнее, что я помню в этой стычке-тупое фильтр-забрало шлема незнакомой модификации и дуло винтовки, смотрящее, казалось, прямо в душу. Выстрел. Я теряю сознание от рванувше грудь боли.
Я пришёл в себя ночью через несколько дней. Я лежал, полуприсыпанный песком. Расколотый шлем сполз на лицо, чем спас глаза и нос от полного выгорания. Треснувший нагрудник, спасший мои лёгкие от лишних дырок, больше никуда не годился. Рюкзак пропал. При мне остался только полуразбитый АПС без патронов, которым, видимо, побрезговали, вакидзаси, воткнутая у изголовья и мой верный боевой кинжал. За голенищем тяжёлого керамито-стального сапога, незаменимого в штольнях, но такого не удобного в пустыне.
Я был жив. У меня были сотрясения, контузия, множественные переломы рук, ног и рёбер. Меня ограбили и перехали джипом. Я должен был умереть. Неизвестный мародёр посчитал мня мёртвым и даже "похоронил". Кстати, нашейный мой крестильный крестик-единственная память о матери остался на месте. Хоть что-то святое у этой гнусной крысы-мародёра нашлось.
Я пополз к городу. Какой-то сталкер помог мне добраться до купола и почти на плечах донёс до больницы.
На последние деньги я оплатил лечение.

А сейчас я нахожусь недалеко от Оазиса. В шахте Старая Пустыня. Всего половина дневного перехода!
Я, что называется, попал.
Спустился я сюда потому, что мне срочно нужны были деньги. Хоть на новый бронежилет!
Но, как видно, не судьба. Мой рюкзак полон руды. Мой пистолет снова заряжен. Впрочем, наверное, скоро я уменьшу боезапас любимого АПС на один патрон...
А дело было так.
В штольне я наткнулся на целый выводок здоровых крыс-мутантов. Я бился со всей яростью, вкладывая в каждый удар всё до грана умение, всё, чему научился под жестокими и холодными сводами многих шахт. Но маленькая крыска кинулась на меня со стены. В спину. И надкусила ярёмную вену. Я попытался зажать рану-и тут же был укушен прямо под голенище. Обширная рана, которую нечем перевязать, которую нужно шить. А шить нечем. И до выхода из шахты идти часа три. А я не могу даже стоять.
Всё же крыс я перебил. Но кому теперь нужна эта победа?
Я звал на помощь. Но никто меня не услышал. Трясущейся рукой я дописываю это. Крови осталость так мало...
А Стечкин-такой надёжный товарищ... Надеюсь, мне ещё хватит сил спустить курок.