Настроение сейчас - Лирическое

Лед.
Зима во всем великолепии, её ледяной поцелуй. Поцелуй изменившей жены или забытой подруги. Почему зима так радует меня? Почему столь отрадно это серое небо по утрам, штрихи теней, стволы деревьев – черные чернила на белом полотне, растянутые в длинные витиеватые полосы, заставляют меня трепетать в восхищении? Заставляют ощущать всю полноту, каждое движение в круговороте лиц, имен, знаков, каждую снежинку, каждое дуновение ветерка – все это вызывает во мне тоску. Зима кончилась. И это означает, что наступила весна.
Весна, какая же ты дрянь, как я тебя ненавижу... прелестница, сверкающая солнечными улыбками в первых ручейках, на грязных остатках снега, в вымытых начисто окнах, в глазах людей. Ты неверная сучка, Весна, ты легкомысленная и глупая. И беспечная. Прости, я совсем не рада тебе.
Легкий, пушистый снег хлопьями валил сегодня с небес. Нет слов, чтоб описать это небо. Бездонное, хмурое, серое, падающее. Глядя на него весь остальной мир блекнет в глазах, ведь так невероятно красиво может быть только не наяву. Но это не сон, это просто зима шлет мне прощальный привет, и напоминает, что жизнь продолжается. Зиме неизвестно то, что именно этот факт приводит меня в ужас.
Маленькая розовощекая девочка поднимает к небу глаза и ловит ртом снежинки, хмурится, когда одна или две залетают ей в глаза. Она удивлена - никогда прежде она не видала такого сказочного снегопада. Она спрашивает у матери, почему снежинок так много, а женщина с прекрасными глазами отвечает ей - «Это просто ангелы, родная, они играют в салочки на небесах, и это кусочки их потрепанных крыльев». «Правда?» - недоверчиво смотрит на маму дитя. «Конечно» - говорит мать без улыбки.
Пепел.
Замкнутое нашло выход. Говорят, что когда человека бьют, все самое ужасное происходит у него внутри. У меня внутри словно толченое стекло. И ничего кроме пепла впереди. Он разрушает меня. Заполняет собою все мое существо и заставляет молчать, когда хочется кричать, заставляет смиряться, когда можно бороться, заставляет стоять на месте, когда нужно идти. Ярость вспыхивает мгновением, а потом уходит куда-то глубоко и отравляет. Изнутри.
Каждый из нас понимает, что значит зависимость. Всякий в той или иной мере испытывал это на себе. И, наверное, знает как собственные ничтожность и беспомощность угнетают в такой ситуации. Ты словно кролик, ослепленный фарами посреди дороги, ничего не можешь сделать, никак не можешь сдвинуться с места. И это пепел. Пепел остается внутри. Всегда остается. Даже если ты думал, что он развеялся по ветру сам собой, или же что ты его развеял.
Я бреду и бреду, по длинным запутанным коридорам. Ступаю тяжелым шагом, потому, что не знаю где конец пути и что это за конец, а в руке у меня только одна веревка. Своеобразная нить Ариадны. А вокруг – темнота и мрак. И чудовища во мраке. Страшно и одиноко. Но есть только эта веревка – и именно по ней я могу идти, и иду. Если я отпущу её, то совсем заплутаю в этом пугающем лабиринте. Эта веревка – моя зависимость, моя старая любовь, мои детские мечты и грезы, моя действительность, мое светлое будущее, врученное мне только одними руками, подарок, о котором я не просила, которого не ждала. Без него мне боязно, кажется, я не могу без этой опоры. Но эта подчиненность жжет меня, испепеляет.
Порой даже кажется, что кто-то написал для тебя сценарий всей твоей жизни и ты играешь по нему, как по писаному. Ты думаешь – это твои мысли, твои решения, а все давно решили за себя. Нет, не может быть настолько жестоко...
Иногда мне хочется, чтобы кто-то пришел и помог мне с этим справиться. Позвал бы меня в тишине, я бы откликнулась, он бы подошел. Я бы почувствовала тепло его кожи, выпустила бы из рук веревку, взяла бы за руку его, и мы бы пошли вместе. Он объяснил бы мне, в чем смысл всего этого, куда мы идем и зачем. Но никто не придет. Потому что никто никогда не приходит. И ничего кроме пепла впереди.

Можно вопрошать. Можно жаловаться.
Первое – глупо, второе – слабо. И то и другое одинаково бесполезно.
Теперь мне ясно чего я хочу.
Я хочу набраться мужества.